любые действия своей княгини, чья популярность и любовь в народе резко возросли. Однако увеличивающиеся ар от ара налоги поубавили пыл воинственно настроенного населения и вскоре люди все сильнее и явственнее стали ощущать всю тяжесть военного положения, введенного в стране. Стало не хватать рабочих рук, большая часть доходов уходила в княжескую казну, высасывающую из народа деньги, как водогонная установка в засушливые миноры хэла[1]. Единственной отрадой было то, что основные военные действия не шли на территории Мюрджена и люди, отдававшие свои трудом заработанные золотые, своих сыновей и мужей, жили в относительном спокойствии и тишине. Однако все устали и никто уже так рьяно не желал утереть нос ненавистному соседу, а лишь вернуть былую размеренную жизнь и благоденствие.
- Бездна вас забери, тупых ослов, - грозно вибрировал голос управляющего, - вы опять спали, ишаки безмозглые?
Дим распахнул дверь своего жилища и вышел на улицу. По затянутому облаками небу сложно было понять, когда точно встанет Талла, но явно было рано и можно было бы спать еще несколько сэтов. Управляющий поместьем собрал вокруг себя растерянных наемников, несших охранную службу и распекал их на чем свет стоит, кляня за нерадивость, леность и скудоумие. Дим покачал головой и подошел к бочке с водой. Опустил ладони, умылся, провел мокрыми руками по волосам.
- Эй, - окликнул он парнишку, проходящего мимо. – Что случилось-то?
- А! – махнул тот рукой, - опять амбар вскрыли, половину зерна унесли. Охрану избили до смерти, так их и нашли с утра.
Частые кражи были бичом любого хозяйства. Разрушенные деревни привлекали мародеров, которые настолько обнаглели, что собирались большими стаями и нападали на более крупные поселения. Эти разбойничьи шайки грабили село уже несколько миноров и представляли реальную угрозу для его жителей, так как преступники не ограничивались одними кражами, не останавливаясь даже перед убийствами.
Дим вновь посмотрел на небо. Несколько сэтов у него еще точно есть. Вернулся в свой сарай, достал листы бумаги, рашкуль[2] и опустился на солому рядом с большим деревянным ящиком, который заменял ему стол. Заработанные деньги не приходилось тратить на еду или одежду, которая выдавалась работникам имения бесплатно, поэтому он мог себе позволить внести некую роскошь в свой интерьер. Матрац и одеяло, темные занавеси на маленьком окошке в самой крыше, письменные принадлежности. Мужчина задумался, прикусив нижнюю губу. Слегка провел рашкулем по листу и уверено начал воспроизводить на бумаге свои сны.
- Ваджи[3] Гинари, - Дим подошел к управляющему, который окончив отчитывать наемников, строгими очами наблюдал за подтягивающимся на поля рабочим людом. – Уделите мне пару мен?
- Если ты успеешь за это время закончить меня отвлекать и начать работу, - зло буркнул тот и нехотя повернулся к обратившемуся к нему человеку. – А это ты? Чего надо?
- Вот, - Дим протянул ему лист бумаги с нарисованными на нем схемами.
- Что это? – Дерек Гинари не был одаренным, поэтому не понял то, что протягивал ему работник.
- Это энергетическое плетение. Формула защиты. Найдите человека, который умеет управлять всеми стихиями, пусть он сделает, как здесь указано. Защиту можно поставить на любой объект. Этого плетения хватит на большой амбар или коровник. Больше у вас ничего не пропадет.
- Тебе откуда это известно? – недоверчиво усмехнулся управляющий. – Откуда ты знаешь энергетические связки?
- Работал как-то у одного одаренного. Он был мастером защиты. Его плетения никто не мог обойти. Я часто видел, как он создает формулы на бумаге. У меня хорошая память.
Ганари не спешил брать, скептически смотря на неизвестные ему каракули.
- Что вы теряете? – вкрадчиво спросил Дим. – В моих советах насчет той запруды вы тоже сомневались.
- Ладно, - управляющий взял листы. Он не очень любил, когда ему напоминали о собственных промахах. – Если будет время.
Дим отдал свои наброски и пошел на поле. Он не мог ощущать сущность этого мира, не мог видеть энергетические линии, расчерчивающие все вокруг, брать силу, которая была ему когда-то подвластна. Все то, чем он когда-то владел, все то, что долгие ары составляло смысл его жизни. Однако по ночам, в мире сновидений, он вновь был хозяином всего этого. Звенящие от силы энергетические нити, переплетающиеся между собой, яркие, наполненные цветами и составляющие хаотичную сеть, из которых плелся холст мироздания. Искрящиеся узлы, образованные пересечениями линий, по которым происходил обмен энергиями между стихиями. В этом царстве забытых грез или нескончаемых кошмаров он мог видеть мир во всей красе многочисленных оттенков, слушать звуки, дышать полной грудью, пропуская сквозь себя вселенную и вновь чувствовать себя живым.
Ночью его разбудил шум, донесшийся до него сквозь закрытые двери сарая. Он встал, натянул рубаху и вышел в ночь. Отблески огневиков и гомон голосов доносились со стороны стоил. Дим даже не сомневался, что он там увидит. Галдели люди, испуганно ржали лошади. Четко выделялась застывшая фигура, напротив входа в конюшню, словно держащаяся за воздух.
- Всем молчать! – раздался рев управляющего, ворвавшегося в круг людей.– Что тут у вас произошло?!
Этот вопрос был обращен к сидящему на траве стражу.
- Они напали на нас, - произнес тот дрожащим голосом, - Марка полоснули ножом по горлу, - он показал на лежащего в луже крови второго наемника, - пока двое накинулись на меня, их главный пошел к стойлам. Увидел защиту и захохотал, мол, он еще и не такое видал, протянул руку, и тут началось. Затрясся, заорал, из него дым пошел. Подбежали другие, хотели оттащить. Один упал замертво, второго отшвырнуло на забор, он напоролся на колья, но не сдох, смог уползти. Может, еще догоните его.
Дальше Дим слушать не стал. Он удовлетворенно усмехнулся и пошел досматривать свои сны.
- Эй! – ваджи Гинари нашел его ближе к полудню, - надо поговорить.
- Слушаю, - Дим отошел от лошади, опустил мыльную щетку в ведро, вытер руки.
- И много у тебя еще таких формул?
Работник пожал плечами.
- Это смотря сколько наковыряю, - он задумчиво почесал лоб.
- Мне нужны еще плетения. Твоя защита неплохо помогла сегодня ночью.
Дим выразительно молчал. Управляющий нахмурено ждал, пока наконец его осенило.
- Ты хочешь вознаграждение. Сколько?
- Десять золотых за каждую защиту подобную этой и на такую же площадь.
Гинари изумленно вытаращился на своего работника.
- Ты совсем обнаглел? Десять золотых за несколько линий начерченных углем?
- За спокойную жизнь.
- Могу дать пять
