Эти нити пронзали предметы и стены, соединяя людей в коридорах дворца, в городе и людей далеко за пределами столиц. Новые глаза Сая могли видеть даже это. Нити, определяющие судьбы людей и всех живых существ в этом мире. Эти нити возникали, за миг протягивались на невероятную длину, обрывались и соединялись вновь, скручивались — так жизни всех существ дополняли и растили ветви Древа, теперь Сай видел его постоянно. От него некуда было спрятаться. Лишь с закрытыми глазами образ Древа становился тусклее.
Теперь он смотрел на мир глазами Слепого Безумного Бога, а его человеческие глаза теперь стали бесполезны. И Велька права, он не сможет вечно скрывать свое состояние. Завтра ему придется объявить при дворе, что его зрение… Однако, стоит им только заподозрить, что он не видит абсолютно ничего, королевство тотчас же погрузится в хаос. И война с Приорой, которая вот–вот разразится, покажется ерундой по сравнению с этим. А значит, ему придется приучать их к чудесам. Постепенно, медленно, они обязаны будут поверить, что их король не просто человек. Сейчас же ему необходим кто–то, кто будет молиться за короля Астала.
— Велька… — позвал Сай.
— Дда, — сбивчиво проговорила девушка, ее волосы коснулись щеки Сая. В его глазах эти волосы были лишь аурой, но он все еще помнил их цвет.
— Помолись за меня. Помолись за меня Зоару…
— Что? Что вы имеете в виду? Ведь это ваш…
— Завтра… я хочу, чтобы ты организовала молебен покровителю Астала за мое здоровье. Если ничего не остается, нужно молить высшие силы. Я не могу позволить им впасть в отчаяние, когда о моем состоянии станет известно. Я знаю, что религия в Астале никогда не была особенно важной частью жизни, но не на этот раз. Мое недомогание, это всего лишь недомогание, и оно должно послужить будущему Астала. Ты поняла меня?
— Вы хотите, чтобы прозвучала всеобщая молитва за благодать для всего Астала и здоровье вашего величества?
— Ты поняла правильно.
— Но это проводилось лишь раз, когда ваш отец находился при смерти, и тогда это не могло.
— Сейчас это поможет, — Сай выделил последнее слово. — Поможет обязательно. Теперь у Астала будет король, которому покровительствует самая великая и запретная сила королевства. Это то, что нужно народу в преддверии ужасной войны.
— Если вы так хотите… Но почему… — Велька подняла свои ладони и начала разглядывать их, — почему я не могу этого сделать… если бы у меня была сила всего Лавкрита, я бы смогла…
— Это не та болезнь, которую можно так легко вылечить, — грустно заметил Сай. — Это и не болезнь вовсе.
— Но что же это тогда? Что с вами сделал капитан Нордис?
— Это был не капитан, а та сила, что пришла вместе с ним, проникнув сюда единственно возможным способом. Та сила, что хочет вырвать с корнем старое Древо и взрастить новое. Но что самое страшное — для него это простая прихоть. И теперь, когда барьер почти сломан, я не смогу помешать ему. Но я не позволю ЕМУ забрать Кальвина.
— Он так важен для вас? Сила Лавкрита рассказала мне об этом, — Велька закусила губу. — Поэтому я попробую еще раз. И буду пытаться столько, сколько понадобится. Я уже смогла восстановить функцию вашей руки, ведь смогла же?
— Но я не чувствую ее, силу Даркнуара.
— Нет, я попробую, — упрямо заявила девушка и вновь приложила ладони к глазам Сая. Он ощутил прохладу ее ладоней, из–под которых в его тело начал просачиваться пучок изумрудных нитей. Это было ее намерение, такое сильное, такое теплое намерение.
— …Значит, это все же правда. Я сразу почувствовал, что что–то не так, но не думал, что до этого дойдет. Этот отвратительный человек… все же нужно было убить его раньше… — в этот миг прозвучал голос.
Вскрикнув, Велька отдернула руки. Спрыгнув с кровати, она расставила ладони, встав между Саем и гостем. Но ее тело не могло противостоять этой ауре, что плескалась за ней. Однако голос Сай узнал прежде, чем увидел ауру Мизара Фон Грассе. От этого человека расходилось огромное количество линий — интенсивные, сияющие насыщенным фиолетовым цветом. И большинство из них устремлялось к нему, Саю. Невероятная и мощная аура, аура человека точно знающего, к чему он стремится, и как добиться желаемого.
— О, какая храбрая, намерена защищать его величество от меня? Но это лишнее.
— Кто вас впустил? Я же заперла дверь. Что вы здесь делаете? Уходите немедленно, разве не видите, его величеству нездоровится. Госпожа Торн…
— Дана Торн здесь не при чем, леди Эльмио. Кроме того, у меня есть ключ от спальни его величества. Мой король лично дал его мне, верно? — с этими словами Мизар Фон Грассе поклонился Саю.
— Это правда… то, что сказал господин Фон Грассе? Вы настолько доверяете ему?
— Да, — Сай склонил голову, — прости, что не сказал об этом раньше, но ему тоже известно о моей тайне.
Глаза Вельки распахнулись в немом удивлении.
— Гораздо интереснее то, что вы пытались сделать, неужели исцелить одним прикосновением? Но слепота это не болезнь, как и сказал мой король, вам не удастся, даже с силой Лавкрита.
— Как вы смеете так говорить?! Я…
— Велька… — тихо произнес Сай… — пожалуйста, тише. Она делает это потому, что верит, что сможет, если бы Лавкрит внутри нее был цельным.
— Неужели… — глаза Мизара потемнели, и тотчас же часть нитей вокруг него вспыхнула и разлетелась на тонкие штрихи. 'Неужели этот человек ревнует?' — подумал Сай. — Вы намерены отдать силу Слепого Бога медицины полностью этой девушке? Хмм, — усмехнувшись, Мизар провел пальцами по своим волосам, скользнув по ленточке. — Это похоже на вас, — в голосе Фон Грассе прозвучали странные нотки. Если бы Сай не знал этого человека, он бы подумал, что тот подавляет грусть. На самом деле, Сай не хотел отдавать ему один из осколков. Этот человек обладал немалой силой, во многом непонятной даже Саю. Будет опасно и непредсказуемо, если его сила, черпаемая из Хаоса, соприкоснется с силой Слепого Бога.
Часть 5
(Приора, кабинет императора)
— Хорошо, хорошо, но… — глаза Райдена метнулись к Грейслейну, но тот не подал вида, что что–то не так. Он стоял у стола, скрестив руки на груди, завернувшийся в холодное, высокомерное молчание, словно в плащ. Поджав губы, Райден возложил руки на голову Криса. — Я поведаю вам тайну, тайну о том, как убить величайшего еретика.
— Величайшего? Ты говоришь о Кальвине Рейвене? — заметил Грейслейн.
— Я говорю о величайшем еретике, который противится воле Аттрактора и Вершины Древа! — выкрикнул Райден, указывая в грудь Грейслейн. Лицо инквизитора побледнело, он выглядел нездоровым. — Кальвин Рейвен не еретик, хотя раньше я заблуждался на этот счет и ненавидел его за то, что он отнял у меня глаз, — безумная улыбка появилась на губах Райдена, — но он всего лишь инструмент, чтобы им мог воспользоваться Аттрактор, а также живец, на которого мы будем ловить непокорного сына предавшего Вершину Древа… Сая Валентайна. Так ты хочешь узнать истину, сын мой? — спросил Райден.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
