и даже оставить какую-нибудь надпись. Да и странно было бы, если бы люди обнаружили неведомо кем устроенную могилу. Поэтому я ограничился лишь тем, что оставил небольшой знак на камне. Не зная, где он, его трудно увидеть, и тем не менее, он есть.
Руб обошёл валун и стал счищать мох с той стороны камня что была обращена к горам. Скоро в свете фонарика, зажжённого Полем, стала видна вертикальная полоса. Её продолжение скрывалось под землёй.
– Это верхняя часть креста, – пояснил Руб. – Фотий мне объяснил, что на захоронениях христиан обязательно изображают крест.
– Давайте, мы поможем вам, сдвинем камень в сторону, – предложил Купр.Я – Я знаю, что у вас на это не хватит сил, а нам это легко, особенно вдвоём.
– Нет, погодите, – возразил граф. – Спасибо за желание помочь. Но как мы потом объясним, откуда мы узнали про место захоронения, и как смогли без техники сдвинуть камень? А мне хочется, чтобы открытие погребения героев Битвы при перевале было совершено легально и без объяснения мистическим озарением. Не могу сообразить, как поступить в этом случае?
Все задумались. Наконец, отец Полины предложил:
– А что, если сказать, что в роду Микельса или в вашем сохранилось предание, гласящее, что вскоре после битвы рядом с местом, где она происходила появился удивительным образом камень, которого раньше там не было? И что вы, заинтересовавшись, решили осмотреть камень, и нашли на нём изображение креста? Тогда будет вполне объяснимо ваше желание узнать, не находится ли что-то под ним. Конечно, это ложь, а любая ложь некрасива и порочна, особенно в науке. Но в данном случае ситуацию невозможно объяснить, опираясь на здравый смысл.
– Да, – задумчиво проговорил граф. – Мне кажется, что иного выхода у нас нет. Я должен над этим поразмыслить.
Они ещё немного побродили по Полю скорби. Граф задавал вопросы Рубу, и тот подробно на них отвечал.
В начале лета светает рано, и небосклон с восточной стороны начал светлеть. Пора было возвращаться: людям в замок, а Купру и Рубу – в гору (Купр плохо переносил дневной свет). В любой момент можно было встретиться ещё раз, и задать все вопросы, которые возникнут к тому времени.
На обратном пути, когда Поль и Полина слегка отстали ото всех, граф сообщил Рубу и Купру, что свадьба его сына состоится на днях, возможно завтра. И хотя решено, что это радостное событие будет отмечаться без излишнего размаха в узком семейном кругу, но, разумеется, все жители горы будут желанными гостями.
– Я думаю, – прибавил граф, – что вы можете прийти, когда удалятся те люди, которые не должны знать о вашем существовании. Только вот мы не знаем, как вам будет приятнее провести время? У людей принято, встречая гостей, угощать их за праздничным столом. Для вас это не подходит. Скажите, как нам следует принять вас, чтобы это было вам приятно?
– Не волнуйтесь насчёт этого, – ответил Руб. – Нам, действительно, не нужно угощение. Но мы высоко ценим дружбу, доброжелательность и возможность интересного общения. Если вы приглашаете нас разделить с вами радость семейного события, то уже одно это для нас огромная награда.
Руб на секунду оглянулся.
– Какая красивая пара, – промолвил он и добавил: – Я очень много лет прожил среди людей, но ни разу не присутствовал на свадьбе. Но слышал много историй: и весёлых, и грустных. И делал очень много обручальных колец. У молодых есть кольца для предстоящей церемонии?
– Да, мы купили их в столице, – ответил граф.
– Что ж, жалко, для меня была бы большая честь и большая радость сделать их для вашего сына и его невесты.
– Что вы, не стоит беспокоиться, вы и так столько сделали для нас, что мне, право, неудобно.
– Вы ещё не поняли, господин граф, что нам самим всё сделанное доставило огромную радость, так что это не стоит никакой благодарности. Мы будем счастливы и впредь служить вам и всему вашему роду и быть вашими друзьями.
106. Свадьба
На следующий день сразу после завтрака граф отправился улаживать дела, связанные со свадьбой.
Сначала он нанёс визит мэру, господину Боттону. Весь город уже знал, что семья графа, а также их гости и слуги позавчера вечером приехали в замок. Поскольку граф всегда по возвращении посещал мэра на второй или третий день, тот уже с утра поджидал его в своём кабинете в помещении ратуши. Ему хотелось ещё раз выразить свою огромную признательность за ту материальную поддержку, которую первый гражданин оказывал городу и выразить надежду, что он и впредь не будет оставлять его своим вниманием
После обычных приветствий, выражения благодарности со стороны мэра, вопросов о самочувствии и делах, граф изложил свою просьбу. Состояла она в том, что его сын выбрал невесту, и молодые выразили желание, чтобы их бракосочетание состоялось в Вундерстайне. Но жених и невеста, а также и их родные хотят, чтобы это событие прошло по возможности без излишней огласки. Причина здесь только одна: избежать назойливого любопытства прессы. Поэтому граф просит расписать новобрачных сегодня вечером, чтобы назавтра они могли бы обвенчаться в храме.
Мэр выразил свою неподдельную радость по поводу предстоящего события и рассыпался в поздравлениях. Он заверил, что церемонию бракосочетания проведёт лично сам: для него это не только долг, но и большая честь! Напоследок граф попросил господина Боттона никому не рассказывать о предстоящем событии.
После этого граф и мэр обсудили кое-какие вопросы, связанные с раскопками и перспективами, открывающимися перед городом. После чего Рольф Вундерстайн откланялся, сославшись на дела.
Старенький отец Иероним очень обрадовался, увидев графа, а после того, как выслушал его просьбу даже прослезился от радости.
– Вот, сподобил меня Господь дожить до этого счастливого дня! – воскликнул он. – Не волнуйся, сын мой, я оглашу новобрачных прямо перед венчанием, формальность будет соблюдена. У меня нет никаких сомнений в том, что не существует никаких препятствий для свершения таинства брака.
Граф признался, что свадьба будет немногочисленной и скромной. Так захотели молодые. Они хотят избежать шумихи и обсуждения этого события в прессе.
– Какая похвальная мудрость в столь юном возрасте! – восхитился отец Иероним. – Это свидетельствует об отсутствии тщеславия и о чистоте сердца.
– Да, я с вами согласен, святой отец, – промолвил граф. – Эта пара, действительно, не запятнала свою любовь никакими корыстными соображениями или честолюбием. Думаю, что имея такой настрой сердец, они будут так же счастливы в браке, как был счастлив и я с моей покойной супругой…
– Не стоит грустить и унывать, сын мой, – утешил священник, уловив печаль в словах графа. – Здесь, на земле, неизбежны утраты и разлуки. Но ведь мы видим лишь небольшую часть картины мира. Я верю, что и ваши родители, и ваша супруга, графиня Глория, будут вместе с вами радоваться,
