сиденья Эйс Венцель — механик-ракетчик и одновременно классный пилот. Эйс что-то делал сразу обеими руками. Винты начали вращаться, их тени замелькали на наших лицах, и он заорал:
— Отдать концы!
Меня выпихнули из машины, как раз когда в кабину влезал хирург. Я упал на четвереньки, меня сшибла воздушная волна от винта. Потом я поднялся и огляделся.
Поверхность воды была пуста, там не было ничего. Ни мертвых тел, ни пловцов, пытающихся удержаться на поверхности, ни шлюпок. Не было даже каких-нибудь плавающих предметов, хотя кое-какие тюки должны были всплыть. Это я знал точно — сам помогал упаковывать багаж.
Рядом со мной стояла Джанет; тело ее сотрясалось от безудержных рыданий без слез. Я тупо спросил:
— Что случилось?
Она попыталась овладеть собой и заикаясь пробормотала:
— Не знаю. Я видела, как одно из них схватило Отто. Оно лишь… Оно лишь…
Джанет опять зарыдала и отвернулась, чтобы скрыть от меня лицо.
На поверхности воды не было ничего, но теперь я видел, что в воде под ее гладью двигались какие-то тела. С высоты ведь можно видеть на большую глубину, если поверхность воды спокойна; вокруг всего корабля, на равных промежутках друг от друга, находились какие-то существа. Скорее всего они походили на китов или, вернее, на таких животных, которых я бы принял за китов. Мне ведь китов видеть не приходилось.
В моей голове, где все полностью перемешалось, забрезжила мысль, что я вижу именно те создания, которые погубили шлюпки, но тут рядом кто-то завопил и показал рукой на берег. Там, на берегу, все еще стояла толпа людей, которые должны были вернуться на борт со шлюпками, но они уже не были одни — их окружали. Эти страшилища вышли из воды на берег, обхватили группу людей с флангов и теперь гнали их к линии прибоя. На таком далеком расстоянии было трудно разобрать детали, и все же я видел этих морских чудищ, так как они были намного крупнее людей. Ног, насколько я мог судить, у них не было, но это им нисколько не мешало — они передвигались на удивление быстро.
Мы не могли им помочь ничем. Ничем! Под нашими ногами была палуба космического корабля — последнего слова столетий технического прогресса; один удар выхлопами его ракетного двигателя был способен во мгновение ока разрушить целый город. Охрана корабля, находившаяся на берегу, располагала оружием, которое делало каждого из них по силе равным целой армии былых времен, а на корабле такого оружия было еще больше. Но в то время я понятия не имел, где расположен наш арсенал, слышал только, что он находится где-то на палубе для хранения резервного оборудования — ведь вы можете жить на корабле целые годы, но так и не побывать во всех его помещениях.
Думаю, что сейчас мне полагалось быть на этой самой палубе и вытаскивать оружие. Однако все, на что я был способен в эту минуту, — это торчать на вышке, оцепенев от ужаса, и вместе с десятком других членов команды безмолвно глядеть на то, что происходило на берегу.
Кто-то, однако, оказался расторопнее меня. Двое мужчин выскочили из шлюза и швырнули на палубу пару дальнобойных винтовок, которые тут же лихорадочно начали собирать, одновременно распаковывая ящики с амуницией. С равным успехом они могли бы и вообще не беспокоиться: к тому времени, когда ружья были готовы для стрельбы по врагу, пляж опустел, и поверхность воды тоже. Наших товарищей столкнули в воду и утопили. Вертолет все еще продолжал кружиться над местом гибели; спасательная лестница с него была спущена, но на ней никого не было.
Потом вертолет взял курс от берега, пролетел над лагерем экспедиции и вернулся к кораблю. Пока он шел на посадку, по трапу взбежал Чет Трейверс. Он огляделся, увидел меня и крикнул:
— Том, где капитан?
— В вертолете.
— Ох! — Он наморщил лоб. — Ладно, отдай ему это. Срочно! А я должен быть внизу.
Трейверс сунул мне листок бумаги и исчез. Я поглядел на листок, увидел, что это официальное донесение, увидел, от кого оно, и схватил капитана за руку в ту минуту, когда он вышел из кабины вертолета.
Он отмахнулся.
— Прочь с дороги!
— Капитан, это срочно… это рапорт с острова… от майора Лукаса…
Тут он остановился, вырвал у меня листок и принялся рыться в карманах в поисках очков для чтения, которые, как я ясно видел, торчали у него из нагрудного кармана. Он сунул мне депешу обратно, еще до того как я сообразил помочь ему, и сказал:
— Прочти вслух, мальчик.
Так я и сделал.
«От командира корабельной охраны начальствующему офицеру «Льюиса и Кларка». Девять часов тридцать одна минута. В девять часов ноль пять минут лагерь исследовательской группы был атакован враждебными туземцами, по-видимому, амфибиями. Несмотря на тяжелые потери, атака все же была отбита, и я с семью спасшимися отступил на вершину холма к северу от лагеря. Нам пришлось бросить вторую разведывательную машину. Во время атаки сменная группа ожидала на берегу; мы от них отрезаны, их положение нам неизвестно, хотя можно предположить, что оно отчаянное.
Выводы: атака организована искусно, противник хорошо вооружен. Их главное оружие, видимо, состоит из высоконапорных шлангов, подающих морскую воду под сильным давлением, но они располагают также индивидуальным колющим и режущим оружием. Следует полагать, что у них есть и другие виды вооружения. С большой степенью вероятности можно допустить, что аборигены разумны не меньше нас, хорошо дисциплинированы и, вероятно, их вооружение не уступает нашему. Их многочисленность дает им большие преимущества, даже если допустить, что их оружие не лучше нашего.
Рекомендация: остатки моего отряда могут удерживать свою позицию против того оружия, с которым мы пока столкнулись. Настоятельно советую, чтобы принимаемые меры были пока ограничены действиями по спасению группы, находящейся на берегу. Затем корабль следовало бы вывести на орбиту, пока не будет выработан план дальнейших действий и не будет определено оружие, с помощью которого моя группа сможет освободиться без ущерба для безопасности корабля.
С. Лукас, командир. Девять часов тридцать шесть минут».
Капитан взял депешу и, ничего не сказав, пошел к люку. Все молчали, хотя нас тут собралось человек двадцать. Я поколебался было, но, когда увидел, что остальные собираются спуститься по трапу, протолкался между оставшимися и поспешил за капитаном.
Он остановился двумя палубами ниже и вошел в рубку связи. Я за ним войти не осмелился, но дверь осталась открытой. Там уже были Чет Трейверс, горбившийся над аппаратурой,
