Ваше нынешнее положение кажется мне очень выгодным: род Крайновых богат, известен, уважаем. Несколько ветреный и излишне страстный сынок графа сейчас может превратиться в вашу ручную собачку, а вот его отец вполне еще в состоянии поспособствовать в том, чтобы в семье появился новый наследник! Только подумайте: граф сохранит свою репутацию благородного вдовца, верного покойной супруге, а вы в то же время получите еще большее влияние и власть, когда забеременеете от него и объявите о своем счастье всему свету. Ничего страшного нет в том, чтобы назвать отца дедушкой, а старшего брата отцом ребенка! В глазах окружающих Константин не утратит свою дееспособность, а вы вознесетесь до небывалых высот! — кажется, коварный механизм в голове девушки тут же заработал в нужном мне направлении, она была удивлена моим заявлением, но сосредоточенно его обдумывала.
— Подумайте еще раз, хотите ли вы лишаться все этого?
— Я не боюсь ваших угроз, герцог! Ваши намеки, обвинения и предположения крайне возмутительны, — наконец произнесла Кэтрин.
— Досадно, ведь я совершенно не хотел задеть ваши чувства! Однако мне придется уничтожить вас, княжна! Для начала, я расскажу графу о том, кто на самом деле отравил его сына! — не скрывая некоторого веселья в голосе, сообщил я.
— Пфф, вам никто не поверит, этому нет доказательств! Зачем мне калечить или убивать того, кого я люблю всем сердцем?! — не желала легко сдаваться княжна.
— Вы правы, вполне возможно, что мне не поверят! Хотя этого может быть достаточно, чтобы посеять зерно сомнения, сделать вас нежеланной невестой! Вряд ли старик рискнет связываться с потенциальной отравительницей! — чувствую, как раздражает девушку моя торжествующая улыбка, и не могу отказать себе в этом удовольствии.
— Ваши родители сейчас во Франции, насколько мне известно? Говорят, их там хорошо приняли! Что ж, будем надеяться, что они не разочаруют моего дорогого дядюшку: он, знаете ли, очень ценит истинных аристократов, и будет ужасно неловко, если они вдруг с позором покинут светский двор — такое пятно не так просто смыть!
— Прекратите угрожать мне! — прошипела княжна, краснея.
— О, неужели я вас напугал, Кэтрин!? Приношу глубочайшие извинения! Кстати, после бала я намерен навестить чету Тихомировых: может быть, вы желаете что-нибудь передать Анне Григорьевне? Я мог бы взять вас с собой и лично познакомить с этой чудесной женщиной! Уверен, у вас с ней МНОГО ОБЩЕГО!
— Хватит! — она возмущенно поджала губы. — За кого вы меня принимаете?
— Вам лучше этого не знать, — вежливо улыбаюсь в ответ.
— Хорошо! Я готова помочь графине Богдановой и поговорить о ее судьбе с Игорем Степановичем! Он очень дружен с моим отцом, и я действительно давно его знаю, так что я иду на уступки вовсе не потому, что боюсь ваших смешных угроз! — глаза Кэтрин полыхают гневом оскорбленной в лучших чувствах женщины. Очевидно, лучшим чувством для нее является восхищение и обожание, коего я вообще к ней не проявил!
— Конечно же, нет! Такой умной девушке, как вы, решительно нечего бояться, — поспешил заверить ее я.
— И я при желании вполне могу передумать и отказаться от брака с Константином Владимировичем! И тогда вы утратите один из главных рычагов давления на меня, герцог!
Я был убежден, что угроза получить в качестве врага жену Тихомирова куда страшнее, но промолчал.
— И в мыслях не было давить на вас, о чем это вы, княжна?! И, несомненно, вы все еще можете передумать: в этом и заключается вся суть женщины, но дело в том, что вы страстно желаете превратить жизнь бывшего любовника в череду унижений и мук, в то же время возвысившись не только над ним, но и над всеми, кто когда-либо смел насмехаться над вами! Скажите, что я не прав?
Она тут же лукаво улыбнулась мне и отвела в сторону несколько смущенный взгляд: притворяться хорошей девочкой и примерной невестой ей явно надоело!
— Меня поражает ваше стремление спасти эту жалкую графиню! Что вы оба нашли в ней особенного? — Кэтрин презрительно фыркнула и заглянула мне в глаза, снова рассчитывая привлечь к себе мое внимание. — Она приносит людям только несчастья!
Я невольно склонил голову на бок, рассматривая ее, как диковинную зверушку: интересно, кто же внушил этой дуре, что она способно покорить кого угодно?
— Вы рассчитываете получить ответ на свой вопрос? — деловито уточнил я и всем видом дал понять, что мой ответ ей точно не понравится.
— Неважно, — поджала губы княжна и снова приблизилась ко мне.
Девушка смело положила руку на мою грудь и, картинно взмахнув ресницами и томно вздохнув, произнесла:
— Я помогу вам только при одном условии, герцог! Вы должны провести эту ночь со мной! Нам вовсе не обязательно быть врагами друг другу! Мы можем договорить другим способом…
Я вспомнил нашу первую встречу с графиней Богдановой и то, как сам когда-то вынудил девушку лечь со мной в постель, чтобы выручить друга из беды, перевел взгляд на княжну и не смог сдержать смеха. Я смеялся без остановки несколько минут, наблюдая за тем, как в очередной раз преображается лицо коварной искусительницы.
— Я обещаю превратить ваше существование в череду унижений и разочарований, Катерина Анатольевна! — едва отсмеявшись, произнес я, а потом толкнул девушку к стене, нависая над ней и явно пугая ее своим поступком.
Неужели она считала, что я не способен обидеть женщину? Увы! Наверняка это разочарование будет болезненным!
— Вам не стоило переходить мне дорогу, не стоило подставлять графиню и не стоило пытаться манипулировать мной! — каждое слово я говорил спокойно и взвешенно, грубо сжимая ее подбородок и вынуждая смотреть мне в глаза и дрожать от страха.
— Но я ничего этого не делала и не хотела вас оскорбить, герцог, — писклявым голосом отозвалась Кэтрин.
Я отдернул руку от ее лица, испытывая некоторую брезгливость к этой молодой и действительно привлекательной женщине.
