занимало процентов десять площади всего Ронхейма.
Но реальность, как это водится, сильно разошлась с моими ожиданиями. Стражи не пустили нас на порог. И не помогли даже прихваченные грамоты, заверенные оттиском герба Леорана гран Блейсин. Вместо того чтобы проводить к правителю, нас обсмеяли и оскорбили. Что ещё хуже, погнали от стен детинца словно каких-то бродяжек. Такое принято смывать исключительно кровью. И мы имели силы, чтобы раскрасить пасмурный северный пейзаж багровыми тонами…
Однако я и мои люди были весьма разумны. Мы понимали, что начинать переговоры с убийств — это самая дурная затея из возможных. Никто из Безликих и бровью не повёл, пока несколько крикливых стражей над вратами костерили нас на все лады и подсказывали, куда бы нам таким умным надлежало пройти. Из всего сказанного следовало, что скёльвальд Вейтан гран Ханхильд не принимает всяких проходимцев вроде нас. И вступать в перепалку с дозорными я смысла не увидел. Так или иначе, но мы добьёмся встречи с правителем Скальвира. Не сегодня, так позднее.
— Здесь что-то явно нечисто, — поделился я соображениями со спутниками, когда мы устроились на постоялом дворе.
Гимран, прежде чем согласиться со мной, обвёл подозрительным взглядом корчму. Наша компания смотрелась здесь так же чужеродно, как стая воронов в окружении крупных серебристых чаек. Местные даже столы отодвинули от угла, где мы расположились, лишь бы находиться подальше. Но за исключением этого всё было в рамках нормы. Нас никто не трогал, не задевал, и меня это целиком устраивало.
— Именно, экселенс! Я никогда ещё не слышал, чтобы к иноземным посланникам так относились!
— Это значит, что скёльвальд опасается, — угрюмо буркнула Исла. — За прочность своей власти, а может и жизни.
— Брось, чего ему боятся? — возразил один из Безликих. — Гран Ханхильду подчиняется почти сорок тысяч мечей по всей стране. Он правитель с сильнейшим воинством в этой части света.
— Но гильдия магов из Винхойка всё же щёлкнула ему по носу однажды, разве нет? — приподняла бровь милария гран Мерадон.
— Полагаешь, это из-за них скёльвальд заперся в своих хоромах и окружил себя целой армией? — с сомнением потёр подбородок Тарин.
— Почему нет? — развела руками Исла. — Но возможно, что и усилившийся натиск из пустошей тоже способствовал этому.
— Как бы там ни было, нам нужно с ним поговорить, а затем уже предпринимать дальнейшие шаги согласно планам, — твёрдо решил я.
— Наведаемся в его опочивальню ночью? — заговорщически понизил голос Гимран.
— Думаю, да, — кивнул я. — Намекнём скёльвальду Вейтану, что ссориться с нами не нужно. А потом, обозначив все риски, но не угрожая напрямую, предложим решить проблему с абиссалийцами.
— Надеюсь, мы не застрянем тут надолго, — проворчал Тарин. — От здешнего эля меня тошнит. А его цвет напоминает воду из лужи…
— Вкус тоже не сильно отличается, — фыркнул кто-то из братьев.
— Вот уж никогда не думал, что… — начал было Гимран, но мне пришлось оборвать его.
— У нас гости, — объявил я.
Все разговоры тотчас же смолкли. Безликие опустили вуали и только после этого обернулись в ту сторону, куда был направлен мой взгляд. К нам, преодолевая «зону отчуждения», спешил плечистый северянин. Здоровенный, как бык, и заросший лохматой бородой по самые брови.
— Мой хозяин желает видеть вас, чужеземцы, — без намёка на приветствие известил нас визитёр.
Он замер, нависая над длинным столом, будто прибрежная скала. Но попыток усесться не делал.
— В этой части света у всех такие проблемы с хорошими манерами? — сыронизировал я.
— Наши края столь же суровы, как и проживающие здесь люди, — всерьёз воспринял мой укол северянин. — Мы не привыкли тратить время на расшаркивания, ибо судим о человеке исключительно по его деяниям.
— Кто же твой хозяин, и что ему от нас понадобилось? — не спешил я принимать сомнительное предложение.
— Это он сам вам скажет, — непреклонно заявил бородач.
— Не вижу смысла идти на встречу к тому, кто не уважает меня и моих людей, — пожал я плечами. — Передай своему господину, что я не голодная дворняга, чтобы бегать за каждым, кто меня поманит свистом.
А затем изобразил полную потерю интереса к пыхтящему здоровяку.
Тот неподвижно постоял возле нашего столика ещё с десяток секунд, а после протяжно вздохнул.
— Уважаемые тиры, в моих словах нет неуважения к вам, — совершил над собой усилие северянин. — Мы действительно здесь привыкли жить именно так. Прошу, примите приглашение моего ярла.
О, как! Целого ярла. Немалая величина по здешним меркам. Это уже становится интересным…
— Ты так и не объяснил, что он от нас хочет, — продолжал я ненавязчиво давить на визитёра.
— Этого, почтенный тир, я не знаю, — зыркнул на меня исподлобья бородач. — Мне было велено передать приглашение, только и всего.
— Нет, незнакомец, тебе что-то известно, — не уступил я. — И пока ты не признаешься, мы даже из-за стола не встанем. Так и передай ярлу. Если ему сильно нужно, то сам нас навестит.
— Это исключено! — в прежней грубоватой манере рыкнул здоровяк, но потом всё же снизошел до пояснений. — Как я и сказал, мы здесь привыкли судить о людях по делам. И мой хозяин знает о тебе, человек-в-железной-маске. Если хотя бы половина слухов про тебя окажутся правдой, то ярл всё сам изложит.
— Он ждёт нас прямо сейчас? — задал я наводящий вопрос.
— Нет. Приходите после заката к южным рядам. Я отведу вас к нему.
— К чему такая секретность? — озвучил свои сомнения Гимран.
Но незнакомец откровенничать не торопился. Он воззрился на меня, словно бы спрашивая: «Мне нужно отвечать на это?» И я утвердительно кивнул.
— Никто не должен знать о вашей встрече, — ограничился лаконичным объяснением северянин. — Пока что в наших краях мало слышали о некоем южанине, умывшем кровью алавийских кардиналов. Но такие люди есть. И оттого хозяин желает избежать всяческих пересудов.
— Хорошо, я тебя понял. Мы прибудем в назначенное место, — принял я решение.
— Постарайтесь лишний раз никому не попадаться на глаза, — буркнул напоследок бородатый громила, после чего покинул зал корчмы так же быстро, как и появился здесь.
— Н-да, ну и нравы тут царят, — осуждающе цыкнул Гимран. — Что вы думаете, мой экселенс?
