я ищу в твоём краю?
Седовласый ярл сложил мускулистые руки на груди, став похожим на воплощение какого-нибудь северного божества. Его ярко-синие глаза впились в мою маску, будто пытались проникнуть взглядом сквозь толщу металла.
— Я не глупец, тир Маэстро, и внимательно слежу за событиями на континенте. Мне известно о большой войне, которая зреет к западу от ваших границ. Многолетняя борьба за элдримское побережье приближается к своему апогею и грозит перерасти в жесточайшую бойню за всю историю. Не считая, конечно же, битв седой древности, когда наши пращуры скинули с шей ярмо темноликих.
— Так ты знаешь, зачем я здесь? — полуутвердительно осведомился я.
— Знаю, но мне нужно, чтобы ты назвал свою цель сам, — хитро ухмыльнулся Хёльдви.
— Мне нужны Ронхеймские палачи, — без утайки заявил я.
Ярл степенно кивнул, будто я сказал именно то, что он и рассчитывал слышать. И добавил:
— Предлагаю тебе заключить соглашение, тир Маэстро. Ты и твои умелые милитарии помогают мне, а я беру обязательства перед тобой. Если Скальвиру не будет грозить никакая опасность, то Ронхеймские палачи придут на помощь твоей стране. Однако же, мы предполагаем, что при разделе добычи заслуги наших воинов будут оценены по достоинству…
Ха! Вот же жук этот ярл! Уже делёжкой шкуры неубитого медведя занимается! Или, как говорят тут на севере — солит грибы, не дойдя до лесу.
— При всём уважении, экселенс гран Арвуд, я не вижу искренности в вашем предложении, — швырнул я в лоб собеседнику свои опасения. — Вы хотите править Скальвиром, но зачем? Вроде, у вас и без того всё неплохо. Мне непонятна ваша мотивация. А всё непонятное я старательно обхожу стороной.
— Хочешь знать, что мной движет, тир Маэстро? — мигом посуровел голос ярла. — Так я скажу тебе. Скажу от своего лица и всех тех, кто сейчас не смог присутствовать при этом разговоре. Мы устали жить в неизвестности. Мы словно узники в собственном краю! Никогда не знаешь, какое решение примет скёльвальд Вейтан. Что взбредёт ему в голову завтра или послезавтра. Владыка Ронхейма ни с кем не советуется и не ставит в известность о своих планах. А последнее десятилетие он и вовсе действует будто бы в чужих интересах. И это в час, когда скверна пустошей вторгаются в самое сердце наших земель! Что скажешь, тир? Достаточное у меня основание желать перемен⁈
— Вполне, — улыбнулся я под стальной маской. — Что же, если мы определились с намерениями, то, вероятно, нам следует обсудить и более мелкие детали?
Кто бы мог подумать, что для привлечения севера к участию в войне с Капитулатом мне понадобится всего лишь совершить государственный переворот? Я опасался задачки посложней. Но снова повезло…
Глава 7
Когда южане покинули трактир, ярл Хёльдви протяжно вздохнул и устало помассировал лицо. Разговор с этим Маэстро выжал его досуха, будто лютая сеча, длящаяся от рассвета до самого захода солнца. После такого хотелось только тишины и покоя…
— Как всё прошло, тир? — возник рядом с граном Арвуд помощник, которого тот засылал к чужеземцам.
— Смею надеяться, что не так плохо, как ты боялся, Костогрыз, — мрачно буркнул Хёльдви.
— Что скажете об этих людях, тир? — не отставал подчинённый.
Прежде чем ответить, гран Арвуд взял со стола объемную деревянную кружку с элем, и осушили её в два глотка.
— Они все внушают мне опаску, Фрид. И Маэстро, и его цепные псы. Ты видел, как они держались здесь? Сидели неподвижно, будто какие-то изваяния. Ни запахи пищи, ни ароматы хмельного питья не тронули их душ. Мне кажется, южане даже не шевелились. А эти их непроницаемые ткани на лицах? Никогда не знаешь, куда они смотрят. И оттого втройне неуютно…
— Да, я тоже заметил. Они будто нарочно не пытаются походить на людей, — согласно тряхнул лохматой бородой Костогрыз.
— Возможно, их потому и зовут Безликими Демонами? — предположил ярл.
Фрид только суеверно сплюнул на пол и передёрнул плечами. Загадочные южане и на него произвели неизгладимое впечатление.
— Как по мне, то хоть демоны, хоть сам Драгор, Владыка Смерти — всё едино с кем побрататься! — вымолвил помощник ярла. — Лишь бы отчий дом снова таковым для нас стал.
— «Брататься» — это не то слово, которое можно употребить по отношению к Маэстро, — отрицательно покачал седой шевелюрой Хёльдви. — Сердце этого человека холоднее снежных пиков Фросхейда. А норов его столь же лют, как у горного медведя. Он прибыл к нам, потому, что хочет увеличить шансы на победу своего народа в непростой войне. Маэстро никогда не станет нам другом и уж тем паче братом, Фрид. При необходимости, он смахнёт всех нас, будто крошки со стола. И я признаюсь, что не вижу силы, которая смогла бы его остановить.
— А нужно ли нам тогда ему помогать? — нахмурился собеседник. — Я верю вашим предчувствиям, ярл. Если они говорят, что чужестранцы опасны, то нечего с ними и дел иметь…
— Ты неверно ставишь вопрос, Костогрыз, — отстранённо покачал головой гран Арвуд. — Правильно так: «А поможет ли Маэстро нам, аль выберет кого-то другого?» Пойми, мы в нём нуждаемся гораздо сильнее, нежели он в нас. Не ведаю, где этот человек обрёл такое могущество, однако он заставил с собой считаться даже темноликих. Капитулат уже потерпел поражение при Арнфальде и Клесдене. И теперь занялся подготовкой к масштабной войне основательно.
— Поговаривают, что Клесден помогали отбить Сыновья копья, — изрёк Фрид.
— Это равнинный князь хочет, чтобы все так думали, — криво усмехнулся седовласый ярл. — А я точно знаю, что остатки алавийской армии пали в десятке дней марша от этого города. Значит, что-то их выгнало из Клесдена ещё раньше. И готов спорить на свои сапоги — это «что-то» и есть Маэстро.
— Тир Хёльдви, если вы уверены в своём решении, то мы готовы последовать за вами, — склонился подчинённый. — Однако же мне не дают покоя эти чужеземцы. Они не кажутся надёжными.
— О, поверь, Костогрыз, совсем скоро ты убедишься, что это не так…
— Почему вы так думаете, тир? — нахмурил кустистые брови Фрид.
— Ты жаждешь моей откровенности? — исподлобья глянул на собеседника ярл.
— Если только вы считаете меня достойным, — выгнул грудь помощник.
— Ты, Фрид, со мной уже почти
