– Нет, господин президент. Ваши обычные средства, с которыми мы довольно хорошо знакомы, не смогут их обнаружить. Материалы и методы неизвестны Соединенным Штатам. Господин президент…
Снаружи раздались сигналы тревоги. Касси Блументаль не поверила своим глазам: охранное И-поле было прорвано. Уилл Сандалерос бросился восстанавливать прозрачность окон. Но прежде чем он успел это сделать, дверь купола Совета открылась, и на пороге появилась группа Суперталантливых детей во главе с Мирандой Шарафи.
– …в настоящий момент нам больше нечего обсуждать, – закончила Дженнифер. Выражение лица президента изменилось при звуках сигналов тревоги. Касси Блументаль быстро перекрыла все каналы связи с Землей.
Двадцать семь Суперов вошли в зал заседаний.
Уилл Сандалерос резко сказал:
– Что вы здесь делаете? Идите домой!
– Нет, – ответила Мири. Взрослые переглянулись: не привыкли к отсутствию заикания и дергания. Однако теперь дети казались им еще более чужими.
– Миранда, домой! – прогремела Гермиона. Дженнифер быстро двинулась вперед, чтобы овладеть ситуацией, которой нельзя было позволить выйти из-под контроля.
– Миранда, что ты здесь делаешь? Ваше поведение неуместно и опасно.
– Это ваша вина, – сказала Мири. Дженнифер пришла в ужас, увидев выражение глаз внучки.
– Миранда, либо вы немедленно уйдете, либо наша охрана выпроводит вас силой. Это военный штаб. То, что вы хотите сказать Совету, терпит до окончания кризиса.
– Нет, – сказала Мири. – Это касается кризиса. Вы угрожали Соединенным Штатам без согласия жителей Убежища. Ты убедила остальных членов Совета, или запугала, или подкупила…
– Уберите детей, – обратилась Дженнифер к Уиллу. Охранники уже столпились в переполненном куполе. Одна из женщин схватила Мири за руки. Никос очень громко сказал:
– Мы, Суперы, установили полный контроль над всеми системами Убежища. Наши скрытые программы вы не в состоянии обнаружить.
Женщина, державшая Мири, выглядела сконфуженной. Доктор Толивери в ярости воскликнул:
– Невозможно!
– Не для нас, – ответил Никос.
Дженнифер оглядела детей, лихорадочно соображая.
– Где Терри Мвакамбе?
Никос проговорил в интерком, закрепленный на лацкане:
– Терри, возьми на себя терминал Касси Блументаль и соедини его с системой внешней обороны Чарлза Стоффера.
Касси Блументаль сдавленно застонала. Она ввела голосовые команды в консоль, потом переключилась на клавиатуру и стала быстро печатать. Ее глаза широко раскрылись. Чарлз Стоффер рванулся вперед. Он отпечатал команды, которые, подумала оцепеневшая Дженнифер, наверное, были кодами программы. Дженнифер попыталась говорить спокойно:
– Советник Стоффер?
– Мы потеряли контроль. Но ракетные отсеки открываются… А теперь закрываются.
– Сообщите Соединенным Штатам, что вы уничтожите все пакеты с вирусами на Земле в обмен на неприкосновенность жителей Убежища, кроме членов Совета. Сообщите им, что разрешите федеральной комиссии проинспектировать Убежище. Или это сделаем мы, Суперы.
Роберт Дей резко втянул воздух:
– Вы не можете.
– Нет, можем, – произнес Аллен без тени сомнения в голосе.
– Вы же дети! – сказал кто-то хрипло.
– Мы то, чем вы нас сделали, – произнесла Мири.
Дженнифер посмотрела на внучку. Этот испорченный и избалованный ребенок пытается помешать ей, Дженнифер Шарафи, которая вызвала к жизни Убежище одной лишь силой воли, стремится разрушить все, над чем трудилась Дженнифер, за что страдала, что вынашивала всю свою жизнь… Нет.
Она сказала охранникам:
– Отведите всех в помещение для задержанных и поместите в надежную комнату. Но сначала заберите у каждого все технические приспособления. – Она немного поколебалась. – Разденьте их догола, и не оставляйте даже такой одежды, которая выглядит безобидной. Ничего.
– Дженнифер! – воскликнул Роберт Дей. – Они же наши дети!
– Значит, таков ваш выбор? – сказала Миранда.
Много лет назад Дженнифер подавила свою ненависть. И вот она снова нахлынула из всех потайных уголков сознания, куда Дженнифер запрещала себе заглядывать… На какое-то мгновение у нее потемнело в глазах от ужаса.
– Немедленно найдите Терри Мвакамбе и заприте с остальными. Не забудьте тщательно обыскать.
– Дженнифер! – воскликнул Джон Вонг.
– Ты знаешь, не так ли, – Мири обращалась прямо к Дженнифер, – что Терри нечто большее, чем мы все, вместе взятые… или ты думаешь, что знаешь. Тебе кажется, что ты понимаешь нас, как Спящие всегда считали, что понимают тебя. Они никогда не верили в твою человечность, правда? Поэтому ты не принадлежала к их сообществу. Ты была злой, холодной, расчетливой – и много умнее их. Все Неспящие считали себя на голову выше остальных, которых прозвали нищими. Вы убили одного из нас, потому что больше не могли его контролировать. Он не вписывался в твои рамки сообщества. А теперь мы способны делать такое, что вы себе даже вообразить не можете. Кто же теперь нищий, бабушка?
– Разденьте их, обыщите. И… И задержите моего сына, – Дженнифер не узнала собственный голос.
Мири сама начала раздеваться. После мгновения потрясенной тишины, подчиняясь быстрой команде Никоса, другие дети тоже принялись снимать одежду. Никто из Суперов, даже самые маленькие, не плакал.
Мири стащила через голову рубашку:
– Ты отдала свою жизнь сообществу. Но мы, Суперы, не принадлежим к этому сообществу, не так ли? Во-первых, мы видим сны. Ты знала об этом, Дженнифер? Спящий научил нас светлым сновидениям. – Мири сбросила сандалии.
– Система связи не работает, – в голосе Касси Блументаль слышалась паника.
– Прекратите, – сказал Чарлз Стоффер. – Дети, оденьтесь!
– Нет, – ответила Мири. – Потому что тогда мы будем выглядеть, как члены вашего сообщества, правда, Дженнифер?
Ожил интерком.
– Мы взяли Терри Мвакамбе. Он не сопротивляется.
– И даже твоя собственная община по-настоящему тебе безразлична, – продолжала Мири. – Иначе бы ты согласилась с нашими требованиями. В этом случае только ты предстала бы перед судом по обвинению в государственной измене. Нищие там, внизу, гарантировали бы остальным членам Совета неприкосновенность. Теперь их всех осудят за политическое преступление. Ты не захотела их спасти, потому что это означало бы для тебя отказ от тотального контроля. Но ты в любом случае проиграла. В день, когда убила Тони.
Мири осталась обнаженной. Суперы смотрели на Дженнифер холодными, недетскими глазами, будто думали… думали о чем-то неведомом… Мири нисколько не стеснялась: соски напряглись, темные волосы на лобке были такими же густыми, как у Дженнифер. Она улыбалась, высоко подняв голову.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
