Разумеется, процесс любых реформ будет проходить медленно и со скрипом. Но, к счастью, во-первых, дьяволы живут очень долго, и нам некуда спешить, торопя события, а во-вторых, мне вовсе не обязательно садить членов домена именно на руководящие посты.
Нет, конечно, у каждого клана будет свой наместник, но основная роль, которую я вижу для своего народа — это судьи. В самом деле, кто сможет противостоять дьяволу, который способен очаровать любого, если того требует закон?
Асмодей сказал, что мы — прокуроры и адвокаты в одном лице. И только сейчас я понимаю, зачем это было сказано. Ведь оставить мне подсказку просто так было бы слишком легко, а то и, вероятно, вообще против правил. Однако лазейка уже есть, осталось ей воспользоваться.
Мы заключаем сделки и не можем лгать исключительно в этот момент. При этом вранье в любое другое время нисколько не возбраняется. Однако сделка не заставляет говорить всю правду, это я уже на собственном опыте обкатал. Вот и выходит, что правосудие — у нас в крови.
* * *
Стеллан, столица родовых земель клана Стеллер.
— Отец.
Кориалис вошла в спальню Рендариана, даже не утруждая себя стуком. При виде жрицы Асмодея молодая любовница, только что скакавшая на главе рода горной козочкой, поспешила покинуть помещение, на бегу хватая оставленный на полу халат.
Рендариан, закинув руки за голову, взглянул на дочь с довольной улыбкой.
— Тебя никогда нельзя было приучить входить ко мне после приглашения, — посмеялся он, легким движением садясь на широкой кровати. — Что произошло?
Кори хмыкнула в ответ, припомнив, как не единожды врывалась к отцу, занятому очередной женщиной.
Тогда он еще казался маленькой девочке огромным и немного пугающим. Мощные мышцы, вызывающие зависть у любого бойца клана и пробуждающие похоть у женщин. Пугающие шрамы, полученные в боях с другими родами.
Теперь, по прошествии лет, он уже не выглядел так атлетично и мужественно, лишь улыбка оставалась все той же — полной силы и радости.
— Игра Богов окончена, — сообщила Кориалис, подходя ближе и садясь рядом.
Рендариан взял дочь за руку и, чуть сжав пальцы, хмыкнул.
— Корн мертв? — уточнил он.
Кориалис кивнула. В ее собственной голове металось множество мыслей, но девушка никак не могла принять простой факт, что все плохое уже осталось позади, а впереди ее ждет только долгая и полная счастья жизнь.
— И что? — продолжил речь Рендариан, облизнув губы. — Что говорит Дим?
Кори не сразу ответила. Ей все еще казалось, что ничего не кончено, и угроза, повисшая над ее сыном с момента зачатия, никуда не делась. Однако и Асмодей, и его Герой — оба заверяли, что осталась чистая формальность. Так откуда тогда это жуткое чувство тревоги?
— Мне нужно делать алтари и готовить жрецов, — сказала она, оборачиваясь к отцу. — Наверное, мне потребуется помощь. У тебя есть кто-нибудь, кто сможет мне помочь подобрать кандидатов?
Рендариан с готовностью кивнул.
— Возьми моего секретаря, он толковый мальчик. К тому же прекрасно осведомлен о состоянии дел в клане. Я бы и самого его рекомендовал тебе в ученики, но, извини, он мне и самому крайне полезен.
При этих словах он улыбался, разглядывая повзрослевшую дочь. Сама она, разумеется, вряд ли заметила, насколько сильно изменилась и внешне, и изнутри за то время, что провела со своим дьяволом. Однако отец все равно замечал и другой взгляд, и даже некоторую степенность.
На секунду он даже пожалел, что Кориалис сама не могла бы встать во главе древнего рода. Неважно, какой она была раньше, но теперь его дочь точно была бы к этому готова.
— Спасибо, отец, — порывисто обняв его за плечи, вздохнула Кори. — Без тебя мне точно не справиться.
Рендариан улыбался, поглаживая ее по спине.
Все же, несмотря ни на что, она оставалась его маленькой дочерью, жрицей какого бы Бога ни пришлось стать.
Однако победа Дима превращала далекие планы в конкретную стратегию. Больше не было смысла скрываться и помалкивать. Древний род Стеллер готов объявить миру о своем союзе с архидьяволом. И больше никакие поддельные приказы не потребуются. На правах самого первого и сильного союзника Дима можно давить другие рода, таким образом покончив с многовековой конкуренцией.
И дочь даст ему повод для нападения.
* * *
Крепость Ольх, подземелье мехисы.
Касси свернула волосы в косу и отжала их. Толстые струи воды потекли на пол, и мехиса открыла глаза.
Даже раньше, чем Ада успела сообщить подруге, прорицательница знала о победе Дима. Исчезли клубки вероятностей, и взору оракула больше ничего не мешало, чтобы видеть весь континент и даже немного дальше за его границы.
Но и это было не самой главной новостью.
Император, запершийся в своем городе, активировал защиту. И теперь его дворец превратился в единственное недоступное пятно. В линиях вероятностей столичный замок покрылся черной краской и не пропускал никакое магическое воздействие.
Это могло означать только одно — драконид готовится к бою с архидьяволом и не собирается просто так сдаваться. Впрочем, шансов выстоять против победителя Игры у него давно уже не было.
А вот поднимающиеся по всему Аскерону трупы скоро должны были стать проблемой. Пока они появились еще только на дальних задворках столицы, но через несколько дней уже доберутся до центра. И тогда владыка, не реагирующий на сложную ситуацию подданных, окончательно утратит любую поддержку со стороны имперских граждан.
А в том, что драконид не решится высунуть свой чешуйчатый нос из защищенного дома, Касси не сомневалась. Пускай она и не могла заглянуть внутрь дворца, однако все вероятности складывались одинаково. Император не рискнет вылезти, чтобы покончить с нежитью, которую сам же и создал.
Почему висящее на нем проклятие до сих пор не исчезло, мехиса не задумывалась. Герои были перебиты, и все остальные Боги должны были ослабеть. Но это не значит, что магия перестала работать, как прежде. А для Вестника, уже привязанного к императору и активированного, не было никакой разницы — присутствует в Колыбели Тала или оказалась выброшена прочь.
Дверь в комнаты оракула открылась, и жрица Асмодея ворвалась в помещение. С безумной улыбкой беременная дьяволица схватила Касси за руки и, едва не приплясывая, закричала ей в лицо:
— Мы победили! Победили!
Оракулу с трудом удалось удержаться на ногах — Ада явно не рассчитывала силы, и едва не оторвала подругу от земли. Напуганные змеи на голове Касси таращили глаза и шипели от накатывающего ужаса — подобная встряска им не нравилась.
— Тиш-ш-ше, — схватив подругу за плечи, проговорила оракул, стараясь ее успокоить. — Тебе нельзя так волноваться!..
Как и всегда, напоминание об особом положении дьяволицы сработало лучше любого успокоительного. Ада действительно поставила Касси на пол и, отойдя в сторону, обхватила себя руками, прикрывая живот.
— Твой отец победил, — не прекращая улыбаться, прошептала она. — Теперь все будет хорошо!
Видя эту картину, мехиса и сама улыбнулась, чуть опуская веки. Внезапное видение совпавших вероятностей подсказывало, что вскоре малыш явится на свет. И, как и его отец, на месте долго не усидит.
— Все будет хорошо, — подтвердила она, слегка кивнув.
* * *
Восточная граница земель рода Максалис.
— На колени, — приказала Азиль, и пара стоящих перед ней беров легко сломали плененному ноги, заставляя того принять нужную позу.
Мужчина в накидке с цветами древнего рода Нор’ран вскрикнул, сопротивляясь изо всех сил. Его удерживали на месте, а стоящая перед ним дьяволица, помахивая хвостом, встала напротив и слегка наклонилась вперед, позволяя обреченному заглянуть в вырез своего платья.
— Ну же, расскажи мне, сколько вас было здесь, — ласково погладив когтем подбородок пленного, попросила она с улыбкой.
