— Прости, — бормочет она и отступает, словно ей неприятно даже то, что я стою рядом. Это неудивительно. Такие, как Клэр, всегда держат дистанцию с теми, кто не входит в их круг. Она может без зазрения совести обнажиться, поманить, но никогда не позволит прикоснуться — их тело для тех, чей счет позволит купить все и всех.
— Будь аккуратнее, — бросаю я раздраженно и ухожу, а она остается стоять в мокром, ничего не скрывающем полотенце, прислонившись плечом к дверному косяку. Клэр до сих пор бледная и изнеможённая, но я запрещаю себе ее жалеть.
Выходит через минуту в моей рубашке и спрашивает:
— Где я могу спать?
— Устраивайся в спальне. — Киваю в нужном направлении. А воображение рисует стройное тело на моих простынях. Зря я притащил ее домой, нужно было ехать на Золотой пляж, в коттедж Яд. — Я переночую на диване.
— Хорошо. — Она послушно, с прямой спиной разворачивается в нужном направлении. Сейчас с нее слетел весь лоск, но осталась осанка, независимый взгляд и какая-то внутренняя сила, которая, я был уверен, слетит, едва блондинка окажется в камере. Не слетела. Меня это удивило еще неделю назад. Тогда-то я и понял, что такая, как она, действительно способна убить. Увы. Я до сих пор не уверен в ее вине или невиновности, но внутренней силы у Клэр хватило бы, да и магической.
Я не хочу ее спрашивать, но действую совершенно иррационально.
— И все же обморок — это нехорошо. Ты сейчас себя нормально чувствуешь?
Останавливается, удивленно смотрит на меня из-за плеча.
— Вполне.
— Когда ела в последний раз?
— Не сегодня, — уклончиво отвечает она и хмыкает. Еле держится на ногах, а в глазах вызов.
— Плохо. — Качаю головой. — У меня пустой холодильник.
Непонятно зачем демонстрирую девственные полки, словно пытаюсь доказать, что не изверг и не жадничаю.
— Забей, — отмахивается она. — Ничего критичного не случилось. Но завтра все же лучше меня покормить, не хотелось бы умереть от истощения.
— Считаешь меня садистом?
— Нет. — Клэр пожимает точеными плечами.
— Отдыхай, сейчас схожу за какой-нибудь едой, — говорю я и собираюсь подняться, но Клэр снова меня удивляет.
— Не стоит беспокойства, — упрямо отмечает она.
— Ты не ела сутки!
— Чуть больше. Это не самый большой рекорд, как видишь, жива еще. Упала я не от голода, а от совокупности факторов. Устала, не стоило пить виски, день был напряженным… короче, случайность. Больше не повторится.
— А какой самый большой? — Я цепляюсь за эту информацию и не слышу остальные ее объяснения.
— Почти пять дней. Но я пила. Даже два раза смузи…
— Ты это серьезно? — Ее слова вызывают шок.
— Мне было шестнадцать, я вернулась с отдыха, платье для бала дебютанток, заказанное у одного из лучших модистов, уже висело в шкафу. Оно должно было сидеть на мне идеально… а на отдыхе я расслабилась. Не должна была позволять себе такого, но мамы рядом не было, и я… — Клэр усмехается. — Оторвалась. Забыла, что все имеет свою цену.
— И ты не ела?
— Мама приказала давать мне только воду. Я должна быть идеальной во всем. Так что я спокойно переживу до утра, когда спишь, есть не хочется.
— Посиди полчаса. — Я поднимаюсь со стула и устремляюсь к двери. — Твое платье безнадежно испорчено, а в мою рубашку, ты прекрасно влезешь и после ужина.
— Как и в тюремную робу… — слышу задумчивое в спину и не могу удержаться от ухмылки.
Клэр
Дверь за Дереком захлопывается и я, закрыв лицо руками, сползаю по стене. Дойти до комнаты нет сил.
Руки дрожат, а мне хочется сдохнуть, настолько сильны усталость и слабость. Позорное падение в душе убивает. Я не привыкла показывать посторонним свою слабость, и тем более я никогда не демонстрирую слабость врагам.
А Дерек определенно враг и видел меня жалкой, беспомощной и голой. Сижу какое-то время, жду, когда вернется хладнокровие и хотя бы немного сил, убеждаю себя, что сильная, но в итоге провожу в прострации на полу достаточно много времени. Мелодичная трель дверного звонка выдергивает меня из полузабытья.
Соскребаю себя с пола и иду открывать, ругая Дерека, который почему-то не взял ключи. Пока иду, пошатываясь и придерживаясь за стены, звонок трезвонит еще несколько раз, раздражаю.
— Да, сейчас! — раздраженно бухчу я, преодолевая последние метры. — Не мог ключи взять? — распахиваю дверь и замираю на пороге. Напротив меня девушка, старше меня, рыжая довольно симпатичная, но простоватая. В руках у нее милая кастрюлька с цветочком на крышке.
— О, еда! — сразу же нахожу объяснение визиту незваной гостьи. — Дерек передал? Спасибо!
Девушка молчит, просто хлопает на меня огромными глазами, и когда я забираю из ее ослабевших рук кастрюльку, ничего мне не говорит, просто смотрит. Я еще раз благодарю ее и захлопываю дверь, заметив, что она также продолжает растерянно стоять на пороге. И куда, демоны забери, пропал сам Дерек? Куда-то уехал по работе? Этот вариант я допускаю, отлично, что не забыл про еду.
В кастрюльке тушеный кролик и маленький картофель. Вкусно, и я уплетаю за обе щеки, когда в двери поворачивается ключ в замке. В холл, совмещенный с кухней, заглядывает Дерек. В его руках два бумажных пакета с логотипом известного фастфуда — ночью сложно найти что-либо другое. Но тогда… откуда кролик? В душу начинают закрадываться нехорошие мысли. Кажется, я изрядно встряла.
Дерек переводит взгляд с меня на кастрюльку и обратно, и потом не очень уверенно говорит:
— А что девушки, в фамилии которых есть приставка «фо», умеют готовить?
— Представления не имею. Ни разу не пробовала.
— Тогда откуда…? — указывает на трогательную кастрюльку на столе.
— Понимаешь, тут такое дело… — начинаю я. — Кажется, я повела себя не очень красиво… точнее, совсем некрасиво.
— Клэр, ты можешь не говорить загадками?
— Еду принесла девушка, я думала, ее послал ты. Я поблагодарила и забрала. Еще подумала, что девица какая-то потерянная…мне, правда, неловко, наверное, это предназначалось тебе. Я могу с утра все объяснить…
— Не надо никому, ничего объяснять, — устало выдыхает Дерек и трет лицо руками. — Почему ты не можешь даже полчаса посидеть так, чтобы не испортить кому-нибудь настроение?
— Прости… это твоя девушка?
— Это соседка, она время от времени…
— Пытается соблазнить тебя через ужин? — удивляюсь я.
— Представь, иногда это работает!
— Ну не с тобой, видимо. — Жму плечами и спрыгиваю с высокого барного стула. После еды мне значительно лучше. — Я — спать.
Завтра, я уверена, нас ждет тяжелый день. Мне нужно быть максимально собранной.
Магический вызов настигает меня по дороге в спальню. Я растерянно замираю, оборачиваюсь в сторону Дерека и беспомощно на него смотрю. На связи отец. А я не понимаю, можно мне ответить или нет. В камере вызовы глушились и то, что он смог достучаться до меня сейчас, доказывает, что в управлении меня нет. Я не понимаю, о чем с ним говорить, но и не ответить тоже не могу. Родители волнуются.
Дерек ловит мой взгляд и качает головой, а потом подходит и берет меня за запястье, заглушая ментальный вызов. Магия больно ударяет в виски, я шиплю и выдергиваю руку.
— Они волнуются!
— Их проблемы, — безразлично отвечает законник.
— У тебя, что, родителей нет? — огрызаюсь я. — Их проблемы и мои тоже.
— Они тебя хотели отправить в Нагдад с мужчиной, слухи о котором доходят даже до меня. — Он безжалостно давит на самое больное.
— Они спасали меня от тюрьмы! — огрызаюсь я. — Да не очень удачно, но уж как могли.
— Клэр, твой отец, по логике, не должен знать, что ты не в камере, если ты сейчас поговоришь с ним, как ты думаешь, я услышу доказательства того, что это он пытался тебя вытащить? Ты же осознаешь, что я не смогу их проигнорировать.
Недовольно поджимаю губы.
— Иди спать и не заставляй меня жалеть, что я тебя привел сюда. А завтра с утра мы подумаем, что с тобой делать.
