умер от моей руки. Ты хоть понимаешь, что за ужас я испытала, когда увидела, как мой вакидзаси пронзил тебя?.. И даже не так… Из-за тебя, Юмичика, я бросила то, к чему стремилась. Ты стал причиной, по которой я отказалась от… — сжав губы в тонкую линию, я шумно выпустила воздух из носа и добавила: — Ты не послушал меня и пошел за мной. Поэтому теперь я не дам уйти от меня. Вот почему.
— С таким подходом ты ничем не лучше Айзена…
— Ну да. А ты ничем не лучше меня, — смахнув его руки со своей талии, я развернулась и, запрыгнув на стол, закинула ногу на ногу и сложила руки в замок на коленях. Поймав вопросительный, слегка растерянный взгляд Юмичики, бегло глянула вниз. — На колени.
В выражении его лица промелькнула откровенное пренебрежение, практически моментально сменившееся болезненным смирением. Он послушно исполнил просьбу. Избегая смотреть мне в глаза, парень нервно закусил губу и, когда пауза, прерываемая лишь стрекотом цикад, затянулась, он не без недовольства спросил:
— И что дальше?
— Не строй из себя святую невинность, мой грозный воин из одиннадцатого отряда, — ядовито улыбнувшись, я потянулась ступней к парню и, дотронувшись до его подбородка, заставила поднять на себя взгляд. — Такой красивый… мне нравятся черты твоего лица, цвет твоих глаз, эти линии скул и мягкие тонкие губы. Запах твоей кожи, мягкость волос… И несмотря на все это, у тебя вдобавок прекрасное тело, — проведя большим пальцем ноги вдоль шеи Юмичики и коснувшись его груди, я вновь повела ногой вверх, уперевшись ступней в плечо. — А еще мне нравится, как ты смотришь на меня. То с преданностью, то с ненавистью, твои эмоции потрясающие, и я ведь почувствовала в тебе родную душу. Мне с тобой очень комфортно, но… я… я хочу видеть тебя моим. Я хочу видеть эту преданность в твоем взгляде, знать, что ты побежишь за мной, несмотря ни на какие предупреждения… и это неправильно. Это не здорово. Я не могу просто взять и отпустить тебя… а учитывая, что ты как-то и не пытаешься сопротивляться, сделать это еще сложнее.
И он тоже это понимал, прекрасно понимал, что я держу его на эмоциональном поводке, не желая отпускать из прихоти, из чувства собственности. Его взгляд выражал сожаление, возможно, легкий страх, но также и наслаждение, радость от того, что он стал чьей-то зависимостью. Словно кислородом, без которого дышать становилось больно.
Понимаю… черт возьми, прекрасно тебя понимаю.
Аккуратно накрыв мою голень ладонью, которая казалась невероятно горячей, Юмичика чуть обернулся и поцеловал внутреннюю сторону моей лодыжки. Поцелуй за поцелуем, прикосновение за прикосновением, его губы и ладони взбирались выше, заставляя мою ногу скатываться по его плечу и лечь на спину. Поэтому пришлось опереться другой ногой о его плечо, и тем самым не только заставить Юмичику остановиться. Но и себя. От того, что сердце застучало быстрее, разгоняя кровь по жилам, дыхание также стало более глубоким, голова чуть закружилась. А из-за позы, в которой я оказалась, обхватывая парня одной ногой и упираясь другой в плечо, я полностью обнажила себя перед ним.
— Продолжай… — тихо прошептала я, накрыв голову парня ладонью и придвинув ближе.
От прикосновения его мягких влажных губ к моей промежности я едва сдержала сладкий стон удовольствия. Из груди вырывалось глубокое дыхание, но как бы я ни пыталась оставаться тихой, не получалось, слабые стоны и вздохи непроизвольно вырывались из груди от волн накатывающего удовольствия. Пьянея от прикосновений Юмичики, словно от алкоголя, втягивала воздух сквозь стиснутые зубы. Его язык ласкал меня, то мягко проходя по поверхности чувствительной зоны, то проникая глубже.
Поглаживая парня по голове, с трудом сдерживаясь, чтобы не вцепиться в его волосы, получала не меньшее удовольствие и от того, сколь грубо он сдавливал мои бедра.
— Хорошо… да…
Тихий прерывистый стон, напоминающий хныканье, вырвался из груди, когда я почувствовала давление на клиторе. Посасывая его, то придавливая языком, Юмичика заставил меня согнуться и сильнее сжать его голову бедрами.
— Нгх… Черт… — зажав на секунду рот тыльной стороной ладони и прикусив палец, я не выдержала и протяжно застонала, сорвавшись на рык. — Быстрее… быстрее.
Мне начинало казаться, что я рассыплюсь на части, словно песочный замок от одного точного удара. Колени дрожали, пальцы так и подгибались от удовольствия, я не знала, куда деть непослушные ноги, которые Юмичика все крепче придавливал к своим плечам. Прогнувшись в спине, чуть не рухнула назад, ударившись головой о стену, но было все равно. Мне казалось, что я пыталась убежать, вырваться, и в то же время стать еще ближе к жгучим прикосновениям.
Как же хорошо… сука, как же… как же…
Ощутив, как давление в мышах таза максимально возросло, нагоняя острую пульсацию, я не удержалась и зарычала. Судорожное дыхание смешалось со стоном, и в пике удовольствия еще труднее оказалось сдержаться от того, чтобы не сжать бедра, чтобы выжать максимум из момента. Но Юмичика не стал сопротивляться, наоборот, поняв, что довел меня до оргазма, сильнее прижал мои бедра к себе.
— Черт… — дрожащим от напряжения голосом прошептала я, позволив еще паре стонов сорваться с губ вместе с тяжелым дыханием.
Подождав пару секунд и расслабив ноги, я поняла, что несмотря на полученное удовольствие, оргазм был недостаточно глубоким и острым, чтобы удовлетвориться полностью. Но это было чертовски хорошо…
— Посмотри на меня… — переводя тяжелое дыхание и склонившись над Юмичикой, я скинула ноги с чего плеч и подалась вперед. Обхватив его лицо руками, на мгновение задумалась, залюбовавшись его блестящими от вожделения глазами, после чего прильнула к нему в страстном поцелуе. Слизывая свой вкус с его губ, чередуя томные стоны со вздохами, прошептала: — Я хочу тебя… полностью…
Схватив парня за волосы и оттянув от себя, заставив нахмуриться, и в то же время тянуться ко мне за новым поцелуем, я усмехнулась и шепнула:
— Ты будешь хорошим мальчиком?.. — ответ не последовал, поэтому, усилив хватку, заставив Юмичику зарычать, также услышала его сдавленное:
— Да…
— Хорошо… Очень хорошо. А теперь… иди и сядь на футон.
Закрыв глаза и отстранившись, мысленно отсчитывая секунды, пока парень исполнял просьбу, я почувствовала, как голова закружилась еще сильнее, но не столько от распалившегося возбуждения плоти, сколько от знакомого хищного инстинкта. Сжав кулаки, постаралась притупить его, но ничего не получилось. От боли в ладонях, которую причиняли когти, стало хуже.
Медленно выпустив воздух из легких, выпрямила спину и спрыгнула со столика, неспешным шагом приблизившись к Юмичике. Из-за скудного освещения
