- Тебе надо выждать. Выждать, пока Аласаис - то, что от неё ещё осталось, - закончит проверять тебя, спокойно умрёт окончательно и выронит "поводок". Так можно сохранить всё, что он даёт тебе, и избавиться от всех ограничений, которые он накладывает - от всего того, что она пожелала выдать за твою природу. Хотя и придётся помнить изо дня в день, как бы не выпустить его из своей па... - она, со странной пародией на кокетство, шлёпнула себя по губам, - из-под своего контроля.
- В любом случае, ты должен для начала принять существование этого поводка, - уже совершенно серьёзно продолжила Фай, - понять, кто и зачем затянул его на твоей шее, и, исходя из этого, перестроить своё сознание. Тогда уже ты сможешь выбирать свою дальнейшую судьбу сам. Во славу Аласаис или... или как-то иначе. Да... осознав себя до конца, ты сможешь поспорить с богами! - Фай встала и пронзительно глянула на него сверху вниз.
Тут что-то внутри Анара шевельнулось, он стремительно поднялся из-за стола, и его ослепительной, но холодной улыбке сейчас позавидовали бы и Аэлла и Фейн ан Меанор.
- Это лишь твои собственные домыслы, Фай - сказал он. - Я не считаю, что на моей шее поводок. По крайней мере - отличный от того, который носит каждый из нас и который принято называть "Путём". Если же тебя бесит само существование Путей - то это твои личные блохи. Я ещё мог бы говорить... о кусочке колбасы, который Аласаис тянет на веревочке перед моим котовьим носом. И свой выбор - побежать за ним - я, уверяю тебя, сделал вполне осознанно.
Фай поморщилась, и Анару нетрудно было догадаться отчего.
- И вовсе не потому, что я настолько изголодался в Руале, чтобы не задумываться, куда она заманивает меня этим кусочком. Я думал об этом. Но, знаешь, Фай, я понял, что доверяю ей несмотря на моё руалское прошлое.
- Ты доверяешь не ей, а Аниаллу, полагая, что она и Аласаис - одно и то же.
- Возможно и так. Как бы там ни было, я свой выбор сделал. Безусловно, я ощущаю, что Аласаис возложила на меня некую... миссию. Может быть, она состоит в защите её Тени, Аниаллу, а может - в чём-то ещё, о чём я сейчас просто не догадываюсь. Но я не позволю тебе сбивать нас с Алу с этого пути.
- О нет, мой дорогой, - притопнула сапогом Такрен. - Я лишь предлагаю послужить для вас зеркалом. Чтобы вы смогли увидеть, кто вы есть на самом деле. Это будет вашим первым шагом к осознанию того, почему вы созданы именно такими. А затем - кто знает? - быть может, вам откроется и весь замысел Аласаис. Да-а, - потянулась Фай, - а он обязательно откроется вам... Во всей красе!
- Я постараюсь найти ответ. Фай. Но мне кажется, что он тебя разочарует. Ты всё время подозреваешь Аласаис в чём-то... ужасном, а я не думаю, что мне откроется нечто, достойное твоих ожиданий - алай коротко кивнул ей в знак прощания и пошёл к выходу.
- Но! - раздалось у него за спиной, и Анар обернулся, чтобы ещё раз взглянуть в блестящие глаза Фай. - Но помни: не всегда самое главное - найти ответ на заданный вопрос. Иногда главное сокрыто в самом поиске!
Оставив за собой последнее слово, Такрен Фай снова многозначительно улыбнулась и исчезла в своей комнате.
* * *
Патриарх Малаур, как он и обещал Анару, ни на шаг не отходил от Аниаллу в течение того дня, который ей осталось провести в Бриаэлларе. Алу даже заночевала в его покоях, чем и он, и она были весьма довольны. В последнее время сианай и её приёмный отец виделись редко, и обоим недоставало их долгих вечерних бесед. Заговорившись, они так и не легли спать.
Уже под утро, когда они вяло гадали, почему Верховный жрец Кеан, ранее негодовавший на сианай Элеа, вдруг взял и поддержал её в намерении отправиться в Дарларон, их семейная идиллия была разрушена Шадой, сообщившей, что в замок ан Ал Эменаитов заявился карг Балфишрейн, горящий желанием говорить с сианай.
Шада, не желая обременять свою обожаемую госпожу "общением со всяким сбродом", решила принять его сама - вдруг он вспомнит что-то важное касательно Делии. Но ей, при всей её настойчивости (достаточной, между прочим, чтобы Шаду без доклада пропустили в покои патриарха), не удалось вытянуть из каргнорианца ни слова... Так что ей, весьма раздражённой его упрямством, ничего не осталось, кроме как побеспокоить Аниаллу.
Сианай спустилась в застеклённую беседку, куда проводили Балфишрейна. Ожидая её, карг читал первый номер "У всех на усах". Вернее, не он читал, а яркий листок читал ему вслух сам себя:
"Но сейчас, увы, иметь дома неучтённые порталы стало не престижно, а опасно. Причиной тому - кости Изменчивого, этот таинственный артефакт из драконьих легенд...".
Голос Теолы смолк: заметив Аниаллу, Балфишрейн резко свернул газету.
- Рад, что ты нашла время принять меня, госпожа, - сказал карг, почтительно склоняясь.
- У меня и вправду не так много времени, Балфишрейн, - призналась сианай, кивая в ответ. - Но если у тебя есть какие-то новости... - Она выжидающе замолчала.
- Увы, - развёл лапами зельевар, - я был бы рад обладать хоть чем-то, что может искупить мою вину, но...
Аниаллу изучала его. Он пришёл сюда не просто так и вовсе не из страха перед наказанием. Но зачем? Что ж, она непременно узнает это, а пока поддержит его игру.
- Тебе ничего не угрожает, никаких обвинений не было и нет.
- Благодарю. Но я здесь не поэтому. Я принёс тебе искупительный дар, - Балфишрейн протянул Аниаллу кусок рыжей, богато расшитой кожи.
Приняв и рассмотрев нечто среднее между курткой и корсажем, оставляющим открытым одно плечо, Аниаллу вдруг поняла, что оно сделано из шкуры каргнорианца. Одеяния из кожи разумных существ ей к счастью, пока ещё ни разу не дарили.
- Необычный подарок, Балфишрейн, - изумилась она. - Признаюсь, я не понимаю его смысла.
- Видишь ли, эта вещь была сделана очень давно, во искупление совсем другого прегрешения перед... перед женщиной твоего народа. Она не приняла этот дар. Но я надеюсь, что ты примешь его сейчас.
- И за неё и за себя? - спросила Алу, хотя чувствовала: карг задумал нечто большее, чем заставить её принять извинения вместо другой кошки.
- О нет, госпожа сианай. Та алайка простила нас и без подарка.
- Да? И чем же ты провинился перед ней? Или провинился тот, с кого вы содрали эту шкуру?
Балфишрейн замялся с ответом. Аниаллу насторожилась ещё больше, она чувствовала, что всё сказанное им раньше было чистой правдой и всё же он что-то не договаривал. Что-то очень важное... Алу слишком вымотало ночное бдение, она не нашла в себе сил расспрашивать карга и попросту заставила его захотеть ответить на последний вопрос. Попыталась заставить...
Ей показалось, что её со всей силой ударили в переносицу. Балфишрейн не успел подхватить её, и сианай тихо упала на пол около его лап...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
