— Хорошо, — говорит он, как-будто принимает от меня вызов. Сидя, он поднимает с постели телефон.
Я обвиваю руки вокруг него и кладу голову ему на грудь, пока он звонит.
— Папа? — Я замечаю его удивление, что Каррик подошел к телефону. — Ана в порядке. Мы дома. Уэлч только что уехал. Он узнал связь… приемная семья в Детройте… Я не помню ничего об этом. — Голос Кристиана почти неслышимый, поскольку он бормочет последнее предложение. Мое сердце сжимается еще раз. Я обнимаю его, и он сжимает мое плечо.
— Да… Вы будете?… Отлично. — Он вешает трубку. — Они в пути. — Он кажется удивленным, и я понимаю, что он, вероятно, никогда не просил у них помощи.
— Хорошо. Я должна одеться.
Руки Кристиана сжимаются на мне.
— Не уходи.
— Хорошо. — Я снова прижимаюсь к нему, ошеломленная тем, как много он рассказал о себе — совершенно добровольно…
***
Когда мы стоим на пороге большой комнаты, Грейс нежно обхватывает меня.
— Ана, Ана, дорогая Ана, — шепчет она. — Ты спасла двух моих детей. Как я смогу отблагодарить тебя когда-нибудь?
Я краснею, тронутая и смущенная в равной мере от ее слов. Каррик тоже обнимает меня, целуя в лоб. Затем Миа хватает меня, давя на мои ребра. Я вздрагиваю и задыхаюсь, но она не замечает.
— Спасибо за то, что спасла меня от этих придурков.
Кристиан хмуро смотрит на нее.
— Миа! Осторожнее! Ей больно.
— Ой. Прости.
— Я в порядке, — бормочу я, с облегчением, когда она отпускает меня.
Она выглядит хорошо. Безупречно одета в обтягивающие черные джинсы и бледно-розовую блузку с рюшами. Я рада, что одета в свое удобное обычное платье и туфли без каблуков. По крайней мере, я выгляжу довольно презентабельно.
Подбегая к Кристиану, Миа обвивает свою руку вокруг его талии.
Бессловесно, он вручает фотографию Грейс. Она задыхается; ее рука, взлетает ко рту, чтобы сдержать эмоции, потому что она тотчас же признает Кристиана. Каррик обнимает ее за плечи, чтобы исследовать фото.
— О, дорогой. — Грейс ласкает щеку Кристиана.
Появляется Тейлор.
— Мистер Грей? Мисс Кавана, ее брат, и ваш брат поднимаются, сэр.
Кристиан хмуриться.
— Спасибо, Тейлор, — бормочет он смущенно.
— Я позвонила Элиоту и сказал ему, что мы приедем. — усмехается Миа. — Вечеринка «добро-пожаловать-домой».
Я украдкой бросаю сочувственный взгляд на моего бедного мужа, так же, как Грейс и Каррик смотрят на Мию с раздражением.
— Мы должны приготовить немного еды для всех, — объявляю я. — Миа, поможешь мне?
— О, с удовольствием.
Я сопровождаю ее на кухню, когда Кристиан продолжает исследование со своими родителями…
***
Кейт раздражена праведным гневом, который нацелен на меня, Кристиана, но больше всего на Джека и Элизабет.
— О чем ты думала, Ана? — кричит она, когда предстает передо мной на кухне, заставляя всех в комнате повернуться и смотреть.
— Кейт, пожалуйста. Я уже выслушала похожую нотацию от каждого! — парирую я. Она сердито смотрит на меня, и на мгновение мне кажется, что я стану объектом лекции как-не-уступать-похитителям от Кетрин Кавана, но вместо этого она крепко обнимает меня.
— Черт побери, иногда у тебя пропадают мозги с которыми ты родилась, Стил, — шепчет она. Когда она целует меня в щеку, у нее в глазах слезы. Кейт! — Я так беспокоилась о тебе.
— Не плачь. Ты меня убьешь.
Она выпрямляется, смущенно вытирая глаза, глубоко вдыхает и успокаивается.
— Итак, на более положительной волне — мы назначили дату свадьбы. Мы думаем о следующем мае? И конечно я хочу, чтобы ты была замужней подружкой невесты.
— О… Кейт… Ого. Мои поздравления!
Вот блин — маленькой «Blip»… Сын!
— В чем дело? — спрашивает она, неверно истолковав мое беспокойство.
— Хм… Я просто так рада за тебя. Немного хороших новостей для разнообразия. — Я крепко обнимаю ее. Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Когда же малыш родится? В уме я прикидываю дату родов. Доктор Грин сказала, что я на четвертой-пятой неделе. Так что — где-то в мае? Дерьмо.
Элиот вручает мне бокал шампанского.
Ой. Черт.
Кристиан появляется из своего кабинета мертвенно-бледный и следует за родителями в гостиную. Его глаза округляются, когда он видит бокал в моей руке.
— Кейт, — приветствует он ее прохладно.
— Кристиан. — Она также холодна. Я вздыхаю.
— Ваши лекарства, миссис Грей. — Он смотрит на бокал в моей руке.
Я щурю глаза. Черт возьми. Я хочу выпить. Грейс улыбается, когда присоединяется ко мне на кухне, забирая по пути бокал у Элиота.
— Глоточек можно, — шепчет она, заговорщически подмигивая, и чокается со мной. Кристиан сердито смотрит на нас, пока Элиот не отвлекает его рассказом о последнем матче между «Mariners» и «Rangers».
Каррик присоединяется к нам, обнимая нас обеих, и Грейс целует его щеку прежде, чем присоединиться к Мии на диване.
— Как он? — Я шепчу Каррику, поскольку он и я стоим на кухне, наблюдая, как семья отдыхает на диване. Я отмечаю с удивлением, что Миа и Итан держатся за руки.
— Шокирован, — бормочет Каррик мне, его лоб морщится, лицо серьезное. — Он помнит большую часть своей жизни с его биологической матерью; многие вещи я хочу, чтобы он не помнил. Но это… — Он останавливается. — Я надеюсь, что мы помогли. Я рад, что он позвонил нам. Он говорит, что это ты сказала ему. — Пристальный взгляд Каррика смягчается. Я пожимаю плечами и делаю поспешный глоток шампанского.
— Ты очень хорошо влияешь на него. Он не слушает никого больше.
Я хмурюсь. Думаю, что это не так. Нежеланный призрак Суки-Тролля отчетливо всплывает в моей памяти. Я знаю, что Кристиан разговаривал и с Грейс тоже. Я его слышала. Я вновь чувствую мимолетное разочарование, так как пытаюсь вспомнить их разговор в больнице, но он все еще ускользает от меня.
— Пойдем, присядь, Ана. Ты выглядишь уставшей. Я уверен, что ты не ожидала всех нас этим вечером.
— Здорово увидеть всех вас, — улыбаюсь я. Потому что это правда, это здорово. Я — единственный ребенок, который вошел в большую, крепкую семью, и мне это нравится. Я прижимаюсь к Кристиану.
— Один глоток, — шипит он и забирает мой бокал из моей руки.
— Да, господин, — хлопаю я ресницами, совершенно обезоруживая его. Он обнимает меня за плечи и продолжает разговор о бейсболе с Элиотом и Итаном…
***
— Мои родители уверены, что ты святая и можешь ходить по воде. — бормочет Кристиан, когда тянет с себя футболку.
Я свернулась клубочком на кровати, наблюдая за представлением.
— Хорошая штука, знаешь ли, — фыркаю я.
