Задав себе эти вопросы, Лавра невольно пришла к ужасному выводу. Ну конечно, зачем ещё истребителям нечисти сидеть ночью на кладбище, как не заниматься своим основным делом?.. Да, их замысел не удался, они не смогли укротить столь ненавистную им русалку. Но кто запрещал им в этом случае уничтожить Рудольфа? Он и без того находился в их лапах слишком долго, а ждать очередного удобного случая, чтобы использовать его против синеволосой нимфы, ангрилоты уже не станут. И стоны Орфина в этом случае становились вполне объяснимыми – его медленно убивали.
Лавра в спешке пролезла между двумя провалившимися могилами и поцарапала хвост о край ржавой ограды. Несколько чешуек остались сверкать на старой решётке, лишь разозлив русалку. Боль недолго давала о себе знать. От обилия ярости Гербер чувствовала, что организм вновь улучшается с каждой минутой, а голова обретает ясность. Сейчас это необходимо, ведь она обязана вызволить друга из беды.
Стоны опять раздались где-то впереди. Голос Рудольфа садился, отчего он переходил на хрип. Лавра без остановки двигалась вдоль гробниц, подобно змее, и метала в стороны грозные взгляды. Если хоть один ангрилот пожелает вступить с ней в схватку, она разорвёт его на части. И не беда, что у неё нет особого оружия – достаточно будет острых когтей, которые снова затвердели на пальцах.
Однако ангрилоты пока не подозревали о приближении разгневанной русалки. Они продолжали переговариваться насчёт всяких мелочей. Судя по голосам, их здесь было трое, причём третий предпочитал хранить молчание и лишь изредка что-то произносил. Но это вовсе не означало, что в окрестностях кладбища нет других «божьих воинов».
– Завтра еду домой, – сказал первый голос, перекрывая вопли Орфина. – После всех этих потрясений придётся залечь на дно на ближайшие полгода, и это ещё как минимум.
– От этого будет польза, – поделился своим мнением второй ангрилот. – Лучше как можно тщательнее продумать каждую деталь операции, чем на деле терпеть поражение за поражением. Над нами уже смеются на Украине и в Прибалтике. Наслышаны о наших «успехах», даже предлагают свою помощь. Как думаешь, нашим понравятся такие усмешки зарубежных коллег?
– Вот поэтому и уходим в бессрочный отпуск, – согласился первый и вздохнул.
Стон Рудольфа повторился. Лавра, цепляясь за пушистый снег, пробиралась всё дальше и дальше. Скоро рассвет, а с его приходом Орфин обязательно умрёт. Поэтому дорогá была каждая секунда.
– Вы зря возмущаетесь, – вмешался третий голос, и Лавра вдруг замерла, словно подстреленная. Она подняла голову, чтобы убедиться, что слух её не обманул. Неужели она услышала именно этот голос? Этого просто не может быть!..
– Наши братья за границей давненько не сталкивались с такими трудностями, как мы, – продолжил мужчина, столь взбудораживший смелую Гербер. – Если посмотреть историю, то в ней найдётся немало пятен, изобличающих их провалы.
– Подумаешь, – прервал его второй голос, – справиться с какой-то сатанинской шлюхой мы не можем. Да я сам лично девять русалок, как нечего делать, замочил за два года, причём без всяких трудностей. А Охтин весь месяц с одной справиться не может.
– Вот потому и не может, что солдаты у него наивные, как ты, – укорил его третий ангрилот, шагая по снегу из стороны в сторону. – Если б все относились к нависшей над нами угрозе посерьёзнее, то мы бы давно сумели одолеть дьявольских прислужников, наводнивших наш край…
Нет, сомнений быть не могло. Третий голос принадлежал Гаральду. Лавра хорошо знала его, перепутать с кем-то другим просто невозможно. Ночь не переставала преподносить свои жестокие сюрпризы. Сначала Веста призналась в шашнях с врагами, а теперь выходило, что ещё и брат имеет к ним какое-то отношение… Да не какое-то, а самое прямое! Если он здесь, вместе с мучителями Рудольфа, значит, он в курсе последних событий. Он знает, что именно Лавру должны были закопать сегодня на этом погосте. Он знает, что именно для сестры предназначался орф, владелец которого сейчас умирал в невыносимых муках. Он всё знал и для этого приехал в Петербург. Он приехал, чтобы расправиться с Лаврой, и он был ангрилотом!..
От осознания такой чудовищной вещи в голове у Лавры сделалось нехорошо. Силы разом покинули её, смелость куда-то исчезла, а тело задрожало от холода. Поверить в предательство Весты русалка ещё могла. Но что делать с родным братом? Может, на этот раз Лавра, действительно, бредит?..
Она вновь подняла голову и получше рассмотрела присутствующих. Все они спрятались в синие одежды, чем-то напоминающие рясы, но без длинного подола. Никакого оружия у ангрилотов не было или они скрывали его в широких рукавах. Сообразительность не подвела Лавру – их на самом деле было трое. Ангрилоты топтались возле огромного мраморного креста, на котором висел полуголый Рудольф.
Увидев друга, русалка занервничала сильнее. Он был бледен как покойник. Из его живота торчали две стрелы, позволяя тёмной крови по каплям покидать тело. Снег под распятым парнем весь окрасился в тёмный цвет. Значит, Орфин находится тут давно. Удивительно, как он до сих пор сумел сохранить жизнь. Обычный человек не продержался бы с такими ранами на холоде и часу. Впрочем, судя по внешности, Рудольф тоже сдавал позиции. Если он провёл на кресте всю ночь, с восходом солнца его душа покинет землю.
Надо действовать, напасть на врагов неожиданно, ведь они даже не ждут появления Лавры. Хорошо бы, чтобы они все сделались статуями, как-нибудь замерли, пока русалка будет вызволять товарища. Но, увы, колдовать она не умела. Одному ангрилоту запросто удастся пронзить голову куском могильной решётки. Другого вполне успешно можно нейтрализовать с помощью увесистого камня, отколотого от надгробного памятника. Но что делать с Гаральдом?
Лавра тихо заплакала, не зная, как ей поступить. Пока она мучается в страшном выборе, Орфин теряет очередную порцию крови. В нём и так практически не осталось жизни, а ближайшие минуты доведут своё дело до конца. Убить брата Гербер не могла. Даже если он ангрилот, рука не поднимется причинить ему вред. Весту Лавра лишила жизни без всяких зазрений совести, но повторить свою ярость по отношению к Гаральду она уже не в силах. Хотя в то же самое время она прекрасно понимала, что придётся вступить с ним в схватку. Он-то уж точно не будет бездействовать, если Рудольфа кто-либо попытается забрать с кладбища, даже если этим займётся его младшая сестра.
– А я говорю, ерунда всё это, – не унимался второй ангрилот, по-прежнему доказывая что-то своим коллегам. – Мы тянем время, вот и всё. И люциферита этого давно бы отправили в ад, если б не интрижки нашего дорогого месира…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
