Я гордо расправила плечи, веревка врезалась в запястья. Пальцы уже ничего не чувствовали — так туго меня скрутили.
— Ведьмы и колдуны — не по моей части, — медленно проговорил седой нюхач. — На этот счет у нас есть Терен Гройн и его Псы.
Я пожала плечами. Из-за вывернутых за спину рук это выглядело как судорожные попытки втянуть голову в плечи. Нюхач грустно смотрел на меня.
— Что ж, Кадор, тогда отдай меня Псам. Они меня уже один раз ловили.
— Как тебе удалось выплыть? — вдруг заинтересовался собеседник.
— А! Магия дролери. Я говорю не про тот раз. Меня позавчера ловили. И даже поймали.
Я улыбнулась самой что ни на есть паскудной улыбкой. Кадор кивнул.
— И как же ты удрала?
— Магия.
— Магия… Ну что, магичка, освободись от веревок, тогда и посмотрим, насколько ты хороша как союзник.
Холера черная, еще и развлекай его тут!
— Нет, Кадор. Фокусы — это дешево. Ты сам меня развяжешь.
— О? — На лице его отразился интерес. — Ну-ка?
— Позови принцессу.
— Чтобы ты еще раз попробовала ее убить?
— Кадор, я двадцать раз могла бы ее убить, если бы хотела. Я здесь для того, чтобы никто другой этого не сделал. Ей грозит опасность, ты это знаешь. Кто-то желает ее смерти.
Господин Диринг оставил в покое подбородок, поерзал в кресле и сложил перед грудью руки, соединив пальцы домиком.
— Значит, ты явилась из холмов, чтобы защитить миледи?
— Да! Можешь считать меня ангелом-хранителем принцессы и короля. Здесь замешано колдовство, Кадор, и своими силами вы не справитесь. Только я могу ее спасти, и прошу тебя не мешать мне, а помогать.
— В колдовстве я ничего не понимаю, девушка. В колдовстве у нас Псы разбираются. Это к ним надо за помощью, а не ко мне.
Я скроила разочарованную мину. Секретарь вовсю скрипел пером, Кадор откинулся на спинку и вытянул ноги в стоптанных сапогах. Вообще одет королевский нюхач был очень скромно, в серое и бурое. И меча у него на поясе не висело, только кинжал.
— Как хочешь, — сказала я. — Тогда займусь поисками сама. А ты пропустишь самое интересное.
Секретарь не выдержал и фыркнул. Мы с Кадором поглядели на него, и он уткнулся в бумаги.
— Не спеши, — миролюбиво посоветовал Кадор. — Мы еще не договорили, у меня много вопросов. Например, откуда ты узнала о покушениях?
— У меня есть друзья в Амалере. Они и рассказали. Поэтому я вернулась.
— Друзья?
— Да. Принцесса их видела. Но не всех.
Не видела, потому что на тот момент была слепа. Но я не стала уточнять. Про Эрайна и Стеклянную Башню рассказывать нельзя, а что соврать, я еще не придумала.
— Зачем тебе все это надо, Леста Омела? — Он впервые назвал меня по имени. — Спасать принцессу, короля? Что тебе до них… волшебница?
— Ты сказал. — Я шагнула вперед, и секретарь вскинул голову. — Волшебница. Я сделалась волшебницей благодаря Каланде. Я ее вечная должница. Я не оставлю в беде ее детей. И ее саму.
— Вернись на место. — Он поднял ладонь. — В свое время ты колдовством похитила королеву Каланду. Вернуть ее удалось только чудом, кое чудо сотворил его святейшество Минго Гордо, ныне покойный. Как эти факты соотносятся с твоими словами о долге и спасении?
Я замялась.
— Кадор… я уже говорила принцессе, и тебе повторю. Я не помню части событий, связанных с Каландой и ее исчезновением. У меня затерта память. Но она постепенно восстанавливается. Я предполагаю, что покушения на принцессу и болезнь короля связаны с той давней историей. И в этой истории замешан какой-то колдун. Не я. Не Каланда. Не Райнара. Кто-то четвертый. Это он тогда украл Каланду и затер мне память. Это он свел с ума Райнару. Это он медленно убивает Найгерта и пытается избавиться от Мораг. Это он еще раз украл Каланду и…
Господин Диринг взмахнул ладонью, и я заткнулась. Понятно, не надо говорить такое при свидетелях. Зато стало ясно, что с Мораг он уже беседовал. А может, уже проверил крипту и обнаружил соломенных кукол в королевином гробу.
— Почему ты думаешь, что это сделал один человек?
— Можно, конечно, усложнить себе задачу и представить толпу колдунов…
— Почему ты решила, что это колдун?
— Я сужу по его действиям. У меня затерта память. Госпожа Райнара, очень сильная волшебница, сам знаешь в каком состоянии. Король болен непонятной болезнью. Мораг ходит по грани безумия. Подосланные убийцы закляты. Тебе мало?
Господин Диринг опять взялся за подбородок.
— Разве колдуну, если он так могуч, не легче убить принцессу самому, чем заклинать убийц?
Пауза. Мне это не приходило в голову.
— Холера, Кадор. Отличный вопрос. Почему он этого не делает? Почему?
Я не могла стоять на месте и заметалась вдоль стены. Четыре шага налево, четыре шага направо. Четыре шага налево…
— Загребать жар чужими руками удобно. Но если не получилось? Если сорвалось? Три раза чужими руками, и все без толку? Что ему не дает сделать это самому? Он не может отлучится? У него ведь Каланда в плену… Он боится оставить ее без присмотра?
— Не мельтеши, — поморщился Кадор. — Встань, где тебя поставили, и стой спокойно. Фраск. — Секретарь поднял голову. — Ты свободен.
Ага. Значит, начинается разговор без свидетелей. Когда за секретарем закрылась дверь, Кадор вздохнул и потер пальцем лоб.
— Рассказывай. Про крипту, что ты там увидела, зачем вообще все это было затеяно.
Здесь мне скрывать было нечего, и я рассказала. Вернее, я опустила фразу короля Леогерта «ты не моя дочь», решив, что Мораг сама скажет, если посчитает нужным. Господин Диринг никак не показал, что заметил пробел. А вот что Мораг неинициированная волшебница, ему пришлось скушать, хоть он и кривился. Но Кадор не суеверный крестьянин, поэтому хвататься за солю и обмахиваться большим пальцем не стал.
— Каланда жива, — заключила я. — Король Леогерт заявил, что ее нет среди мертвых. Также он сказал, что Нарваро Найгерт — не его сын. С тем, что, кроме куклы королевы, мы обнаружили в гробу куклу младенца, логично предположить, что настоящего ребенка увезли вместе с матерью и он тоже жив. Хотя про ребенка старый король не успел ничего сказать.
Что-то длинно зашуршало, и за спиной у меня распахнулся проем. Из темноты выступила хрупкая фигурка, едва ли выше меня ростом. Детское треугольное личико, чернющие глаза, серебряная прядь в волосах. Белое на черном. Длинный тонкий кинжал мелькнул, спрятавшись в рукав. Я запоздало сообразила, что этот кинжал все время находился в дюйме от моей печенки. Бррррр…
— Значит, где-то ждет своего часа законный король Амалеры, — Нарваро Найгерт медленно оглядел нас с Кадором и вызывающе улыбнулся. — Настоящий король, господа. Истинный.
Глава 26
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
