— Да чего ты злобишься, миледи? Это всего лишь версия.
— Мораг, отношения выяснять будешь потом, когда я вас отпущу, — Найгерт несильно, но весомо хлопнул ладонью по столу. — Придержи язык. — Он еще раз хлопнул по столу, теперь с досадой. — Вы сбили меня с мысли. О чем мы говорили?
— Что ребенка королевы, может быть, держат в заложниках, — напомнил лорд Виген.
— Нет. О том, что колдун не выступил на коронации. О том, что он совершает покушения чужими руками.
У Вигена расширились глаза:
— И единственный раз, когда он сделал, что сделал, и сделал удачно — это похищение королевы и ребенка. Герт, это действительно похоже на правду!
— Мы не знаем, сделал ли он это сам или чужими руками, — уточнил Кадор.
— Неважно. Главное, что ему удалось. А почему ему это удалось? Потому что там не было ТЕБЯ!
Вигенов палец, сверкнув перстнем, указал на принцессу.
— Да! — обрадовалась я. — Да! Мораг, ты у него камень преткновения, точно.
— Сама ты… — начала принцесса, но поглядела на брата, закусила губу и принялась демонстративно раскачиваться на табурете и разглядывать потолок.
— Значит, дело не в обряде, — сказала я. — Или не только в нем. Значит, ты УЖЕ что-то такое делаешь, что он опасается к тебе приближаться. Может, он совершал попытки, только ты не заметила. У тебя все само собой происходит, Мораг. Ты даже не замечаешь этого.
— Угу. Само собой, не замечаю. Это же как упиться надо, каррахна…
— Было, — Найгерт постучал пальцем по столу, привлекая внимание. — Кое-что было. На коронации.
Все разом повернулись к нему.
— Мореле, ты должна помнить. Человек-дракон, плюющийся огнем. Он выплевывал струи огня, длинной в несколько ярдов. Он показывал свое мастерство на поле, перед турниром.
— Ну, может быть, — пожала плечами принцесса. — Тогда этих факиров-прохиндеев целая толпа понаехала. Я не нанималась их запоминать.
— У того факира ученик был. Он глотал железные прутья и вытаскивал их у себя из задницы…
— О госссподи! — воскликнул Виген. — Я его помню! Все хохотали до колик.
— Да, — неохотно согласилась Мораг. — Что-то было. Но он какой-то чокнутый оказался. Или пьяный. Полез со мной драться зачем-то…
— Нет, — Найгерт поднял ладонь. — Все было не так. Парень сперва глотал прутья, а потом пригласил любого желающего подойти и проткнуть его прутом. Эмор Арвель, лорд Ракиты, помнится, это сделал. Вернулся к нам на трибуну и долго ахал. Прут, говорит, был заточенный и самый настоящий, я, говорит, даже чувствовал сопротивление плоти, а паршивцу хоть бы что, стоит себе и посвистывает.
— Да помню я, — недовольно буркнула Мораг. — Мне его проверить захотелось.
— Ты спустилась на поле, а Змеиный Князь тогда и сказал, что это, похоже, не ловкачество, а настоящее колдовство.
— Колдовство — не колдовство, а пройдоха этот, как только я ему заголиться велела и пузо свое показать, завизжал и полез драться, по-бабьи так, словно я ему дерево, а он — кошка драная.
— Ты, миледи, его в живот пальцем ткнула, если память мне не изменяет, — вставил Кадор.
— А! Ну да. Я ему сказала; «Прут у тебя шарлатанский, а вот что скажешь, если я тебя пальцем насквозь проткну?» Ну и ткнула со всей дури. Не насквозь, конечно, но синяк здоровенный он схлопотал. Повалился на спину и копыта задрал. Вот тебе и факир. Я прочь пошла, тут он меня догнал и давай по спине дубасить. И визжать что-то несусветное. Пришлось его по голове успокоить. Дурацкая история. Чего ты вдруг вспомнил, Герт?
— Того колдуна, что огнем плевался, учителя его, больше не видели, — объяснил Найгерт. — Я велел его найти, очень мне понравилось как он пламя изо рта пускает. Исчез он, как сквозь землю.
— Ну и что? — Мораг пожала плечами. — Смылся он. Чтоб за ученичка не отвечать.
— Может и так, — Найгерт потрогал висок, — а может, это и был тот самый колдун. Разведывал обстановку, готовился выступить.
— Герт, ерунду городишь. Сам посмотри. Это же был второй или третий день после коронации. Если бы это тот колдун оказался, он бы проявился уже.
— Нет, не ерунду, — перебила я. — Не ерунду. Тот это или не тот колдун был, но ты, миледи, на него повлияла. Я в городе еще кое-каких слухов наслушалась. Не кривись, пожалуйста. Вспомни, как ваденжанский лорд к тебе сватался!
— Верно! — Найгерт наставил на сестру тонкий как лучинка палец. — Мореле, вспомни! Ты с ваденжанином дралась, а его колдунишка грозился тебя проклясть. Начал было проклинать — и упал замертво. Удар с ним случился. Помнишь?
— Ну все, — Мораг скрестила руки на груди. — Уйду к перрогвардам. Мне там самое место.
— Хм… — пробормотал господин Диринг. — Ну вот, два и два вроде бы складывается. Боятся тебя колдуны, миледи.
— А эта почему не боится?
Мораг кивнула на меня. Я опешила, но быстро спохватилась:
— Видно, те колдуны подосланные были.
— Ну и что? — не сдавалась Мораг. — Подосланные, не подосланные, какая между вами разница?
Да уж, вопрос. И правда, какая разница? Я сидела с недоуменной миной, а все на меня смотрели и ждали, что я скажу. А мне ничего не лезло в голову.
— Ну… не знаю. Скорее всего, они были меня сильнее. Или наоборот… Колдовал ли тот парень с прутом? Вполне мог — наведенная галлюцинация, отвод глаз… Я никогда не колдовала на людей… Мораг! Вот в чем разница! Я никогда не колдовала на людей, в том числе на тебя. Если я попытаюсь на тебя воздействовать, со мной тоже случится какая-нибудь беда.
— Ага! — обрадовалась принцесса. — Это хорошо. — Она фыркнула. — Трепещи, малявка. И этим своим расскажи. Тварям говорящим.
— Они не люди. Вряд ли твои таланты их заденут.
— Если спросите моего мнения, — скривилась Мораг. — Это все опять вилами по воде. На малявку не действует — пусть скажет спасибо.
— Спасибо!
— Помолчи! Может, вообще ни на кого не действует, это мы насочиняли тут сказок как детишки, и радуемся. Подумаешь, один идиот удар схлопотал, другой драться полез — это что, доказательство?
— Складывается или нет, но мы точно чего-то недоучли, — пробормотал Виген. — Надо подумать как следует.
— Вот и думай! — Мораг выпрямила ноги, отъехав на табурете на середину комнаты. — Ты камерарий, тебе думать положено.
— Лорд Виген прав, — Найгерт с некоторым трудом выбрался из кресла. — На сегодня мы завершаем совет. Задача в общих чертах обрисована. Ломайте головы, господа. Если возникнут какие-нибудь мысли или новые сведения, я выслушаю их в любой час дня и ночи. Кадор. Приказываю тебе заменить седалище. Если не жалеешь собственную задницу, пожалей хотя бы собственного короля. Что касается тебя, Леста. Ты остаешься в замке при моей сестре. Если тебе понадобиться выйти, обращайся прямо ко мне. Если я не смогу тебя принять, обращайся к господину Дирингу. Кроме того, я хочу, чтобы ты дала слово не сбегать и не колдовать в стенах замка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
