моих земель. Она любила только себя. Я нужен был ей лишь как трофей, чтобы украсить ее, добавить вес в обществе. Этого союза никогда бы не было! А то, что было в прошлом, стало моей большой ошибкой, но кто не делает их в молодости?
Стефано встал с кровати, оставляя Диану лежать, и прошел к очагу.
– Она призналась мне в страшных деяниях против тебя. А кто трогает то, что принадлежит мне, тот обычно получает по заслугам. Но в тот момент я впервые в жизни бездействовал. Я не убивал Изабеллу. Я все еще могу здраво мыслить, чтобы не навлечь на себя гнев Венеции.
Стоя спиной к жене, герцог рукой уперся в каменную кладку. Диана, слушая его речь, неожиданно для себя залюбовалась этой картиной. Но когда Стефано обернулся, она вздрогнула, понимая, как сильно болит ее сердце при виде его.
– Но я рад, что кто-то сделал это за меня, – честно сознался он, – но в то же время этот кто-то начал играть в свою игру, в которой я оказался в центре событий. И мне это уже не нравится.
Стефано задумчиво прошел до окна, все это время Диана следила за ним, слегка поднявшись на кровати. Она молчала, хотела слушать. Пусть он говорит много, ведь это так редко бывает.
А герцог будто рассуждал вслух сам с собой.
– Кому-то очень выгодно натравить на меня врагов с разных сторон, – он усмехнулся. – Значит, этот кто-то был возле охотничьего дома в тот момент, когда мы с Изабеллой встретились. Кто-то за мной следил.
Диана тяжело сглотнула, слезы уже высохли, она внимательно слушала его, представляя эту картину и радуясь лишь одному – что умер не ее муж! А если бы он не вернулся с той встречи? А если бы его убили? Как бы она жила с этим?
Его рассуждения и ее мысли прервал стук в дверь, и в покои влетела Агнесса.
– Ваша Светлость! Ой, простите. – Она торопилась к хозяйке, узнав от Карло, что той стало плохо. А еще она встретила Доменико, который ей все рассказал, ведь Изабелла была подругой Агнессы. Все это так подействовало на нее, что девушка не удержалась и ворвалась в хозяйские покои.
В этих покоях царило напряжение: Диана сидела на кровати, взгляд ее был уставшим. Обе руки покоились на животе и слегка поглаживали его. А герцог, сложив руки сзади, стоял у окна. Он тоже обернулся, но, увидев Агнессу, нахмурился. Она не хотела прерывать семейные разговоры, поэтому лишь поклонилась и снова скрылась за дверью.
Диане не хотелось никого видеть. Даже доктора Москатти, которого позвал Стефано. Но ей придется его принять. К тому же живот еще тянет. Пусть не сильно, но боль неприятная.
– Я оставлю тебя на попечение доктора Москатти, а сам поеду в тот дом. Дьявол, – выругался герцог и сжал челюсти, явно не желая туда ехать, – еще проклятые флорентийцы вместе со Сфорца!
Стефано уже знал, что нужно делать, сложность была только в том, что все навалилось в один момент. Изабелла знала, когда умереть, чтобы устроить еще больше проблем.
– Но сначала дождусь, пока тебя осмотрит доктор.
Он уже дошел до двери, когда Диана слезла с кровати и коснулась его руки. Стефано обернулся, вопросительно посмотрев на нее.
– Я тебе верю, – прошептала Диана, – я знаю, что ты ее не убивал. Ты бы не сделал это на своей территории так открыто.
Стефано коснулся руки жены и поднес ее к губам.
– Это много для меня значит, – произнес он, а ее ладонь застыла возле его губ. Затем Диана пальцем провела по ним, очерчивая их контур, затем по щеке. За что им такие наказания? Чем они провинились перед Господом Богом?
– Вместе мы справимся, – прошептала она.
Стефано притянул ее к себе ближе и губами нашел ее губы. Этот поцелуй стал особенным, очень чувственным, пылким. Он с трудом его прекратил, разрывая зрительный контакт. Ему надо идти, еще очень много дел.
– Я встречу доктора Москатти, хочу знать, что тебе ничего не угрожает. – Стефано вышел, но внезапно остановился и обернулся: – Мне очень жаль, что Изабелла причинила тебе волнение. Мне вообще жаль, что однажды я связался с этой женщиной.
Он ушел. А Диану переполняли непонятные чувства: переживания вперемешку с болью в сердце, печалью, грустью, но все же приятно было услышать его последние слова. Диана легла в постель в ожидании врача. К ней уже подоспели Марта и леди Агнесса, которая то и дело вытирала платком глаза.
– Я вас отпускаю домой, леди Агнесса, – недовольно пробубнила Диана, хотя понимала все чувства, которые испытывала камеристка. Но сейчас не хотелось оплакивать Изабеллу, какой бы подругой она ни являлась Агнессе. Вдруг вспомнилось заточение у синьора Травило, тот ад, что пережила юная герцогиня. Если это и правда подстроила Изабелла, то она сейчас должна гореть в аду.
Диана перекрестилась за дурные мысли. Не ей судить, существует высший суд, и только он должен наказывать повинные души.
Сейчас как никогда хотелось в часовню, побыть наедине с Богом. Как только доктор Москатти ее осмотрит, она тут же пойдет туда и будет молиться за своего мужа.
Доктор не заставил себя ждать, приехал быстро. Рядом с ним находилась взволнованная Реджина. Диана была рада неожиданной встрече.
А герцог ждал внизу, обсуждая с Маурицио планы на ближайшее время. Сначала надо посетить охотничий домик, потом их ждет Генуя. Правда, самому герцогу в Геную ехать не хотелось, что-то подсказывало ему, что надо остаться в замке и удостовериться, что Диана не родит в ближайшее время. Еще слишком рано.
Доктор, осмотрев Диану, спустился вниз, оставляя Реджину вместе с герцогиней. Стефано ждал, стоя рядом с Неро.
– Ваша Светлость, – поклонился доктор, – я велел герцогине оставаться в постели, потрясение, которое она испытала, не столь благоприятно повлияло на ее беременность. Я очень надеюсь, что она не родит раньше, хотя в ее случае…
– Что в ее случае? – перебил его Стефано, ожидая скорого ответа, и доктор ступил к нему ближе:
– В нашем случае чем раньше она родит, тем легче перенесет роды.
Стефано понял его. Чем меньше ребенок, тем легче она родит. Ребенок не столь важен. Вернее, его судьба предрешена.
– Как ранние роды повлияют на ее здоровье?
Герцога не волновал сын, он переживал за жизнь ее светлости.
– Никак, она быстро восстановится. Но осложнения бывают при любых родах, даже при тех, которые приходят вовремя.
Стефано кивнул и
