очередную заметку и пошел вверх по лестнице догонять Сьюзен.
Гарри пришел в себя. Он пытался что-то произнести, но, к счастью для нежных ушей господской дочери, шелковый кляп во рту мешал словам вырваться наружу. Зато глаза его просто выкатывались из орбит, когда он пытался проделать трюк Гудини с веревками, обвязанными вокруг ног и рук. Сьюзен Кирксайд, направив на него винтовку, выглядела вполне достойно. Беспокоиться ей было не о чем: Гарри беспомощен, как индюшка на вертеле.
— Эти люди в погребе,— сказал я.— Они пробыли там несколько недель, а кое-кто и несколько месяцев. Когда они выйдут наружу, то будут слепыми и слабыми, как котята.
Она отрицательно покачала головой.
— Я думаю, все будет в порядке. Их выводят на прогулку в ангар каждое утро на полтора часа. Так их нельзя заметить с моря. Нам тоже не разрешают смотреть. Во всяком случае, запрещают это делать. Но я их часто видела. Папа на этом настаивал. И сэр Энтони.
— Молодец папочка.— Я посмотрел на нее.— А разве старик Скурас бывает здесь?
— Конечно.— Она удивилась моей реакции.— Он ведь один из них. Лаворски и этот тип, Донован, которые занимаются всей организацией, они же работают на сэра Энтони. Разве вы не знали? Папа и сэр Энтони — друзья. То есть были друзьями до этого. Я часто гостила в доме сэра Энтони в Лондоне.
— А теперь они не дружат? — забросил я удочку.
— Сэр Энтони совсем спятил после смерти своей жены,— доверительно сказала мне Сьюзен. Я с удивлением взглянул на нее и попытался вспомнить, когда я сам так же безапелляционно высказывался по вопросам, о которых не имел понятия. Не смог припомнить.— Он снова женился, вы знаете. На какой-то французской актрисе, по-моему. Но это ни к чему не привело. Она плохая. Она просто воспользовалась моментом, чтобы его прихватить.
— Сьюзен,— сказал я с благоговением,— вы просто восхитительны. Боюсь, что вы так и не поймете, что я имел в виду, когда говорил о моей пенсии, стоящей между нами. Вы ее хорошо знаете?
— Ни разу не видела.
— Я так и понял. А бедный сэр Энтони просто не знает, что творит, верно?
— Он совершенно запутался,— попыталась защитить его Сьюзен.— Он славный, правда. Во всяком случае, был таким.
— Запутался в смерти четверых человек. Троих его людей я не упоминаю,— так сказал я. Сержант Макдональд считал его хорошим человеком. Сьюзен говорит, что он славный. Интересно, что бы она сказала, посмотрев на спину Шарлотты Скурас.
— Как кормят пленников?
— У нас два повара. Они на всех готовят. Еду им приносят в погреба.
— Еще слуги есть?
— Больше нет. Папу заставили всех распустить четыре месяца назад.
Этим можно было объяснить свинарник в ванной охранников. Я сказал:
— О моем прибытии сюда на вертолете, вчера днем, было тут же доложено на «Шангри-ла». Это сделал человек со шрамами на лице. Где находится передатчик?
— Вам все на свете известно, да?
— Всезнайка Калверт. Где он?
— Рядом с залом. В комнате под лестницей. Она заперта.
— У меня есть ключи, которыми можно открыть Государственный банк. Подождите минутку.— Я спустился в комнату часовых у входа в погреба и вручил Сьюзен бутылку виски.— Держите крепко.
Она внимательно посмотрела на меня.
— Вам это действительно нужно?
— Наивная юность, Боже мой! — кривляясь сказал я.— Конечно, мне это нужно. Я ведь алкоголик.
Я развязал Гарри ноги и помог подняться. Он отплатил мне за доброту тем, что попытался лягнуть меня носком ботинка, но четверть часа, проведенные на полу в связанном виде, не способствовали восстановлению кровообращения и быстроте реакции, поэтому я быстро привел его в чувство тем же самым приемом. Когда я поднимал его с пола во второй раз, у него уже пыл пропал.
— Неужели... неужели вы не могли без этого обойтись?— в ее взгляде опять засветилось негодование.
— Разве вы не видели, что он пытался со мной сделать? — спросил я в свою очередь.
— Все мужчины одинаковы,— изрекла она.
— Прекратить разговоры! — заорал я. Я человек старый, больной и усталый. Кроме того, уже исчерпал свой запас остроумия на сегодня.
Передатчик был превосходный — большой металлический агрегат фирмы Ар-Си-Эй, последней модели. Такие устанавливают сейчас на военно-морских судах в разных странах. Я не стал терять время на вопросы, где им удалось раздобыть его. Эти друзья были на все способны. Сел на стул и начал настраивать аппарат, затем взглянул на Сьюзен.
— Идите и принесите бритву вашего отца.
— Вы не хотите, чтобы я присутствовала при передаче?
— Понимайте как знаете. Только принесите бритву.
Если бы на ней была надета юбка, то она бы, как говорится, выпорхнула из комнаты. В том, что на ней было, «выпорхнуть» было нельзя. Передатчик работал в самом широком диапазоне частот: от длинных волн до самых коротких. У меня ушло меньше двух минут, чтобы настроиться на нужную волну. Это не представляло никакого труда. Злоумышленники поступили чрезвычайно предусмотрительно, снабдив меня таким замечательным аппаратом.
Сью Кирксайд вернулась до того, как я начал говорить. В общей сложности я провел у микрофона десять минут. Помимо позывных и координат, говорил открытым текстом. Я был вынужден это сделать. У меня не было с собой шифровального блокнота, а время поджимало. Я говорил медленно и ясно, отдавая четкие распоряжения по порядку перемещения людей, корректировке радиочастот, описывая подробнейшим образом особенности расположения замка Дабб Сгейр и задавая вопросы о последних событиях на побережье. Я ни разу не повторился и ни разу не попросил повторить то, что говорилось мне, потому что каждое слово записывалось. Уже к середине сеанса связи брови Сьюзен окончательно исчезли под русой челкой, а Гарри приобрел вид человека, которого мешком ударили. Я закончил сеанс, вернул ручку настройки в первоначальное положение и поднялся.
— Ну что же,— сказал я.— Я ухожу.
— Что вы собираетесь сделать? — серо-голубые глаза широко раскрылись, брови опять полезли вверх, под челку, только на этот раз не от изумления, а от ужаса.— Вы уходите? Оставляете меня здесь?
— Ухожу. Если вы считаете, что я останусь в этом проклятом замке хоть на минуту дольше положенного, то вы просто спятили. И так слишком далеко зашел. Неужели вы думаете, что я собираюсь оставаться здесь до того момента, когда сменится охрана или вернутся труженики морских глубин?
