бы на порядок удивительнее.
Захотелось сжать кулак. Сжать так же, как он сжимал его, когда подчинял своей воле камень. Почувствовать все сокрушающую силу, ее сопротивление в руке, дрожащее напряжение в пальцах. Но с энергией духа в этом не было необходимости: безусловно, недостаток, который, впрочем, не делал процесс менее приятным.
Люди разбегались кто куда. Одни толкались на узких ступенях, отпихивали друг друга, другие же, кто не желал становиться трусливой бесхребетной дичью, и кто успел вооружиться, высыпали на улицу с подобием арбалетов в руках.
Расклад сил стремительно менялся: спускающиеся за своей добычей фурии теряли контроль над полетом, врезались в стены и брусчатку. Но обрывали их жизнь отнюдь не выпущенные наугад болты.
Райз едва сдерживал смех. Его переполняло чувство силы, чувство абсолютного превосходства над противником, даже не осознающего, откуда приходит смерть. Как же ему не хватало этого глотка опьяняющего, кружащего голову воздуха!
Который, впрочем, грозился стать последним. Как бы примечательна ни была подаренная Фелисом сила, она зависела от других. Беженцы, осознавшие, что фурии не могут их достать, стали брать себя в руки, а страх — под контроль. Но Райз не возражал против смены подхода. Куда больше задачу усложняло то, что люди все меньше смотрели на фурий и все чаще — на него. Это внимание не могло долго оставаться незамеченным.
Райз вооружился кружащей вокруг грива рыжей дымкой возбуждения, прихватил немного желтой взвеси паники и, конечно же, синие клочки холода и приготовился ждать. Он ощущал острую нужду в задушевной беседе с крылатой — любой из тех, что перестанет осторожничать и спустится к нему поближе.
Долго ждать не пришлось. Кружившая в стороне от остальных фурия с антрацитово черной чешуей сложила крылья коконом, видать, полагая, что это защитит ее, и бросилась к Райзу.
Выждать. Подпустить поближе и нанести удар — который обездвижит, но не убьет. Нужно только выждать еще немного.
Клык появился перед ним за мгновение до того, как Райз собирался активировать энергию. Ощетинившаяся иглами спина закрыла Райза от фурии, не давая ему прицелиться. Единственное, что он успел увидеть, это сверкнувшие алым когти крылатой, готовой пустить грива на фарш.
Синий сгусток взорвался внутри и вокруг твари холодом, и та, судорожно расправив крылья, упала под лапы Клыка. Тот сразу вцепился в ее голову, но фурии было уже все равно.
Проклятье!
— Я что велел тебе делать?! — Райз налетел на грива. Клыки того и правда плохо справлялись с покрывающей тварь чешуей. — Мало мне было самовольничества Къярта, еще и ты туда же?!
Он поднял взгляд к небу и раздосадовано выругался. Фурии, усвоившие урок и не готовые к последующим потерям, одна за одной скрывались в вечереющей синеве. Расстояние до ближайшей из них было слишком велико, чтобы дотянуться энергией духа и сбить.
— Зараза! Доволен теперь?!
Клык был слишком занят борьбой со своей добычей и не обращал на хозяина внимания, пока тот не пнул его в шею. Грив утробно зарычал, оставил голову фурии в покое и, ощерившись, дернулся в сторону Райза.
— Давай, рыкни мне еще раз, — пророкотал тот, перейдя на язык друидов, как никакой другой подходящий для выражения его текущих эмоций. — Раз облажался, так закрой пасть и не зли меня.
Клык моргнул. Шумно выдохнул воздух, выражая свое возмущение, и, помедлив, сделал шаг назад, опустил голову к земле.
Райз вздохнул, успокаивая поднявшуюся внутри бурю.
— Горе мне с вами, — сказал он и провел ладонью по лбу грива. — Ладно, зверюга, прощен. Но ослушаешься в следующий раз, и будешь месяц одной травой питаться.
Клык снова фыркнул и ткнулся носом в ладонь.
Обернувшись, Райз встретился взглядом с Мау, чье лицо преисполнилось благоговения. Очнувшись, он бросился к приходящим в себя людям, восторженно крича на их языке.
— Чтоб меня, — пробормотал Бенджи, когда они остались с Райзом один на один. — Ты и правда человек с двухвостым зверем.
— 10 -
Беженцы слонялись по площади, собирали разбитые тарелки, бросали обломки деревянной утвари и порванную крыльями мишуру в костер, к которому уже стащили тела фурий. Разумнее было бы закопать их за городом: вряд ли огонь возьмет тела. Но люди хотели сполна насладиться вкусом победы.
— Мне нужно, чтобы ты рассказал об Орде все, что знаешь, — без лишних отступлений сказал Райз, когда жрец снова появился рядом.
Последние минут тридцать, пока все занимались делом, тот без остановки прославлял победившего тварей героя, и теперь, раскрасневшийся, с горящими глазами, он едва мог спокойно стоять на месте.
— Конечно, я расскажу все по дороге к Флеуде, — Мау энергично закивал головой.
— Флеуде? Этой вашей горе с пророчеством? Извини, у меня несколько другие планы и на паломничество сейчас нет времени.
— Но как ты собираешься победить Орду без оружия?
Прозвучавший вопрос озадачил.
— Без оружия?
— Да, без оружия. У тебя же его сейчас нет.
— С чего ты это взял?
— Его не может у тебя быть, — растерянно произнес жрец. — Чтобы достать его, тебе нужен ключ. Ключ к оружию. Наш орден хранит его больше тысячи лет.
А вот это уже представляло интерес.
— Что за ключ?
— Я не знаю. Только высшему жрецу позволено его видеть. Поэтому и нужно спешить к Флеуде. Ключ находится в ее святилище, — Мау с нетерпением посмотрел на Райза.
Учитывая, насколько этот мир оказался подготовлен к его случайному визиту, вполне возможно, что этот пресловутый ключ — дорога назад. Но если все так просто, какой тогда вообще был смысл в таком крюке? Получение информации об Орде, которая теперь, по всей видимости, будет даже не из первых рук, а со слов Мау? Встреча с фуриями?
— Хорошо, Мау. Возьми флеринга. Выезжаем немедля, — распорядился Райз и встретился взглядом с мнущимся неподалеку Бенджи.
Тот смотрел на него, точно пес, от которого решил избавиться хозяин, и, недолго думая, вывез в лес и привязал к дереву подыхать.
— Бенджи, поедешь со мной на гриве.
Тот просиял, а вот Клык свое отношение к плану выразил красноречивым фырком.
— А ты проштрафился, так что никаких возмущений.
Не прошло и часа, как они выехали из города и направились на запад.
Какое-то время Клык еще пытался ворчать: мало ему было седельных сумок, под завязку набитых провизией, так теперь пришлось еще терпеть лишнего ездока. Но схлопотав пару воспитательных пинков по бокам, грив в последний раз страдальчески рыкнул и умолк. Флеринг, везущий одного только субтильного жреца, бодро бежал рядом.
Еще до выезда из города Райз потребовал у Мау карту с указанным на ней путем к
