– Пошли – кивнул Кроу и первым двинулся вперед, наискосок пересекая небольшую площадь Шеледо, в то время как ночной ветер бросал под его ноги багряные листья.
Когда они почти добрались до переулка, их уши уловили весьма напряженный диалог двух спорщиков, что явно находились где-то выше.
– Нет мы не будем этого делать! Просто потому что это глупо!
– Будем! И сделаем!
– Идти вдвоем на болотного монстра просто глупо! И мы не пойдем! Я решила!
– Ты решила?! Слушай сюда, похотливая ты ириска!
– Похотливая ириска?!
– Не зря тебя пурум-пурумщицей назвали!
– Кулак смерти! БДЫЩ!
– Какой еще бд… ой! А-а-а-а!
– Выпаданцы атакуют! – Миф округлил глаза, глядя на выпавшую с третьего этажа жертву услышанной ими перебранки, что перевернулась и бед малейшей грации шлепнулась плашмя.
– Святой Берендей… – простонал упавший.
Буднично обойдя упавшего на брусчатку парня со странноватой прической и цветкоподобным игровым ником, Кроу мельком глянул на стоящую у распахнутого окна на третьем этаже рассерженную донельзя эльфийку и, вежливо ей кивнув, вошел в переулок. Им вслед донесся сдавленный голос выпаданца:
– Надо подаваться обратно на юга-а-а-а….
Усталые авантюристы, забыв о выпаданце, прошли до конца переулка, что оказался тупиком, где путь им преградила массивная дубовая дверь. Рядом с ней стоял тяжело дышащий парень «местный», старательно натирая дверь пропитанной маслом тряпкой. Не зря дерево двери так мягко сияет в свете двух медных фонарей, что висят над дверь и вывеской «Гончарная Долдара».
Повернувшись навстречу подошедшим, парень мельком оценил их коротким взглядом и, чуть подумав, принял решение и распахнул перед ними дверь. Все это он проделал молча и без малейшего намека на улыбку. Впрочем, учитывая длинный шрам на левой щеке, что наискосок пересекал губы, это бы была скорее злобная гримаса, а не улыбка.
– Радушием и не пахнет – тихо заметил Ми.
– Они работают далеко не с каждыми – столь же тихо ответил гном, первым переступая порог.
Внутри их ждало ничем не примечательное помещение, выдержанное в строгих нейтральных тонах и обставленное с подчеркнутым аскетизмом. Сероватые оштукатуренные стены, высокий потолок, три масляных светильника, а из мебели лишь стол и два стула, что сейчас пустовали. Но стоило им войти, как дверь в противоположной стене открылась, пропуская широкоплечего гном с короткой русой бородой, чьи удивительно яркие серые глаза смотрели с безразличием.
– Вечер уже поздний, чужеземцы. Да и в ближайший год мы заняты – большой важный заказ. – без обиняков заявил гном и, коротко кивнув, развернулся обратно.
– Но он еще не закончился – спокойно ответил Кроу и, чуть повысив голос, произнес странную фразу – Эльфийским дубам не взобраться на склоны гномьих гор. Их корням и ветвям не опутать священного камня и не заглушить кузнечного горна. Дымное пламя пожрет ложь и цветы раккаконов!
Уже выходящего гном эти слова будто молотом в затылок ударили. Шатнувшись, он врезался плечом в косяк, рывком развернулся и в два шага оказался перед Кроу. Два коренастых коротышки замерли друг перед другом в молчании, а разинувший от удивления рот Миф ме-е-е-едленно опускался на один из стульев, заодно пытаясь нащупать его блуждающей за спиной рукой.
– Эти слова… – проскрежетал русобородый гном – Эти откровенно неумелые гномьи стихи…
– Стихи? – Миф изумленно выпучил глаза, но с внезапной снизошедшей на него мудростью решил эту тему далее не развивать, вместо этого спросив – Кто такие раккаконы?
– Эльфы – хором ответили ему гномы.
– Эти слова никто и никогда не слыхал кроме…
– Одного умершего чужеземца, с которым ты как-то распил целый бочонок гномьей браги – кивнул Кроу.
– Умершего? Ох…
– Да, мастер Долроган… тот чужеземец мертв – подтвердил Кроу и слабо улыбнулся – Его глубокая могила надежно сохранит твои тайны.
– Как он погиб?
– Дракон – тихо произнес игрок – Его испепелил великий огненный дракон. И его друзей. Ты знал их…
– Всех?
– Никого из этих оказавшихся не столь уж и бессмертными чужеземцев ты больше не встретишь на просторах Вальдиры.
– Это великое горе…
– Согласен.
– А ты сам? Он? – взгляд мастера Долрогана уперся в нащупавшего наконец стул Мифа.
– Мой друг Серый Мифрил. Мастер карт, стрелок из арбалета, страстный копатель и любознательный познаватель мира. У него чистое сердце и добрая натура. – улыбнулся гном – Я же гном Кроу из Серого Пика. Начинающий кузнец, строитель, землевладелец.
– И хранитель старых тайн…
– Да – кивнул гном и, чуть помедлив, добавил – И возможно во мне есть частичка того чужеземца, что был сожжен зловонным дыханием дракона…
– За их гибель отомстили?
– Нет. Но отомстят – как показалось Мифу при этих словах в глазах гнома зажглись тусклые красные огоньки, но скорей всего это просто был отблеск настенных светильников.
– Горнило мести расплавит любой металл… обожжет и искорежит любую душу…
– Я знаю.
– Гном Кроу из Серого Пика, значит… – сделав наконец шаг назад, мастер Долроган неспешно прошелся вокруг продолжающего спокойно стоять Кроу – Ты похож на него…
– Немного – согласился игрок.
– Но внешность обманчива.
– Да.
– Однако никто другой не мог знать тех стихов, кои я с пьяной опрометчивой откровенностью зачитал, стоя на бочонке…
– На столе.
– И держа в правой руке медную…
– Серебряную кружку.
– А в левой ложку с пшенной кашей…
– Вилку с насаженным на него куском жареного мяса.
– Что ж… Ты уверен, что тот чужеземец на самом деле погиб, гном Кроу?
– Он мертв и надежно хранит все тайны – широко улыбнулся Кроу.
– Меня волнуют не тайны… – Долроган огорченно опустил голову – Я надеялся что он лишь скрывается… Но подозревал худшее – когда он не явился на уговоренную встречу и не дал о себе знать следующие дни, я начал искать… но нашел лишь пугающую пустоту… их малый боевой отряд бесследно исчез… Удивительно! Еще тогда мы спросили себя – что… или кто мог заставить исчезнуть столь сильный отряд… Ответа мы так
