— Ирэн, — прошептала я.
— Это была плохая идея. Прости.
Не позволяя убежать, я схватила ее за руку.
— Понятия не имею, что ты натворила, но сегодня я потратила несколько часов на уборку твоего дома, — по-французски сказала я ей. — А потом позволила убедить себя отправиться на вечеринку, в которой не хотела участвовать, в платье, которое боюсь испортить. Поэтому ты войдешь туда, как гребаная королева Англии, или ей-богу, я за себя не ручаюсь.
Она уставилась на меня широко раскрытыми глазами, а пару секунд спустя рассмеялась и сделала шаг вперед.
— Твой французский немного грубоват, но хорош.
Конечно, из всей моей речи Ирэн обратила внимание только на это. Покачав головой, я последовала за ней. Едва сделала пару шагов, заметила, как двое парней в другом конце комнаты улыбнулись мне. Я ухмыльнулась, глядя им прямо в глаза, и сразу же отвернулась, чтобы взять бокал шампанского. Предполагалось ведь, что я должна заставить ее хорошо выглядеть, верно?
— Ты просто талантище, — похвалила Ирэн.
Я училась у стриптизерш, так что, конечно, я настоящий самородок. Во всяком случае, перед мужиками я могла сыграть роль, потому что независимо от того, в костюме или джинсах, все ведут себя одинаково.
— Ирэн! Давно не виделись. — Первым к нам подошел блондин и его карие глаза остановились на мне. — А кто твоя подруга?
— Откуда ты знаешь, что я ее подруга? Может, мы спим вместе, — произнесла я на французском, зная, что он ничего не поймет. Ирэн фыркнула и постаралась не рассмеяться.
Мужчина растерянно посмотрел на нас.
— Извините, но что это было?
— Джейн, — произнесла я, протягивая ему руку.
— Арчибальд Сент-Джеймс, — проговорил он, целуя тыльную сторону кисти. — Но друзья зовут меня Арчи.
— Это очень мило со стороны ваших друзей, мистер Сент-Джеймс, — заметила я, и уголки его губ приподнялись.
— Я тоже так думаю, может быть, вы…
— Это очень долгое рукопожатие, Арчибальд.
Обернувшись, мы увидели Максвелла Эмерсона, одетого в приталенный черный костюм и галстук-бабочку. Одну руку он держал в кармане, сверля Арчибальда взглядом голубых глаз.
Элспет Йейтс… Элспет гребаная Йейтс… его мать! Вот дерьмо!
Ни слова не говоря, он подошел ближе и положил руку мне на талию. Мои глаза расширились. Хотелось оттолкнуть его, но не привлекать к себе внимание хотелось больше. Я оказалась в ловушке.
Человек, сказавший, что ни один хороший поступок не остается безнаказанным, стоял рядом со мной.
Максвелл
Вопреки распространенному мнению, я не испытывал ненависти к людям. Кое-кто раздражает меня? Это да. Я часто теряю самообладание? А с кем не бывает? Однако я так неистово ненавидел Арчибальда Сент-Джеймса, что, если бы он тонул у меня на глазах, просто ушел бы в дом и сделал себе бутерброд.
Его змеиный взгляд не отрывался от моей руки на талии девушки, а я пытался не обращать внимания на жар, исходящий от ее кожи.
— Максвелл, я и не знал, что ты знаком с такой красивой женщиной, — с нажимом произнес он, явно подпитывая циркулирующие слухи о том, что я гей.
Для любителей посплетничать это объясняло, почему я никогда не приводил женщин на нелепые вечеринки моих родителей, устраиваемые с единственной целью — похвастаться своим богатством.
Судя по взгляду, Джейн хотелось на меня наорать. Протянув руку, я крепче обхватил ее талию и демонстративно поцеловал. Девушка ошеломленно посмотрела на меня, и я слегка сжал ее попку, чтобы подыграла. Закрыв глаза, она поцеловала меня в ответ, но прежде, чем все зашло дальше, мы отошли друг от друга. Ее губы припухли, а лицо раскраснелось.
— Теперь ты знаешь, Арчибальд, — сказал я, беря Джейн за руку и увлекая ее прочь из гостиной.
Я не останавливался и не отпускал ее, чувствуя, как тело охватывает жар, но не понимая почему. Меня взбесил вид целующего ее руку Арчибальда или я просто шокирован, встретив Джейн здесь? Одетую как…
— Отвали!
Она пнула меня в голень, едва мы оказались в уединении моей детской спальни.
— Какого хрена? — прошипел я, отпуская ее руку, чтобы схватиться за свою теперь уже пульсирующую ногу.
— Вот это я и хочу знать, придурок! — заорала она, пнув меня еще раз и заставляя отступить. — Как ты смеешь без разрешения целовать меня?
— Прекрати сейчас же! — крикнул я, когда Джейн в очередной раз попыталась меня пнуть. Поэтому она просто подняла кулак. — Я пытался спасти тебя!
— И от чего же, интересно мне знать?
— От него! Он же гребаный насильник!
Она застыла с поднятым кулаком.
— Что?
— Блядь, — выругался я, откидываясь на спинку кровати и закатывая брюки; конечно же, моя голень кровоточила. Ее каблук — чертовски хорошее оружие. — Тебе стоит благодарить меня, а не нападать.
— Говорит человек, который схватил меня за задницу. — Она скрестила руки на груди, все еще держась на расстоянии. — Что значит — насильник?
— Я и не знал, что существуют разные определения насильника, — огрызнулся я и поморщился, прикасаясь к ране.
Джейн со вздохом оглядела комнату и, перебрав несколько дверей, обнаружила ванную. Я услышал, как на секунду включилась вода, и она вернулась с мокрым полотенцем. Уселась на кровать рядом со мной, придвинулась, схватила мою ногу и уложила себе на колени.
— Почему тогда он здесь, если насильник? Я думала, твоя мать баллотируется в президенты, — пробормотала она, нежно касаясь моей голени.
— Потому что официально его не привлекали к уголовной ответственности за изнасилование. Его семья заплатила, чтобы замять дело. Жертвой оказалась нищая студентка колледжа. Как только взяла деньги, навсегда покинула Бостон. Я уверен, что таких, как она, много, но когда твой отец владеет одной из крупнейших финансовых компаний в стране, ты можешь скрыть гораздо больше. Я поцеловал тебя, потому что единственная семья, с которой лучше не связываться — это моя. Если он подумает, что ты моя, ты в безопасности.
Джейн нахмурилась и посмотрела на меня своими большими карими глазами.
— Ты же суперзнаменитый репортер, так почему бы не разоблачить его?
— Настолько знаменитый, что ты даже не знала обо мне, когда мы впервые встретились?
Девушка скривила губы, и я осознал, как отвратительно она контролирует выражение лица.
— Я не считаюсь, потому что не смотрю новости. Не то чтобы я тупая или мне плевать на происходящее…
— У тебя просто нет времени, потому что ты работаешь. — Она все время на работе. — За исключением сегодняшнего утра, когда ты пыталась уволиться.
— Я не пыталась уволиться.
— В самом деле? Мне позвонила твоя начальница и сказала, что у меня новая горничная…
— Так будет лучше.
— Не решай, что для меня лучше, — ответил я, отдергивая ногу.
Она сверкнула глазами.
— И не собиралась. Я решила, что лучше для меня. Вопреки всему, что говорит ваше эго, мистер Эмерсон, мир не вращается вокруг вас.
— Это значит «нет» браку?
— Конечно! — Джейн всплеснула руками. — Ты хоть представляешь, как безумно это звучит? Ты не знаешь меня и вообще влюблен в… Я не выйду замуж за незнакомца ради денег. Ты и твоя кузина думаете, что можете купить людей за деньги. Возможно, кто-то на это и поведется, но только не я.
Эта девушка чертовски меня раздражала.
Поэтому когда она встала, чтобы уйти, я сказал:
— Ты идиотка.
— Что?
Она снова повернулась ко мне.
Встав, я поправил галстук.
— Ты просто дура. Думаешь, усердная работа — это секрет достижения успеха? Как, по-твоему, половина этих людей дошла до того, что тратит триста долларов за тарелку макарон? Возможно, когда-то давным-давно причиной тому была тяжелая работа. Может быть, из нескольких тысяч людей найдется один, который преуспеет таким образом сейчас. Одни люди рождаются счастливыми и богатыми. Другие — чрезвычайно умными или спортивными. Но для большинства это обычное облапошивание. Почему ты зарабатываешь десять долларов в час, а твоя начальница, которая даже не убирает дома, зарабатывает шестнадцать? Ты делаешь все возможное, чтобы подняться по социальной лестнице, и в большинстве случаев это означает использование людей. Ты, наверное, всю свою жизнь вкалывала как проклятая, и, скорее всего, тебя тоже обманывали. Но разве жить тебе стало легче, чем в прошлом году? Поэтому ты должна пользоваться любой возможностью вырваться вперед. А если нет, то ты либо боишься, либо идиотка.
