— К себе? — спросил в лифте Хайро.
— Голоден? — поинтересовалась Мария.
— Совет клана? — хором предложили Ханг и Эд.
— … — промолчал Гирос, поедая меня глазами. Поймав мой взгляд, опустил голову.
— Давайте объединим? Общий сбор офицеров у меня. Ну и перекусим заодно…
Так и решили. Когда выходили из лифта, Томми-Гирос попросил Эда задержаться и тихонько о чем-то спросил. Тот ответил, шагнул к нам, отпустил лифт, а японец уехал к себе.
— Обсудим все без него, — пояснил Родригез. — Тем более с ним самим пока ничего не решено.
— Ты офигеешь от своей квартиры, — заговорщицки прошептал Ханг. — У нас с Эдом такие же…
Пока меня не было, завезли мебель, довели до ума ремонт, и мои апартаменты стали напоминать офис — в гостиной уж точно. На большой стене напротив выхода светилась карта Дисгардиума, у противоположной — кухонные принадлежности: кофемашина, комбайн, микроволновка, соковыжималка и даже плита для готовки! В углу примостился робот-уборщик, а встретил меня…
— Эйты! — закричал я, когда котопес в форме овчарки прыгнул, поставив лапы мне на плечи, и лизнул в лицо. — Хороший мой! Да откуда ж ты взялся?
— Хайро привез, — довольно улыбаясь, сказала Мария.
— На старте Демонических игр ты говорил о нем Ренато, помнишь? — сказал Хайро. — Ну, я связался с твоими родителями, получил доступ в квартиру и забрал котопса.
Спальня стала куда уютнее. С одной стороны кровати появился белый шкаф, с другой — комод.
Когда я вошел, приглушенный свет сменился теплым дневным, стену залило пейзажем — словно я очутился на горной вершине. Или почудилось, или на самом деле потянуло свежестью.
Пять минут на душ и чтобы переодеться, и я вернулся в гостиную.
Все уже сидели за вытянутым овальным столом, он был изготовлен из материала, идеально имитирующего дерево. Или это оно и есть? Я опустился в кресло во главе стола, и оно тотчас приняло форму тела. На подлокотнике имелись кнопки массажных режимов.
Мария вытащила сразу шесть пицц на любой вкус: от «Пепперони» до острейшей «Вулканической». Съев по куску, мы перешли к делам.
Решили, что на повестке дня в первую очередь все, касающееся реала, а потом переберемся в Дис и там продолжим уже с участием наших виртуальных соклановцев-стражей, Патрика и Ириты.
— За счет новых работяг освоили Менгозу, — сообщил Эд. — Доходы клана выросли на 741 %, расходная часть, соответственно, тоже увеличилась, но прибыль траты перекрывает.
— Сотня диких полностью экипирована. Разбили на три взвода — патрулируют здание и весь район, их близкие вошли в клан и трудятся ремесленниками, — доложил Хайро. — В новостях об этом не писали, но мы разогнали остатки банды Диего Арансабаля. Калийское дно полностью наше…
Для Картеля и остального мира произошел обычный передел сфер влияния в районе. Вожаком наших диких был некий Айван, друг Хайро, и вот его-то и выставили лицом новой бандитской «крыши», как выразился Вилли, Калийского дна. Айван даже встречался с людьми Картеля и договорился о нейтралитете. Диких благословили «держать район». Конечно, мне это не нравилось, но Хайро объяснил:
— Свято место пусто не бывает. Если бы Айван не заявил о себе, начались бы бурления, налетели лихие стервятники из других негражданских территорий. А так все знают: Кали в чьих-то руках. Связываться остерегутся.
Новости по большей части были хорошие. Клан развивался, наращивал возможности и уверенно превращался не только в преуспевающую компанию, но и в боевую единицу.
— Кстати, извини, что не дождались тебя, но уж больно повод подвернулся хороший, — сказал Эд. — У Мэнни был день рождения, поздравили его и подарили от клана тысячу голды.
— Ну а поскольку все работяги это видели, мы объявили, что такой подарок будет вручаться каждому «пробужденному», отработавшему хотя бы шесть месяцев, — добавил Ханг.
Обсуждая приятные новости, мы оттягивали момент, когда нужно будет перейти к жестким решениям.
— Ладно, давайте по Малику, — сказал я. — Что вы знаете?
— Слышали запись его разговора с Тиссой, — ответил Эд. — Нам он сказал то же самое, только зачем-то начал врать про кинжалы — мол, он не воровал, а просто брал на хранение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Как такое вообще произошло?
— У завхоза же разрешение — выдавать вещи всем офицерам по первому запросу. Вот Инфект и натаскал, и еще непонятно, сколько он там «наоткладывал», когда копался в бесконечном луте, который мы после тебя собирали.
— Что тут думать, парни? — воскликнула Мария. — «Крысу» не исправить, гоните его к чертям!
— Слишком много знает, — покачал головой Хайро.
— Давайте проголосуем, — предложил я, и сердце забилось чаще — не утих еще шторм, который Малик и Тисса подняли в моей душе. — Только мы трое, потому что он наш друг. Я за то, чтобы исключить Инфекта из клана и выкинуть из последователей Спящих.
Для принятия такого решения требовалось отодвинуть злость подальше, постараться быть максимально объективным, но мне это не давалось. Когда негодование улеглось, по отношению к Малику осталось еще более мерзкое чувство — брезгливая досада.
— Нельзя из последователей, — сказал Эд, сосредоточенно рассматривающий свои переплетенные пальцы. — На нем же блок Бегемота.
— Тогда из жрецов!
— Согласен, — сказал Ханг, прожевав пятый кусок пиццы, и поднял ручищу. — Голосую за исключение.
Эд не спешил с ответом, взвешивал все «за» и «против», морщил лоб, и мне казалось, я слышал, как в его мозгу крутятся шестеренки. Малик все-таки ему почти брат.
— Я тоже «за», — наконец проговорил он. — Пусть только сначала весь шмот вернет. Весь!
— А если он глубинкой уйдет, пока вещи будет возвращать? — спросил я.
— Никуда он не уйдет из-под Завесы искажения, — пробурчал Ханг, вытирая рот салфеткой. — Настроили, чтоб пропускала только офицеров.
— Хорошо. Тогда и я «за», — завершил я голосование, стукнув кулаком по столу.
Досада в душе растеклась чернильным облаком. Эх, Малик, Малик, почему же ты такой дурак? Чего тебе не хватало? Зачем он это делал, мне было более чем понятно — соломки подстелить, мало ли что со Скифом случится. И вроде бы ясно все, но…
— Ну, это в Дисе, — кашлянув, сказал Вилли. — В реале?
— Нельзя отпускать! — рявкнул Хайро, буравя меня взглядом. — Что? У него контракт с кланом, он его нарушил, мы как корпорация вправе выбрать наказание.
— Хорошо, пусть остается в изоляторе, — сказал я. — И в подвале замка давайте сделаем блокирующую камеру, пусть Инфект сидит там.
— Трикси можно выпустить, за садом следить некому, — поднял новую тему Эд.
— Можно, а то дед его уже всех достал, — кивнул Хайро. — Трикси выставлен запрет, здание он покинуть не сможет.
— В Дисе тоже с острова никуда не денется, — добавил Ханг.
— Голосуем…
Трикси амнистировали и перешли к Гиросу. Хайро вывел голодосье и зачитал:
— Томоши Курокава, ниндзя 349-го уровня Гирос. «Угроза» E-класса, текущий уровень M. Способность: тридцатисекундный Астральный гнев с часовым откатом. Оружейные навыки: Кинжалы и Арбалет третьего ранга.
Слушая главного безопасника, я все больше отвешивал челюсть.
— Он, идиот, сам вам рассказал, что ли?
— Информация получена старшим офицером Краулером как полноценным заместителем лидера клана, — невозмутимо ответил Хайро.
— Да там такая фигня, сам не ожидал! — возбужденно заговорил Эд. — Короче, когда ты зашел в Окаянную брешь, система посчитала, что ты вне Диса, и руководство кланом перешло ко мне. И я увидел всю инфу про Гироса!
— Представляю, что ты там наворотил… — улыбнулся я.
— Он Магическую башню строит! — тут же сдал друга Ханг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Эй, мы же со Скифом договаривались, что так и будет! — возмутился Эд. — Просто подумал: чего тянуть?
— Ну и как, много натянул? — спросил я.
— Второй этаж строим, Куся подогнала бригаду, — деловито ответил Эд. — Ладно, шутки в сторону. Насчет Гироса… Томми прошел все процедуры безопасности. Пока он рядовой член клана, с острова его не выпускаем. Ментальный блок Спящих, как у адепта, договор разума…
