Слава не останавливался на достигнутом, мягко заставив ее сделать модную прическу по его выбору, он сам занялся гардеробом девушки, потом убедил ее пойти на курсы вождения. «Современная девушка должна уметь многое: танцевать, хорошо выглядеть, быть нежной любовницей и, безусловно, водить машину», — настаивал молодой человек. Таня готова была для него на все, что стоило выполнить столь невинный каприз. Через три месяца они должны были торжественно отметить получение девушкой прав, а за неделю до этого на деньги, оставшиеся от сбережений Светланы Владимировны, была куплена абсолютно новая темно-синяя десятка. Татьяне не нравилось вождение, она боялась перекрестков, проносящихся мимо машин, снующих тут и там пешеходов. «Это не страшно, все зависит от привычки, подожди, через несколько месяцев ты сама не поймешь, как раньше обходилась без автомобиля» — утешал ее друг. Чтобы как-то привыкнуть к рулю, Таня в сопровождении Славы, который, в отличии от нее, имел права давно, выезжали за город и колесили по малолюдным дорогам .
В тот злополучный день девушка чувствовала себя особенно неуверенно, кроме обычного страха ее беспокоило легкое головокружение и тошнота. «Это ничего, сейчас на природу выедем, погуляем в лесу, развеемся, все пройдет» — утешил ее Славик. По городу машину вел он, после поста ГИБДД на выезде он уступил руль подруге. Чтобы не отвлекаться, Татьяна даже не включала магнитолу, во все глаза смотрела на дорогу, но так и не может понять до сих пор, откуда перед капотом ее машины оказалась молодая женщина с ребенком на руках. Она безумно растерялась, вывел из транса ее резкий толчок, это Слава умудрился изо всех сил надавить на тормоз вместо нее, и истошный детский крик. Парень выскочил из машины и бросился на помощь матери с ребенком. Что он делал, Таня не помнит, все плыло перед глазами, тошнило и почему-то хотелось спать. Пересадив ее на заднее сиденье, Слава помог женщине с ребенком на руках расположиться на переднем сиденье машины. В аптечке нашлось успокоительное, которое он и дал обоим женщинам. Ребенок кричал, не умолкая, Татьяну это сводило с ума. На многие месяцы плачущий ребенок превратился в ее личный кошмар. Стоило лечь в кровать, закрыть глаза, и вот он тут — истошно кричащий ребенок. Не случайно, вернувшись в Гусихино, девушка устроилась аж на три ночных ставки уборщицы. Это помогало ей пережить очередную ночь, наполненную детским плачем, позволяло вымотать себя до физического предела и хоть немного поспать, бессильно рухнув на постель.
Самое страшное началось утром. Вернувшись из больницы, куда он отвез женщину с ребенком, Слава опустился на стул и бездумно уставился в одну точку. Ребенка спасти не удалось, он умер на операционном столе. У Тани началась истерика. Молодой человек в этой ситуации повел себя на удивление мужественно.
— Не бойся, Танюш, тебя не посадят. Я сказал матери малыша, что сам был за рулем. У меня ведь есть права, а у тебя нет. Возможно, получится как-то выкрутиться.
— О чем ты говоришь, Славик, как можно выкрутиться, ведь погиб ребенок! Я не позволю тебе взять на себя мою вину, не хочу нести ответственность еще и за твою поломанную судьбу.
— Тебя посадят, любимая. Ты не имела права садиться за руль без прав.
— Я виновата, виновата, понимаешь! Как я смогу жить, зная, что случилось. А ты! Разве ты сможешь спать с убийцей!? Иметь от меня детей!?
— Не драматизируй. В конце концов, виновата и мамаша. Куда она перлась под колеса? Машин-то других не было и в помине, она что, не могла пропустить тебя? Да будь у тебя права, еще неизвестно, кто оказался бы виноват, хотя пешеход всегда прав по нашему тупому законодательству…
Спустя полчаса, даже не попив чая, Слава ушел и вернувшись заявил — дело сделано, он подписал бумаги, что в аварии виноват он и вручил их убитой горем матери. Но это на всякий случай, так как появилась реальная возможность избежать наказания.
— Сидеть, как ты понимаешь, любимая, мне тоже не хочется. Я советовался с юристом, в данных обстоятельствах это лет пять-семь для меня, а тебе и того больше.
— Я отсижу столько, сколько положено.
— Ты же знаешь, это все равно не сделает меня счастливым, сесть тебе я не позволю, поверь, а говорю я тебе это вот зачем. Дело в том, что в семье пострадавших, кроме этого, еще четверо детей, отец погиб год назад, придавило плитой на стройке. Семья живет на пенсию, выделенную государством . Представляешь, какая это смешная сумма? Так вот, я прощупал почву, думаю, удастся договориться насчет материальной компенсации. Взамен этого, женщина «не сможет вспомнить» примет сбившего ее автомобиля. В конце-то концов, она понимает, что я (не забывай, она думает, что это я ) не преступник какой-нибудь, убийство не планировал. То, что я сяду в тюрьму лет на пять, никак не облегчит ее страданий, зато деньги, предложенные мной, помогут поднять и прокормить остальных четырех детей .
— Но ведь тебя же видели в больнице в тот день… — Слабо возразила Таня.
— Мы скажем, что просто подвезли их, случайно встретив на дороге. Только вот сумма должна быть значительной. Ума пока не приложу, где ее взять.
Так вот и получилось, что, только что оформленная на Татьяну, квартира была спешно продана, автомобиль, драгоценности тетки тоже ушли к чужим людям. Слава поначалу был резко против этого, но, поняв, что другого выхода нет, смирился. Все эти дни Таня жила, как во сне, держалась только на успокоительных, . Занимался всем ее жених, которому девушка выписала генеральную доверенность на ведение всех дел. Недостающую сумму добавил Слава. В общей сложности им удалось собрать около ста тысяч долларов.
Казалось бы, все закончилось, но для Татьяны трагедия только начиналась. Переехав в общежитие ( у Славы жилья не было, он снимал комнату с соседями), она не могла не есть, не спать без успокоительных таблеток, об учебе не было и речи. Девушка чувствовала себя такой подавленной и разбитой, что науки просто не лезли ей в голову. Отношения с женихом тоже дали трещину, он навещал ее ежедневно, приносил продукты, лекарства, но заметно было, как тяготится молодой человек обстановкой общежития, любопытными взглядами соседок по комнате. Таня понимала, что бросить ее Славе не позволяет жалость, а любить убийцу, кто же сможет, раз она противна даже самой себе. «Он здорово помог мне, — считала девушка. — Я тоже должна сделать для него все возможное». Таким образом, в один из дней, потихоньку собрав вещи, никому не сказав куда направляется, она вернулась в отчий дом . Прошел год, но легче ей не стало.
— Я даже рада, что Вы, наконец то, нашли меня. Лучше бы я сидела в тюрьме, приняв наказание мне, может, и стало бы легче. А теперь в любой момент это все может всплыть, у женщины есть бумага, что это Слава задавил ее малыша. Он постоянно живет с ожиданием, что все раскроется. Боже, если бы я знала, как это тяжело! Намного легче умереть…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
