На главном аналитике был деловой костюм, который не только не скрывал, но и подчеркивал осанку офицера — в период армейской службы Гилад не раз замечал, что так преподносит себя именно офицерский состав. Капитан Землянских стоял без движения, не считая нужным повернуться к гостю. Гилад подумал, что он напоминает ему статую древнегреческого бога.
Наконец хозяин кабинета повернулся к нему и окинул практически не заинтересованным взглядом. Только спустя несколько месяцев Гилад заметил, что такой взгляд позволяет главному аналитику сделать много выводов о новых знакомых. Он изучал гостя спокойно и уверенно, но не высокомерно и не свысока. Взгляд этот напоминал взгляд ученого, который узнал что-то новое, но еще не понял, научный феномен ли это или пустая трата времени. После этого капитан Землянских кивнул — скорее, самому себе, чем Гиладу — и жестом указал ему на свободный стул. Гилад так же молчаливо поблагодарил его и присел.
Главный аналитик сел в свое кресло.
— Доброе утро, Гилад, — сказал он. — Надеюсь, вы не простудились? Меня знобит уже второй день.
Оказалось, что у капитана Землянских низкий и немного хрипловатый голос — голос человека, который любит говорить на повышенных тонах.
— Не простудился, но промок, сэр, — честно ответил Гилад.
— «Капитан Землянских», «главный аналитик», «господин Землянских», «Константин» — но только не «сэр». Давайте сойдемся на «капитане Землянских». Или же говорите просто «капитан». Я знаю, чт мою фамилию сложно произнести с первого раза. — Он достал из кармана очки, но не надел их, а бегло просмотрел через них лежавшее на столе резюме Гилада — так, будто очки были увеличительным стеклом. — Итак, лейтенант Гилад Гордон. С отличием окончили университет, факультет стратегии и аналитики. Боевой офицер, принимали участие во второй ливанской войне. По причине того, что армия не дала вам возможность в полной мере раскрыть свой потенциал, вы решили оставить службу. Женаты. Как давно произошло это душераздирающее… прошу прощения, знаменательное событие?
Гилад посмотрел на руки капитана Землянских, но обручального кольца не заметил.
— Три с половиной года назад, — ответил он поспешно, решив, что пауза затянулась.
— Вы счастливы в браке?
— Очень счастлив.
— Это хорошо, — глубокомысленно произнес главный аналитик, взял со стола карандаш и повертел его в пальцах. — Не хочу вас расстраивать, Гилад, но я приношу своим консультантам несчастья. Они разводятся один за другим. Все началось с меня.
— Я… даже не знаю, что и сказать, капитан, — натянуто улыбнулся Гилад. — Думаю, это суеверие…
— Женатый человек может позволить себе так рассуждать, вы не находите?
Капитан Землянских сделал паузу и рассмеялся.
— У меня своеобразное чувство юмора. На самом деле, я просто не хотел, чтобы наше общение начиналось с серьезных вопросов и ответов. Тем более что Габриэль, разумеется, уже рассказала вам о том, что я за человек. Она сидит там не только для того, чтобы отвечать на звонки и готовить мне кофе, но и для того, чтобы развлекать гостей. А что может быть лучше, чем рассказ о злом начальнике? Простите за неудачную шутку. В будущем я постараюсь шутить более достойно. Хотя, зная себя, могу сказать, что мне лучше вообще воздерживаться от шуток. Итак, лейтенант Гилад Гордон, вы пришли ко мне в офис в девять утра. Вы отвлекаете меня от работы, которой у меня предостаточно. Я могу оказать вам какую-нибудь особую услугу?
Гилад поднял брови, заподозрив, что этот вопрос является очередной шуткой.
— Я… был бы рад получить место вашего консультанта, — ответил он.
— Вы были бы рады получить место моего консультанта, — повторил капитан Землянских. — Да, я изучил ваше резюме. К слову сказать, оно отлично составлено. Грамотно, информативно, лаконично. — Хозяин кабинета достал сигареты и предложил их собеседнику. — Угощайтесь.
Гилад благодарно кивнул, но от предложенных сигарет отказался, выложив на стол свои.
— Вы курите довольно давно, — снова заговорил главный аналитик. — Ваша жена ничего не говорит по этому поводу?
— Разве что просит курить вне дома, — улыбнулся Гилад.
— Женщины любят фразу «кури вне дома». Популярнее этой только фраза «мне нечего надеть». — Капитан Землянских взял со стола лист для заметок и принялся на нем что-то набрасывать. — Знаете, Гилад, я ненавижу собеседования. Не понимаю, зачем их придумали. Я уже сейчас вижу, что вы — тот человек, которого я давно ищу. Но кто-то решил, что я должен тратить свое и ваше время и задавать глупые вопросы. Вы ответственны, не боитесь работы, вы профессионал. Кроме того, вы скромны и сдержанны, что тоже можно отнести к вашим плюсам. А вот легкую форму социофобии я к вашим плюсам не отношу. Кроме того, вы боитесь красивых женщин. Да?
Гилад некоторое время молчал, вспоминая, что из вышесказанного написано в резюме, а что — нет. Теперь он начал понимать, почему при упоминании о капитане Землянских сотрудники его отдела меняются в лице и начинают говорить тише, даже если его нет рядом.
— У меня действительно социофобия, — наконец, заговорил он, — а… красивых женщин я на самом деле побаиваюсь.
— Я могу позволить себе рассказать о вас что-нибудь еще?
Гилад развел руками. Главный аналитик воспринял это как согласие.
— Вы эстет, вы вегетарианец, пьете слишком много кофе и курите как минимум пачку сигарет в день. Иногда больше. У вас врожденные актерские способности, которыми вы так и не воспользовались. Вы любите спокойную и размеренную жизнь, вы нерешительны, иногда даже застенчивы… Чем вы занимаетесь в свободное время, Гилад?
— Я фотограф.
— Это был ваш сознательный выбор — отказаться от мяса?
— Не думал, что собеседование окажется сеансом чтения мыслей, — рассмеялся Гилад.
— Ну что вы, друг мой. Я не умею читать мысли, хотя не отказался бы от такого дара. Или, если выразиться точнее, навыка. Просто физиогномика — одно из моих многочисленных хобби. Может быть, вам рассказать что-нибудь обо мне? Мне кажется, что это невежливо — говорить только о вас. Правда, я даже не знаю, что могу рассказать. По происхождению я иранец, исповедую, если так можно выразиться, зороастризм… Что там еще нужно для того, чтобы охарактеризовать себя? Давайте поговорим о вас. У меня это лучше получается.
