Майор Вайзенштейн проверил сделанные Константином задания и убедился в том, что все они решены верно. Тот факт, что задача на тему асимметричных шифров была решена очень изящно — буквально в пару строк — даже пробудило в нем белую зависть. В свое время асимметричные шифры давались майору хуже всего. Главный аналитик уже знал, кому из шести претендентов сегодня повезет, и не сомневался, что лейтенант Землянских будет в числе счастливчиков.
На личном собеседовании — третьем этапе — майор Вайзенштейн задавал каждому из претендентов один вопрос, который должен был полностью отбить у них желание работать в аналитическом отделе: для того, чтобы понаблюдать за реакцией собеседника и сделать выводы. Лейтенант исклчением не стал. Майор начал издалека.
— Я знаю, что вам хорошо платили до этого, — сказал он, обращаясь к Константину. — Вы, наверное, привыкли к хорошей жизни. Аналитик в начале карьеры зарабатывает мало, а работает много. Кроме того, интеллектуальная работа на порядок тяжелее, чем… ваша бывшая работа.
— Я работал, прежде всего, головой, майор. Ей я умею работать лучше всего.
— Да, вы правы, голова у вас работает превосходно, — кивнул майор Вайзенштейн. — Скажите, вас не пугают такие перспективы? Люди работают здесь много лет, а по карьерной лестнице порой не поднимаются. О том, что их зарплата находится на прежнем уровне, я уже не говорю.
Лейтенант Землянских улыбнулся. Улыбнулся он, как всегда, вежливо, но в этой улыбке майор Вайзенштейн заметил абсолютную уверенность в своих силах. Он не просто знал, чего он хочет — он был искренне убежден в том, что ему удастся это получить.
— Я понимаю, майор, — заговорил претендент. — Но это не мой случай. Кстати, я хотел сказать вам. Отличная задача на тему асимметричных шифров. Я решал ее целых пять минут. Обычно трех минут мне хватает.
— Трех минут? — ахнул майор Вайзенштейн, изменив своему сдержанному тону. — Вы надо мной смеетесь! — Он задумался. — Знаете, что? Это противоречит правилам, но я дам вам еще две задачи. На каждую у вас есть по пять минут.
Майор Вайзенштейн успел выкурить сигарету и пройтись по кабинету в ожидании решений. Ровно через десять минут претендент положил перед ним лист со стройными решениями в пару строк.
— Фантастика, — только и сказал главный аналитик, после чего добавил тоном, не терпящим возражений: — Вы приняты!
— Мне кажется, что все слова проходят мимо твоих ушей, — вздохнула Нурит. — Ты понимаешь, что у тебя уже не тот организм, чтобы ты мог так к нему относиться?
Константин приоткрыл глаза и некоторое время изучал лицо собеседница.
— Понимаю. Но ты тоже должна кое-что понять. Есть вещи, которые важнее здоровья. Это человеческие жизни. Я не могу жертвовать ими по причине плохого самочувствия. Спать по шесть часов в день — это большая роскошь. У меня нет времени для того, чтобы закурить, а ты говоришь про полноценный отдых?
— В оправданиях ты чемпион, — похвалила Нурит.
— У меня есть вопрос, доктор. Представьте себе, что вы встретили человека. Вы посмотрели на него — и у вас что-то перевернулось внутри. Он даже не успел раскрыть рта, а вы уже чувствуете что-то. Вы отмахиваетесь от этого ощущения. А потом оно возвращается. И вы ловите себя на мысли, что вам не хватает этого человека. Что вам хотелось бы видеть его рядом с собой. Вы думаете об этом посреди рабочего дня. Вечером, когда засыпаете. По дороге домой, за рулем. — Константин коснулся пальцами лба. — И что бы вы ни делали, как бы вы ни заставляли себя сменить пластинку, у вас ничего не получается. Это тоже связано с сердцем?
Нурит рассмеялась и положила ногу на ногу.
— Да, капитан. Только вряд ли тот укол, который я вам сделала, вылечит вас от этой болезни.
— А что это за болезнь, доктор?
— Это влюбленность.
— Ах, так вот оно что. — Он поменял позу, положив руки на подлокотники кресла. — Что же мне делать?
— Поспать. — Нурит поднялась. — Через несколько минут снотворное начнет действовать. Если сердце продолжит болеть, пожалуйста, позвони.
Константин предпринял попытку подняться, но она остановила его жестом.
— Нет-нет. Я требую, чтобы ты сейчас же отправился в кровать. Берта откроет мне дверь.
Глава 10
В гостиной было тепло. Тут пахло фруктами и чем-то, отдаленно напоминавшим запах теплого воска — запах горящих свечей. Лия осмотрелась и сделала пару шагов.
— Где же ваше пальто? — удивленно спросила экономка, открывшая ей дверь.
— Я забыла его в такси. У меня выдался неспокойный день.
— Проходите, прошу вас.
Константин сидел в одном из кресел. Он был одет по-домашнему — брюки и теплый свитер.
— Не стой, присаживайся, — сказал он, поворачиваясь к ней. — Прошу прощения. Если бы не я, тебе бы не пришлось ехать через весь город только ради документов.
— Ничего страшного, — поспешила уверить его Лия, воспользовавшись приглашением. — Надеюсь, тебе лучше?
— Я выслушал очередную порцию добрых и никому не нужных советов и поспал.
Экономка взяла со стола пустую чашку.
— Вам действительно нужно побольше отдыхать, сэр, — сказала она. — В последнее время вы плохо выглядите. Почему бы вам не отдохнуть с недельку? Никуда не ездить, а просто побыть дома.
— Хватит на сегодня разговоров об отдыхе и здоровье, — отмахнулся Константин. — Я не познакомил вас. Это Берта, моя экономка. А это Лия Слоцки. Но можно просто Лия.
Берта пару секунд изучала Лию. Константин и словом не обмолвился о ее статусе, случайно или же не очень, и теперь экономка пыталась понять, кем эта женщина приходится хозяину дома. Она, разумеется, пришла к выводу, что любовницей, и учтиво улыбнулась.
— Очень приятно. К нам редко заходят женщины…
— Не надо обманывать гостей, Берта, — упрекнул ее Константин.
— Как же, сэр? В последний раз женщина была тут… полгода назад.
— Надеюсь, ужин скоро будет на столе?
Берта кивнула.
— И, будьте так добры, достаньте вино. Если уж вы напомнили мне, что в последний раз женщина была тут полгода назад, то очередное появление женщины стоит отпраздновать.
Когда Берта вышла, Константин взял со стола сигареты.
— Сейчас самое время заняться рабочими вопросами. Не будем же мы говорить о работе после ужина.
— Я… я не могу с тобой ужинать.
— Во-первых, я уверен, что ты голодна. Во-вторых, отказ меня обижает. В-третьих, почему? Может быть, потому, что тебя ждет муж?
