отвернувшись. – Я не хотела мешать. Бабушка рассказала, что ты заходила в гости, поэтому я решила поблагодарить тебя за заботу.
Слышу всплеск воды и понимаю, что она выходит. К горлу подступает ком. И я пытаюсь проглотить, но у меня не выходит. Я никогда не видела голую женщину, поэтому сжимаю кулаки и осторожно оборачиваюсь.
Она стоит по колено в воде, выжимает длинные волосы цвета вороньего крыла и смотрит на меня. Похлопав ресницами, я замечаю, как шее ведьмы стекают маленькие прозрачные капельки. Мне ужасно неловко, но я изучаю ее, словно хочу запомнить каждую деталь. В глаза бросается красивые груди и выпуклости в форме темных ореолов торчащих сосков, которые затвердели от холода и стали похожи на пуговки.
– Ты извращенка? – внезапно спрашивает она, прищурив глаза.
– Что?! – У меня вспыхивает лицо, ведь это правда. Я веду себя как озабоченный извращенец. – Нет, я не…
– Впервые вижу, чтобы девушка так пялилась на сиськи, – хмыкает Рита, пройдя мимо. Она наклоняется, берет из пакета полотенце и обтирает тело.
Я не знаю, как оправдать свое поведение. У меня нет подходящих слов для подобных ситуаций. Видимо, она права, и я действительно извращенка, которой нравится женские сиськи. Моя грудь мне тоже нравится, но это немного другое.
Пока я пытаюсь найти объяснение своим глупым поступкам, Рита натягивает трусики и застегивает лямку бюстгальтера. Она уже собирается втиснуться в платье, как я вспоминаю слова бабушки.
– Это правда? – спрашиваю я, посмотрев на нее.
– Понятия не имею, – отвечает она. – Правда зависит от точки зрения и вопроса, который ты не задала.
– Бабушка рассказала, что шесть лет назад у тебя на глазах утонула девочка, – говорю я почти осуждающим тоном. – Ты могла спасти ее?
Рита бросает платье на землю, неожиданно хватает меня за руку и рывком одергивает на себя. Она тащит меня в ту сторону, где я чуть не свалилась, пытаясь спуститься. Однако мы проходим мимо подъема в гору, перешагиваем поваленное дерево и оказываемся в месте, где из воды торчит огромный камень. Я замечаю небольшое ответвление в реке. Течение в этом месте намного сильнее.
– Это случилось здесь! – рявкает Рита, толкая меня к воде. – Девочка, в убийстве которой меня обвиняют, не справилась с течением и ударилась головой о камень. Прежде чем обвинять человека, попробуй сама доплыть до того места, где она погибла.
Она тычет в спину, и я вхожу ботинками в прохладную воду. Река омывает мои ноги, пока в моей голове вырисовывается картина произошедшего. Рита права. Течение в этом месте особенно быстрое. Я понятия не имею, как маленькая девочка смогла уплыть так далеко, но, если она ударилась головой, ей бы даже спортсмен не помог.
– Я сделала все возможное и невозможное, – заявляет Рита, стиснув зубы. Ей больно говорить об этом, а злая гримаса и дрожащие руки являются подтверждением слов. – Ты понимаешь? Когда я вытащила девочку на берег, она уже была мертва. Тот удар был роковым. Если не веришь, можешь обратиться в полицию и поднять справки патологоанатома. Они сделали вскрытие, но даже это не помогло донести до родителей погибшего ребенка, что я не виновата.
Молча киваю, накидываю на нее мокрое полотенце и веду к месту, где она оставила вещи. Мне больше не нужны оправдания этой женщины, потому что я вижу, как она сожалеет. Не успеваем мы дойти до платья, которое валяется на земле, Рита отскакивает от меня, падает на колени и, не в силах сдержать слезы, плачет и рычит от боли, что сжимает ей сердце. Я плачу вместе с ней.
Глава 6
Первый месяц каникул подходит к концу. Мы с Ритой проводим много времени наедине, часто ездим в село, вечерами гуляем по деревне, а потом пьём чай с яблочным вареньем. Я сближаюсь с ней, даже не понимая, зачем это делаю. Бабушка все так же недовольна тем, как я пропадаю вместе с этой женщиной, но она не спешит осуждать, а заботливо просит, чтобы я была осторожна в своих желаниях. Не знаю, почему она говорит об этом всякий раз, когда я иду гулять. Может быть, она что-то подозревает? Не могу сказать наверняка, ведь я и сама пока ничего не понимаю. Мне хорошо рядом с моей обаятельной ведьмой. Она одна считает меня своей подругой. К тому же в деревне нет молодых женщин, кроме неё.
Наши встречи, общение и взгляды на жизнь берут новый виток развития 29 июня 2013 года. Я хорошо помню тот невыносимо жаркий день, словно это было вчера.
На улице так жарко, что бедный рыжий кот по кличке Рыжик изнывает от жары. Он лежит у меня в ногах, дышит и не может надышаться. Он часто облизывает нос и высовывает язык, притворяясь собакой. Его поведение всегда вызывает улыбку, но сегодня мне тоже не до веселья.
– Ты снял бы шубку, Рыжик, – говорю я, обмахиваясь веером из листков бумаги. Я сижу на кухне в белом платье, прижимаюсь спиной к стенке холодильника, и на мне нет нижнего белья. – Боже, как же жарко...
Открываю дверцу морозильной камеры, достаю литровую бутылку с малиновым компотом и делаю несколько маленьких глотков. Я знаю, что от жидкости буду потеть и чаще бегать в туалет, но не могу не пить, иначе просто умру от жары.
Ставлю бутылку на место и слышу, как открывается парадная дверь. Я не придаю этому особого значения, потому что бабушка тоже часто заходит в дом и отдыхает, пытаясь спрятаться от изнурительной жары. Не понимаю, как она может работать в огороде, если на термометре показывает тридцать восемь градусов.
– Аня, ты дома? – слышу её голос и встаю с пола.
– Да, бабушка, – отзываюсь я, выглядывая в зал. И тут я вижу, что позади неё стоит Рита.
– Привет! – говорит ведьма, улыбаясь. – Я решила, что в такую жару стоит сходить на речку и освежиться. Что скажешь? Составишь компанию?
Смотрю на бабушку и понимаю, что она не возражает. Думаю, она тоже сходила бы вместе с нами, если не была бы против общества местной ведьмы.
– Почему бы и нет? – пожимаю плечами, беру с тумбочки полиэтиленовый пакет и открываю ящик гардероба, где хранится сумка с вещами. Нахожу на самом дне купальник и полотенец для походов на речку, захватываю
