– Поосторожнее, госпожа. С моим заключением все обстоит куда сложнее.
– Неужто? Может, ты все же скажешь мне, трус мой партнер или нет?
Еще не закончив эту фразу, Марисса уже поняла, что не следовало говорить ему такие колкости. Он все равно не сможет убедить ее в своей храбрости, ибо беллаторцы имеют репутацию отчаянных лжецов. Только жизнь покажет, каков Брейс на самом деле. Если он так же жесток, как и другие беллаторцы, это ничуть не лучше трусости. И то, и другое одинаково разочаровало бы Мариссу.
А впрочем, не все ли ей равно, что он собой представляет, подумала она. Важна лишь стоящая перед ней задача. Брейс не более чем товар, на который она должна обменять жизнь Кандры.
И все же, несмотря на благие намерения, Марисса не удержалась:
– Так как же? Ты все-таки трус или нет?
Брейс вздрогнул, как от удара. Трус! О боги! В глазах его вспыхнул гнев.
– Если ты смеешь спрашивать об этом, лучше забудь о своем деле! Ведь тебе для него не нужен трус?
Марисса прикусила язык. И зачем только она его дразнила? Ведь из-за ее подозрений Брейс может отказаться от участия в задуманном ею предприятии. Необходимо поскорее успокоить его, иначе она рискует всем. Абсолютно всем!
Марисса смущенно потупилась:
– Прости меня. Я просто зла на многих беллаторцев за их оскорбления и выместила раздражение на тебе.
Он ответил ей гневным взглядом.
– Но почему ты оказался в тюрьме? Расскажи мне хоть об этом, – попросила она.
– Отчего это так интересует тебя? – спросил Брейс.
– Партнеры лучше работают, если понимают друг друга. И кроме того, ты вовсе не так неприятен, как я думала сначала.
Это признание сопровождалось мягкой улыбкой, и гнев Брейса тут же улетучился.
– Все произошло из-за моего брата, – начал он. – Я был осужден потому, что осмелился предстать перед Высшим Советом Беллатора и опротестовать приговор, вынесенный моему брату.
– Твой брат? А что он сделал?
– Отправленный со специальным заданием на планету Агрика, Тирен отказался выполнить приказ командования и уничтожить беззащитную деревню. За эту свою «трусость» его приговорили к пожизненному заключению на планете Карцер.
– Но на Карцере ни один человек не способен выжить больше шести месяцев, – воскликнула Марисса, – а ты провел в тюрьме более двух циклов!
– О, мне дали знать, что он мертв, – печально ответил Брейс. – Впрочем, это уже не имело отношения к моему приговору. Как только я отказался повиноваться и публично потребовал простить брата в присутствии моего дяди, короля Фолькена, мне пришлось разделить судьбу Тирена. И если бы ты – весьма вовремя – не спасла меня, я очень скоро умер бы от мучений или сошел с ума.
Марисса преисполнилась восхищением к Брейсу.
– Значит, я нашла тебя в таком ужасающем виде – голодным и избитым до полусмерти – потому, что ты заступился за брата?
Брейс молча кивнул.
– Да, Брейс Ардейн, ты не трус. Упрямый дурак и романтический мечтатель, возможно, но никак не трус!
«Когда-то я и в самом деле был мечтателем, – подумал он, – но… только не сейчас».
– Осторожно, Марисса, твои похвалы могут испортить меня, – пошутил Брейс.
– Ты слишком самонадеян, Ардейн. Я вовсе не собиралась хвалить тебя, а назвала вещи своими именами, – сердито возразила Марисса.
– О, я понял это… и все же спасибо.
Марисса нахмурилась, ибо он смущал ее, и перевела разговор на более безопасную тему:
– Где же спрятаны те сокровища, о которых ты упоминал? Если уж беллаторцы награбили так много во время своих набегов, то я без особых угрызений совести воспользовалась бы кое-чем из этого.
– Хранилище расположено в городе Олена, неподалеку от Тутелы. Подумай об этом хорошенько, Марисса. Мы заручимся не только помощью Родака при переходе через горы, но если он заинтересуется легендарными сокровищами Фирокса, то, несомненно, примет участие в спасении твоей сестры.
Марисса вспыхнула:
– Разве я выражала желание, чтобы он стал нашим партнером?
– Нет, конечно, но Родак обладает бесценными способностями, не говоря уже о его силе. А нам понадобится любая помощь.
Мариссу охватили сомнения. При симианине ей будет труднее предать Брейса, а ведь она уже и сейчас не могла думать об этом без отвращения. Черт бы побрал дерзость и мужество Ардейна! Лучше бы ей вообще не знать о том, что он совершил ради брата! И зачем только она спросила об этом?
Марисса покачала головой:
– Нет. Я не хочу идти с ним, да он и не нужен, раз со мной отправляешься ты.
– Спасибо на добром слове, – ответил Брейс, – но я не пойду без Родака.
– Что? – воскликнула Марисса. – Ты же обещал! Ты дал слово!
– Я дал слово помочь тебе, но никогда и не думал отвергать еще чью-то помощь. Как бы там ни было, я выполню обещание.
– Хорошо, – согласилась Марисса. – Но почему надо брать с собой вонючего, ненадежного, алчного симианина? Я готова мириться с его присутствием до Тутелы, но не далее.
– Ты заблуждаешься, Марисса! Этого недостаточно для столь опасного предприятия!
Ее гнев усиливался. «Черт возьми, – подумала девушка. – Брейс такой же предатель, как и его дружок-симианин. Но чему тут удивляться? Ведь он же мужчина!»
К тому же она не имеет права подозревать его в том, что с самого начала задумала сама. Все было построено на обмане и принуждении, и это неизбежное зло, раз уж она решила заманить его в ловушку, устроенную Фироксом, – ловушку, которая скорее всего приведет Брейса к гибели.
Впрочем, ей придется продолжать игру с ним, чтобы спасти Кандру и себя самое. Поэтому надо пренебречь гордостью и угрызениями совести. Марисса с горечью усмехнулась:
– Похоже, ты не оставил мне выбора. Поскольку я хочу иметь дело с тобой, значит, должна воспользоваться услугами и этого вонючего симианина. Но скажи, какие еще сюрпризы ты мне приготовил?
Что-то неуловимое мелькнуло в карих глазах Брейса, но он лишь покачал головой:
– Ничего. Только то, о чем мы договорились с самого начала.
– Ладно.
Она протянула руку к мешку и достала оттуда сверток с сушеными плодами керасы. Развернув его, Марисса протянула несколько штук Брейсу:
– Будем считать, что договорились раз и навсегда.
– Да, раз и навсегда, – подтвердил Брейс.
Ему стало неприятно от того, что он подвергается большому риску. Марисса, возможно, догадывается о его планах. Как только она пополнит свои запасы добром, похищенным из Сокровищницы в Олене, а Родак займется ограблением Фирокса, Брейс покинет ее.
Маленькая содалитка придет в ярость, но не сможет помешать ему. Он будет уже далеко, умчится в известное лишь ему тайное укрытие. Вот тогда Мариссе весьма пригодится помощь симианина.
