Эмори затаила дыхание.
Он прошептал:
– Тебе не будет больно.
Глава 7
Эмори опустила занавеску на окне.
– Безнадежно.
За ночь погода ухудшилась. Пошел снег, он толстым слоем ложился на мокрую от дождя со снегом землю. Да, погода была на его стороне.
Мужчина сидел у стола и возился с тостером, который за завтраком отказался поджаривать хлеб.
– Сколько лет этому прибору?
Ее недовольный тон заставил его поднять голову.
– Не знаю. Он мне достался вместе с хижиной.
– Почему ты просто не купишь новый?
– Этот можно починить. И потом, мне нравится ремонтировать вещи.
Он уже склеил разбившуюся дужку ее солнечных очков и положил их на столе, чтобы клей высох.
– Ты прирожденный умелец?
– Я справляюсь.
Он, несомненно, скромничал, потому что у него отлично все получалось. Ему приходилось жить так, как он жил, один, в уединении, полагаясь только на самого себя.
Джеф не смог бы повернуть термостат на тостере, куда уж там починить его. Нет, нечестно так о нем думать. От него никогда не требовалось чинить бытовые приборы. Он бы удивился, узнав, что Эмори это показалось бы милым, пусть даже у него ничего бы не вышло.
Кстати, она никогда не просила мужа помогать по дому. Возможно, ей следовало это сделать. Если бы она не была настолько самодостаточной и обращалась бы к Джефу с мелкими просьбами, может быть, они были бы счастливее.
Разлад между ними начался год назад, когда он не сумел стать партнером в той инвестиционной фирме, в которой он работал. Джеф делал вид, что ему все равно, хотя Эмори знала, что для него это стало огромным разочарованием и ударом по его «я».
Желая поддержать его, Эмори начала намеренно звонить ему в течение дня, иногда по каким-нибудь пустякам, просто чтобы дать ему понять, что она о нем думает. Но это не только не взбодрило его, казалось, повышенное внимание только раздражает его. В какой-то момент муж даже попросил ее – с ледяной холодностью – прекратить опекать его.
Пытаясь наладить их отношения, Эмори сменила тактику. Она принялась предлагать какие-то развлечения на выходные с таким расчетом, чтобы это интересовало Джефа. Дегустация вин в долине Напа. Фестиваль независимых фильмов в Лос-Анджелесе. Номер в гостинице и завтрак во Французском квартале.
Ее идеи были встречены либо прохладно, либо с откровенной насмешкой. Их сексуальная жизнь как-то еще теплилась до тех пор, пока Джеф не пожаловался на ее нерегулярность, хотя в то же самое время он перестал быть ее инициатором. Гордость не позволяла Эмори попытаться соблазнить его. Они оказались в безвыходном положении. Трещина между ними продолжала шириться. Месяцы нарастающего напряжения вылились в скандал по поводу того, что Джефу безразличен грядущий марафон. Это было благотворительное мероприятие с целью сбора средств, инициатором которого была Эмори. Она же помогала организовать этот марафон. Джеф не только не проявил никакого интереса, но и отнесся к событию враждебно, заявив, что жена «одержима» этим марафоном.
Его неприятие того, что было настолько важно для нее, стало симптомом его эмоциональной холодность в целом. Когда Эмори заговорила об этом за обедом в последний четверг, ситуация быстро стала взрывоопасной.
Но она не сказала мужу, что догадывается о его неверности. Это она оставила при себе. Ведь когда у мужчины страдает его эго, то разве не в сексуальных авантюрах он ищет утешения?
Но у Эмори не было доказательств для таких обвинений, поэтому она промолчала. Она уехала в пятницу днем, сердитая, но с надеждой на то, что ночь вдали от дома поможет ей привести мысли в порядок и, честно говоря, поможет собраться с силами, чтобы сохранить их брак.
Эмори не рассчитывала упасть и получить сотрясение мозга, не предполагала, что ее «спасет» безымянный мужчина, который, даже не прикоснувшись к ней, пробудил накануне вечером больше сексуального желания, чем Джеф за весь прошедший год.
– Ты замерзла?
Его вопрос прервал размышления Эмори.
– Что?
– Ты растираешь плечи. Тебе холодно?
– Нет.
Мужчина оставил разобранный тостер, встал и направился к камину. Когда поленья, которые он подбросил в огонь, загорелись, он поставил на место экран и жестом пригласил Эмори подойти.
– Двигайся ближе. Грейся.
– Кто привозит тебе дрова?
– Никто. Я сам рублю.
– Ты ходишь в лес и валишь деревья?
– Люди это делают, знаешь ли.
Никто из ее знакомых этого не делал. Все заказывали дрова у поставщика – их привозили и складывали – или покупали небольшие вязанки в супермаркете вместе с хлебом и молоком.
Довольный тем, что свежие дрова разгорелись, мужчина вернулся к столу, взял солнечные очки Эмори и передал их ей.
– Клей высох. Думаю, будет держаться.
Она проверила дужку на прочность.
– Спасибо.
– Пожалуйста.
– Твои руки кажутся слишком крупными для такой мелкой работы. Я бы и не подумала, что ты настолько ловкий.
– Я могу быть ловким, когда обстоятельства того требуют.
Эмори поняла, что его забавляет ее неожиданный комплимент, и он доволен собой, потому что сумел удачно ответить. Отвернувшись от него, она сунула очки в карман рубашки. Мужчина сел к столу и снова начал возиться с тостером, явно совершенно довольный собой. Эмори вдруг показалось, что ее кожа ссохлась.
– Неужели это не сводит тебя с ума?
– Что?
– Тишина. Одиночество.
– У меня в ноутбуке есть музыка.
– Мы могли бы немного послушать?
– Отличная попытка, Док, но у тебя ничего не выйдет.
Эмори мерила шагами комнату.
– Разве скука не заставляет тебя развлечься?
– Мне никогда не бывает скучно.
– Как такое возможно? Чем ты занимаешься целый день? То есть когда не чинишь мелкие бытовые приборы?
Эмори хотелось обидеть его, но он не обиделся.
– Проектами.
– Например?
– Я строю сарай для моего пикапа.
– Сам?
– Это не слишком сложно, но я человек придирчивый, поэтому уходит много времени. Я надеялся закончить его до наступления зимы, – он бросил взгляд за окно. – Но не успел.
– Чем еще ты занят?
– Я мастерю книжные полки.
– И все? Это все, что ты делаешь? Бесцельно слоняешься по дому и вносишь мелкие улучшения?
– Я охочусь, пусть и не часто. Иногда хожу на рыбалку.
– Когда тебе надоедает оленина.
– Нет, я не люблю рыбу, поэтому всегда выбрасываю улов обратно. Много хожу пешком. Здесь великолепные пейзажи. Мне случается ночевать в палатке, но я предпочитаю мою постель спальному мешку.
– Значит, ты не против комфорта.
Мужчина ответил с полуулыбкой:
– Нет. Я люблю горячий душ и горячий кофе.
Эмори огляделась по сторонам, пытаясь оценить небольшое пространство, в котором он жил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
