бурлящий поток.
Но сильно испугаться мальчик не успел, его тут же вытащили обратно на берег, как котенка, за шкирку. Перед ним снова мелькнули ярко-зеленые глаза, он успел увидеть чей-то хмурый взгляд и провалился в спасительное забытье.
Очнувшись, Тиша оказался в окружении своих лесных друзей в их теплой норке из сучьев и прелых листьев, ему было уютно и хорошо, он чувствовал себя в безопасности. Они поиграли немного, привычно построили что-то из веточек. А потом мальчик вспомнил про маму и заволновался. Наверняка, мамочка беспокоится за него, это плохо, нужно возвращаться.
Он попросил друзей привести его обратно к маме и они весело потащили его куда-то через лес. Вскоре Тиша услышал тихий шепот реки и громкий испуганный голос мамочки и мальчик побежал, а друзья, смешно перекатываясь и шаркая лапками-ногами, последовали за ним.
Анна
Я металась по пологому берегу и звала сына, он не отзывался. Сердце стучало в горле и било молотками в висках. Так, нужно остановится и подумать, просто проанализировать сложившуюся ситуацию.
Я постаралась успокоиться, присела не плед, дрожащими руками взяла панамку Тиши, сжала ее в кулаке, крепко зажмурилась. А потом дала себе звонкую пощечину, помогло. Я продышалась, звон в ушах утих и я смогла трезвым взглядом оценить произошедшее.
Во-первых, река неглубокая, вода течет медленно и я уже пробежала вдоль берега по ходу течения несколько метров. Никого. Поверхность воды оставалось гладкой и спокойной.
Во-вторых, я никак не могла проспать долго, потому что солнце еще не прошло отметку в полдень, а мы пришли незадолго до него, помню лежала и как раз беспокоилась как бы мне не обгореть еще больше.
Наконец, в-третьих, Тиша очень послушный мальчик и он бы никогда не ушел, не предупредив меня.
Какой напрашивается вывод? Что-то определенно должно было случиться. Хотя о чем я говорю? Могло случиться все что угодно. Это глухой лес и мой мальчик остался один на один с дикой первозданной природой.
Как я могла уснуть, как? Это просто уму непостижимо! Никогда себе этого не прощу, никогда. Тиша??? И я продолжила лихорадочно метаться в поисках сына, звала и надеялась. Но мысленно понимала, что нужно бежать за помощью в деревню.
Когда неожиданно услышала далекий ответ. Потом еще раз. Это голос Тиши, ошибки быть не может. И я побежала сыну навстречу.
Но когда Тиша выскочил из леса я резко остановилась, а потом быстро сориентировалась, нашла глазами палку побольше, подхватила ее на бегу и с криками ринулась спасать моего мальчика от непонятных тварей, что его преследовали по пятам.
Сын же почему-то замер на месте, воззрился на меня недоуменно и, вместо того, чтобы поскорее оторваться от преследователей, стал махать руками и загораживать их от меня. Я опешила, и только поэтому, уже подбежав, не замахнулась на этих странных созданий палкой.
— Тиша, сынок, куда же ты убежал, зачем? Я так волновалась, родной!
Я буквально задушила сына в объятиях, такой камень свалился с души, что колени ослабели и я плюхнулась на голую землю. Правда, тут же задвинула Тишу себе за спину, снова взяла палку и воинственно выставила ее перед собой. Но неведомые гости не пытались больше приблизиться, держались на расстоянии, шумно переговариваясь и галдя на своем непонятном языке.
Мне захотелось протереть глаза, а еще лучше, закрыть их на минутку, а потом открыть и обнаружить, что мне все просто почудилось. И я не смотрю прямо сейчас на тех самых диковинных тварей из моего недавнего, явно навеянного жарким солнцем, сна.
Я жадно вперилась взглядом в зеленых созданий. Они были словно сотканы из сочной листвы и тоненьких веток, руки и ноги — палочки, у кого-го длинные, прямые и изящные, у кого-то подрубленные и сучковатые, а тела вообще напоминали миниатюрный кусок старого- престарого ствола с жесткой корой, поросшей мхом в некоторых местах. Что за наваждение?
А может ничего этого вообще нет, я просто еще не проснулась? И Тиша никуда не пропадал, и мне все просто привиделось?
Но загадочные и вполне реальные лесные твари неожиданно замерли и стали выжидающе смотреть на нас с сыном. Я сразу же почувствовала себя неуютно, но хотя бы страх ушел, вряд ли эти малявки смогут причинить существенный вред мне и Тише, а палку пока подержу, так, на всякий случай.
Повадками незваные гости напоминали любопытных маленьких зверушек, но на их мордочках-лицах проглядывал живой ум и прозорливость. Это было неожиданно.
Я скосила взгляд на прижавшегося ко мне Тишку, он как всегда открыто взглянул в ответ.
— Ты был с ними, сынок?
Кивок. Ясно, придется моему мозгу принять невероятную информацию к сведению.
— Вы кто такие? Вы меня понимаете?
Тиша неожиданно потянул меня за палку, я позволила ее взять, он выкинул палку в кусты. Просто отлично, что дальше. Я лишь развела руки в стороны, предлагая сыну самому действовать. Видимо, ребенку в такой ситуации было проще.
Взамен моей длинной Тиша поднял с земли тоненькую палочку и стал чертить на мягкой земляной поверхности какие-то зигзаги, кружочки и стрелочки. Какая-то лесная азбука, честное слово.
Но еще удивительнее было то, что разумные лесные зверята, подойдя, стали дополнять Тишин чертеж своими символами. И у меня волосы зашевелились на голове. Нет, не от того, как близко они подошли к нам, практически окружив со всех сторон.
Меня вдруг молнией прошибла простая мысль: мой сын уже не первый раз общается с этой смешной лесной братией. Как я могла такое упустить из виду?
Глава 4
Матвей
Следы были повсюду, их стало только больше. В некоторых местах Матвей заметил попытки подкопа, а в некоторых — лежали целые груды пластов земли, мелкий кустарник, выкорчеванный с такой яростной силой, такой дикой злобой, что четко складывалось впечатление — некто вымещал эту самую злобу на несчастной растительности.
Подкрались сомнения, зверь это делает или человек балуется. Бывало браконьеры заметали следы своей незаконной деятельности самыми неожиданными способами. Правда, Матвей еще не встречал настолько явного и открытого случая лесного грабежа, да и других следов в лесу не смог обнаружить, как ни искал.
Допустим это все-таки невиданный зверь, непонятно как попавший в эти края. Мужчина одного только никак не мог понять. Почему здесь, почему в этой лесной зоне, возле гор, вдали от человеческого обиталища. Казалось, сделай несколько сотен шагов в гущу леса и получишь доступ к разнообразной живности, коей так богаты эти таежные леса. Что же мешало пройти дальше?
Такое поведение хищника вызывало недоумение и
