– Да, извините, – смутилась Красная Шапочка. – Не запомнить элементарные вещи может либо профессионал, либо неуч, но я…
Режиссер завороженно глядел на Красную Шапочку, заранее желая верить в ее талант.
– Не только инженю, я вам и Беллу… что там Беллу! – неловко вставая с матраца, Оленька погрозила тонким пальцем с розовым лаком на ногте, и одновременно поправляя чудом оставшуюся на голове красную шляпку. – Я вам и Жанну д'Арк, и ту героиню с «Титаника» сыграю! Вы меня еще не знаете!
– Верю! – Режиссер вскочил со стула, опрокинув его. Не то полупустая, не то наполовину полная чашка остывшего чая выплеснулась на змеящиеся по земле провода, выпрыгнула из рук Львовича и застыла в траве. А Брюковкин, казалось, сам вот-вот взлетит от радостных эмоций. – Вот теперь верю! Я же говорю, у тебя большое будущее. Вместе с тобой мы покорим Канны…
– …Покорим, если найдем нового спонсора, – пробормотал Волк, но никто не обратил на его слова абсолютно никакого внимания.
– Между прочим, фотографии Оленьки произвели вчера на Ашота Израилевича сильное впечатление, – похвалился режиссер.
– Да кто бы сомневался, – буркнул Волк.
– Все, друзья-товарищи! – Громко объявил Лев Львович. – Героиня сыграла свою сцену, а у нас график съемок. Завтра едем на натуру!
– Ко мне поедем, в деревню. – Неожиданно появилась откуда-то сбоку Сказительница Лариса Степановна, держа в руках небольшой чемоданчик, подозрительно похожий на профессиональную косметичку. – Там и особняк есть, и с его владельцем Комовым уже договорились. – Деньги-то уже уплачены, с руководством деревенского поселения договорено, и пейзажи у наипосконно русско-сказочные, художник и помощник режиссера одобрили. Особенно самогон… Э-э-э… Загон то есть.
– Какой такой загон? – взвыл Брюковкин. – Нас всех в загон скоро загонят!
– Отличный загон, очень того… пасторальный! – нашлась Лариса Степановна.
Сданные ею помощник режиссера и художник уныло переглянулись и дружно сглотнули.
Глава 5, с которой начинаются приключения наших героев в самой глубинке России
Как происходила погрузка в автобусы на киностудии, Красная Шапочка помнила плохо – спала на ходу. Матушка, собирая в командировку, дала дочке в дорогу, помимо двух чемоданов с одеждой, купленные в кулинарии двадцать пирожков с капустой, тридцать бутербродов с сырокопченой колбасой, две бутылки минеральной воды и сорок наставлений типа: «Все мужчины – обманщики. Не забывай, что длинные ногти на руках признак плохого вкуса. Кремы для лица и рук лежат в левом кармашке походной сумки… И ни в коем случае не подходи к режиссеру Брюковкину ближе чем на пять метров. И сними ты свои туфли, нельзя ехать в деревню на каблуках!»
– Они подходят к моему платью и шляпе. Не сниму! – Притопнула Оленька высоким каблуком и поправила шляпу. – И вообще мне идет красный цвет. Я в нем такая пламенная!
Пирожки съела съемочная группа еще по дороге, в автобусе, там же разобрали бутерброды и выпили воду. Но Оленька этого не заметила, не проснувшись.
Когда они уже подъезжали к месту съемок, начался дождик, прозрачными червячками отмечающийся на окнах автобуса.
«Ах, как это романтично, – думала в полудреме Красная Шапочка. – Приедем в заброшенную деревеньку, где мы, гости из столицы, такие эффектные девушки, например я и гримерша Леночка, произведут должное впечатление. А уж наши оператор Семен и актер Игорь, они такие стильные, в тренде. Покажем местному населению новые тенденции моды, поразим своим совершенством».
Тут с боку кашлянул Потапыч, пьющий пиво, а на дальнем сиденье завалился на бок помощник режиссера Олег, не спавший после перемонтажа вторые сутки.
«В деревне их поймут, там ведь тоже иногда выпивают, и наш коллектив станет родным для местного населения», – поморщившись от запаха пива, заключила для себя Оленька.
Сидящий на последнем сиденье Волк спал, иногда всхрапывая от непонятных раздражителей, но Красная Шапочка сегодня была готова простить всех и вся. Еще бы – она главная героиня фильма и ею будут восхищаться жители глухой глубинки!
Но тут сон окончательно сморил Красную Шапочку, и ей снился Серый Волк.
Она не знала, как он относится к ней; не знала, как сама к нему относится. Но видела во сне его серое ухо, немного усталые янтарные глаза и нежно улыбалась.
Шуршание автобусных колес сменилось цоканьем каблуков, зажглись яркие софиты, и дорожное простенькое платье Оленьки превратилось в вечерний наряд в пол, взлохмаченные волосы сделались уложенными локонами, а на капризном лице засияла рекламная улыбка. В этот момент Красной Шапочке можно было простить все, даже ее уверенность в том, что Бернард Шоу – это развлекательная программа.
Теперь девушке снился прием в Голливуде по случаю вручения ей главной кинопремии.
Разодетый по последней моде Волк в стильном пиджаке кофейного цвета и светлых брюках рядом с ней чувствовал себя королем вечера, да что там говорить, вожаком всей голливудской стаи, собравшейся на вручение премии «Оскар», Акеллой на Скале Совета, волком, сожравшим, наконец, сразу всех трех поросят! В общем, личностью! Гигантом!
Проходя мимо зеркал в холле, он то и дело останавливался, чуть ли не раскланиваясь с собственным отражением… пока не столкнул случайно в шоколадный фонтан Софи Лорен, превратив семидесятилетнюю, но все равно красавицу, потратившую перед церемонией массу времени и средств на отбеливание кожи, в симпатичную пожилую негритянку. Сенсация «Оскару» была обеспечена.
Софи Лорен, отмахиваясь от набежавших репортеров, ни один из которых не решился подать звезде руку помощи.
– Мне нельзя сладкого! – растерянно повторяла она, стараясь улыбаться.
Наконец оказавшись на суше, знаменитая итальянка посмотрела на Волка таким испепеляющим взглядом, словно хотела зажарить его на ужин вместо цыпленка.
Спас шкуру Серого только новый конфуз: Красная Шапочка наступила на длинный шлейф платья Анджелины Джоли, гордо шествующей по красной дорожке вместе со всем своим детским садом. Сенсация налицо. Самая сексуальная женщина планеты, мать семейства предстала перед фотокамерами в одном корсете и в трусиках «танго». Но будучи наполовину пантерой, Джоли не смутилась, пуще прежнего надула губки и сделала вид, будто ничего не заметила – переступила через юбку, как через очередное разбитое мужское сердце, и пошла дальше.
Были здесь и известные Бегемоты, один из которых походил на Жерара Депардье, а другой на Люка Бессона, и популярные светские львицы в шкурках Перис Хилтон и Ксении Собчак. Но вид у них был потрепанный, и напоминали они скорее не львиц, а милых комнатных собачек породы чихуахуа…
– А теперь, – торжественно провозгласил ведущий, стоящий при входе в заветный зал и утянутый в черный фрак и накрахмаленную до состояния лат рубашку, – настало время объявить лучших из нас. Намекну, это герои известной сказки, ставшей символом подростковых комплексов и сублимации первого сексуального желания. Приветствуем, это…
– Ну и дороги у нас! – неожиданно раздался голос Льва Львовича над головой Красной Шапочки. – Как говорится: «Взрывные работы прошли без проблем».
Зал исчез, и Оленька едва не заплакала. Один из жизненных законов действует всегда и без исключения, и это закон подлости.
Раз двадцать подпрыгнув на неровностях грунтовки, автобус затормозил перед деревянным зданием, в назначении которого было невозможно сомневаться. Над крыльцом с тремя ступеньками и дощатом навесом, висел транспарант, исполненный белыми буквами на длинной красной тряпке: «Привет работникам культуры!!!!!!!»
Оканчивалась надпись семью восклицательными знаками, видимо, призванными заполнить оставшееся пространство.
У входа в клуб стояли местные жители с мрачными лицами. Ждать два часа под хоть и летним, но дождем, то забегая в клуб, то возвращаясь обратно, было не очень приятно, но нервничающая Сказительница Лариса Степановна настаивала на присутствии на улице – автобусы с гостями могли прибыть каждую минуту.
Радостной встречи не получилось. Мужики, в одинаковых брюках защитной военной расцветки, пятый год продающихся в местном магазине, находящемся напротив клуба, в темных фуфайках и засаленных бейсболках, беспрерывно курили, смурно смотрели на подъехавшие автобусы и плевались в подросшую у клуба крапиву. Их впечатлил только разрисованный минивэн с надписью «Киностудия», обвешанный железками для установок камер и креплениями для толстых электрокабелей.
Из присутствующих на встрече «дам» самыми яркими оказались, конечно же, Сказительница Лариса Степановна и ее подружка Нина. Обе в платьях, купленных на распродаже в сельпо, модели двухтысячных годов, производства великого Китая. На дешевенькой синтетике синего цвета красовались бордово-желтые пионы, а подол, чуть ниже толстых коленок дамочек, украшала оранжевая оборка. И у каждой на голове присутствовала соломенная шляпка с крупными искусственными цветами. В руках они держали по одинаковой сумке размером с сетевой пакет типа «Авоська» темно-синего цвета.
