Чуть было, не разделив судьбу Гарольда II Годвинсона, но нашему стрела попала хоть не в глаз, пусть и попортив мордочку шрамом. Летописцы эту мордочку описывали невнятно, оставляя место для фантазии. Однако они особо акцентировали внимание на выпуклом носе. Выпуклый нос. Что ж, как по мне, так выпуклый нос это почти гарантия успеха. Ведь нос не выпуклый, мало чем может порадовать своего владельца и его окружение. Вот и наш Генрих, будучи обладателем выпуклого лицевого достоинства, неудачами не страдал. Приняв бразды и корону, он направил свою удаль на французские земли. Последние как раз страдали от междоусобиц и сами просились в руки. По мнению английского короля, во всяком случае. Поэтому Хел, помахал из-за Ла-Манша метриками и поинтересовался, а кто тут у вас, к примеру, в цари крайний. Французы опешили, своих смутьянов навалом, а тут ещё этот. И предложили ему какой-нибудь сувенир и далее по схеме «чемодан-вокзал-Лондон». Хел не захотел. Однако сделал встречное предложение — они ему принцессу с приданным, а он выбывает из предвыборной гонки. Французы смутились. И принцесса хороша и приданное дивное, что-то не хочется всяким там отдавать, пусть и с выпуклым носом. И порекомендовали Хелу взять деньгами (не сказать, что много) и никакой вам принцессы.
Хел обиделся и начал готовиться к активной фазе (Столетнюю войну ещё никто не отменял). Галлы взволновались и начали предлагать принцессу, но с дисконтом, чтоб не все приданное, а чуточку оставить себе. Хел был несгибаем. За что увековечен как герой битвы при Азенкуре[1]. Кровавое было мероприятие, между прочим. Хоть и начиналось цивилизованно. Французы даже засылали гонцов к Хелу, узнать какой дорогой он идти изволит? Дескать, где нам получше засаду на ваше величество организовать? А Хел и не скрывал. Зачем людям сложности создавать? Вот он — век элегантности и куртуазных манер.
Кстати, изображая известный вам жест «peace» можете почувствовать причастность к славной армии описуемого английского короля. Потому как именно этот жест британские лучники демонстрировали неприятелю в ответ на угрозы отрезать им пальцы. Очень уж досаждали они врагу, не имеющему собственных востроглазых и твердоруких укротителей стрел и тетев или тетевов или тетевей.
Показав себя смелым и мудрым, Хел завоевал репутацию видного жениха, поэтому одержав победы на чужбине, отхватив треть Франции, между делом подавив путч на родине, он снова пошёл свататься к французской принцессе Екатерине Валуа. Увидел ее и все. Любовь. Лобызал, холил, лелеял, уважал и почитал. Что совсем ему не мешало продолжать войну с шурином. Успел порадоваться рождению сына и умер. В лучших традициях Плантагенетов — от дизентерии. В 34 года.
Генрих V принёс своей смертью такое огорчение, что плакали люди по обе стороны Английского канала. Даже шотландцы скорбели, а уж их сложно заподозрить в симпатиях к англичанам. Траурная процессия была такой длинной и людной, что казалось, будто по дороге вьется чёрная лента.
Замечательный был человек, только даже если ты удачно женился, не мешает мыть руки, дабы супругу свою скоропостижным вдовством не оскорблять. Я так думаю и уверена, Екатерина Валуа со мной согласилась бы.
[1] Битва при Азенкуре — крупное сражение рядом с местечком Азенкур в Северной Франции во время Столетней войны. Важность этого сражения заключается в том, что имевшая многократное численное превосходство французская армия потерпела сокрушительное поражение. Английский луки победили французские арбалеты.
Глава 21
Екатерина Валуа
Генрих V. Помним такого? Был женат на Екатерине Валуа. Нельзя говорить об истории Англии и не упомянуть Екатерину, уж натворила она дел.
Екатерина Валуа была дама приятственная, благородная и красивая. Но детство у неё было тяжелое. Разгульная мамаша и слетевший̆ с катушек папаша. Поэтому отчий дом Екатерина покинула с облегчением. Видя в Англии и Генрихе V спасение для себя, она платила им обоим верностью, уважением и даже подарила наследника. К сожалению, кукушечка у этого наследника была такая же поехавшая, как и у деда.
Рано овдовев, посереди Столетней войны и войны Роз, с полусумасшедшим ребёнком на руках, Екатерина проявила чудеса выдержки и мужества. Правда, ей̆ помогало незнание, что сын ее на голову того этого, а потому искренне блюла его интересы и в Британии и на континенте. Прямо кристальной̆ чистоты женщина, подумаем мы, а может и зря. Потому что, как оказалось, Екатерина втайне от всех вступила в брак с оруженосцем собственного покойного мужа, Оуэном Тюдором.
И казалось бы, ну что с того? Пусть живет и радуется. А вот нельзя им так было. Женщина-аристократка это не только человек, вернее, вовсе не человек, это стратегически важный объект, благодаря которому можно решить много проблем или создать, в зависимости от условий задачи. А отпрыски стратегического объекта, это дивиденды, подлежащие особому учёту, которые могут пригодиться или, наоборот, все испортить. Так что самовольно выходить замуж, да ещё и детей̆ рожать, это не только невежливо, но и политически опасно.
Наверное, так сказали Екатерине, когда отнимали детей̆, саму ее отправляли в монастырь, а мужа в ссылку во Францию. Господи, а ведь англичане ничего не смыслят в ссылках. Во Францию… нормальные люди в Сибирь ссылают.
Нам с вами из всей биографии Екатерина достаточно знать — жила она тихо, умерла также. А вот что, действительно, важно, что после нее на белом свете остались два мальчика Эдмунд и Джаспер Тюдоры, ну, ещё пара-тройка детишек, в чьих жилах текла кровь французских королей и обедневшего уэльского мелкопоместного дворянства, вообще-то ведущего свой род от древнего валийского правителя. Правда, у этого правителя было 17 детей, поэтому вести от него свой род совсем несложно.
Глава 22
Генрих VI
Генрих Генрихович стал королем в возрасте 9 месяцев. Пока мы восторгаемся таким стремительным карьерным ростом, добавлю драматизма и скажу, что он стал королём не только Англии, но и Франции. Однако и это ещё не все. Его мама-француженка не вызывала доверия у английского двора, поэтому, мадам оттерли от венценосного карапуза, взамен приставив к дитяти двух дядек-регентов и парламент в нагрузку.
Теперь можно сменить восторг на ужас. Пока Ланкастер Плантагенетович рос миролюбивым, добродушным и тяготеющим к знаниям, его дядьки, помимо постоянных ссор между собой за влияние на племянника, еще и ребёнка морально терзали. Одному войну подавай с французами (никто же не думает, что они обрадовались своему королю-англичанину, когда свой принц имеется?) другому все наоборот, готов за худой мир полцарства отдать. Хорошо лишь то, что оба эти гнусных типа так мешали
