является Йорк.
Хотя… с другой стороны… например, с точки зрения мира во всем мире, может это был и выход. Однако Маргарита Анжуйская такой точки не придерживалась и предложила парламенту убрать Йорка куда-нибудь подальше. Что было потом, напоминает снежный ком. Ричард Йоркский перестал быть опекуном короля, это его обидело, разбередив старые раны детства полного лишений. И он всерьёз озадачился вопросом восстановления легитимной преемственности власти. Маргарита, увидев болезненную реакцию Йорка, окончательно поверила в то, что он вынашивает подлый узурпаторский план, угрожающий её карьере и жизни единственного сына. Её уверенность повлекла за собой ряд решений и действий, которые заставили Ричарда Йоркского справедливо заподозрить, что, опасаясь его, как претендента на престол, Маргарита попытается от него избавиться. И был прав, чего уж греха таить. Каждый из них был в чём-то прав.
Они, действительно, представляли опасность друг для друга и оба не готовы были поверить сопернику. Просто, похватав свои розы согласно цветовой дифференциации, Йорки и Ланкастеры, две равнозначные ветви Плантагенетов, развязали войну, которая длилась 30 лет, вошла в историю как Война роз и в которой ни одна из этих роз не стала победителем.
Глава 24
Йорки. Роза Белая
Если уж мы ознакомились с историей Джона Гонта, основателя ветви Ланкастеров, чьим символом была Алая роза, давайте, справедливости ради, уделим внимание теперь Йоркам, чьим символом была Белая роза.
Родоначальником этой, несомненно, славной династии был Эдмунд, герцог Йоркский, ещё один сын Эдуарда III и Филиппы Геннегау. Кстати, по совместительству родной брат Джона Гонта и родной дядя Ричарда II и Генриха IV. А, чтобы окончательно проникнуться драматизмом ситуации, отгадайте, на ком был женат Эдмунд. На Изабелле Кастильской, родной сестре второй жены его родного брата, то есть на сестре Констанцы Кастильской супруги Джона Гонта.
Как там все было у Эдмунда с Изабеллой история умалчивает, но факт есть факт, что троих детишек они родили: первого, Ричарда и прабабку Анны Невилл. Запомните это имя, оно нам еще пригодится. Старший погиб при Азенкуре, про прабабку к делу не относится, однако сейчас нас больше всего должен интересовать средний — Ричард. Что же с ним было не так? Да все.
Во-первых, Ричард Эдмундович женился на Анне Роджеровне Мортимер, ни много ни мало, дочери потенциального претендента на английский престол и сестре заговорщика Эдмунда Роджеровича Мортимера, который тоже, ну логично, был претендентом на престол, а ещё уже имел опыт неудачных поползновений и поэтому до поры содержался под наблюдением, в качестве политзаключённого. К сожалению, Анна умерла, к счастью, успев родить сына — Ричарда Ричардовича Йорка.
Ричард Эдмундович женился на следующей, однако, дух авантюризма был им от семейства Мортимеров уже подхвачен. И с группой товарищей он решил возвести-таки Эдмунда Роджеровича на трон.
Вторая ошибка Ричарда заключалась в том, что ставку он сделал не на того человека, и этот человек, Эдмунд, замучился совестью и сдал всю честную компанию заговорщиков действующему королю, Генриху V. Последний, сам, будучи сыном узурпатора, и понимая, что сейчас может случиться «вашим же салом вам по мусалам», ничтоже сумняшеся поотрубал всем головы.
Эдмунду Роджеровичу король голову оставил, может из признательности за верность, а может, решил, что не очень то эта голова умная, а значит, не опасная. Но это уже не играло никакой особенно важной роли. Гораздо интереснее для нас тот факт, что с легкой руки собственного племянника Генриха V, Ричард Эдмундович Йорк лишился жизни, а его сын Ричард Ричардович Йорк лишился отца, имущества и вел жизнь казанской сироты до 15-летнего возраста. Что, конечно, дало ему искру сомнения в справедливости жизни. И как мы все знаем, искра зажжет пламя, пламя Войны Красной и Белой Роз.
Итак, Ричард Ричардович Йоркский. Сразу успокою, что в 15 летнем возрасте ему вернули титулы, владения и все такое. Позволили построить карьеру и вообще ценили при дворе и в военно-политических игрищах. Но, аппетит приходит во время еды, плюс полное лишений детство натолкнули Ричарда на мысль, а почему это он не король.
Если вы сейчас удивились, не надо. Просто снова следим за руками.
Ричард Ричардович, несомненно, по мужской линии приходился правнуком Эдуарду III и внуком четвертому сыну Эдуарда — Эдмунду. Тогда как Генрих VI, действующий король, приходился Эдуарду III праправнуком и правнуком Гонта Ланкастерского, третьего сына Эдуарда — Джона.
А теперь фокус! В очереди на престол количество пра- не имеет такого значения, какое имеет то, от кого ты ведёшь отсчёт этих пра-. И значит, потомки третьего сына Эдуарда III, несомненно, имеют больше прав на корону, чем отпрыски четвёртого. Это знали все.
И, Ричард Йоркский решил провести переучёт родни, давайте, последуем его примеру.
Эдуард Чёрный Принц Плантагенет — старший сын Эдуарда III умер ✔
Наследники Джона Гонта Ланкастера, третьего сына Эдуарда III на троне ✔
Сам Ричард, наш герой, уходит корнями к Эдмунду Йоркскому, четвёртому сыну Эдуарда III ✔
И кого же нам не хватает? Правильно! Второго сына короля Эдуарда III. А кто он?
Прошу любить и жаловать — Лайонел Кларенс. Жил недолго, умер рано, но успел оставить после себя дочь Филиппу графиню Ольстер, мать Роджера Мортимера, бабушку Анны Мортимер и… прабабушку нашего Ричарда. Чувствуете трепет предвкушения, охвативший его? Ведь получается, что даже если Генрих VI праправнук третьего сына короля, то Ричард то праправнук второго, пусть и по женской линии. И, значит, чья теперь шапка Мономаха? То-то же! Сел на коня и поскакал требовать трон. Так у нас война Алой и Белой розы вошла в активную стадию.
Глава 25
Эдуард IV
Этот король устроил всей Англии такую Санта-Барбару, что Добсоны могут друг другу локти кусать. Он и не замышлял стать правителем пока его отца, герцога Ричарда Ричардовича Йоркского, не лишили головы. Как раз за то, что в ней мысли об узурпаторстве водились и воплощались.
Юный Йорк со своими двумя братьями, назовём их Кларенс и Глостер, подхватили папину Белую розу и стали мстить. Присоединившийся к ним кузен, господин Ричард Невилл, граф Уорик, оказался кладезем административной мудрости и гением менеджмента, что было весьма пользительно нашему Йорку и он таки, смог свергнуть и занять. А Уорик, по такому поводу, стал зваться «делателем королей». Может, конечно, заслужено, но какой-то пиарщиной попахивает. Ибо, каких же королей, если король только один? Современники у Уорика не уточнили, а нам и подавно придётся на слово верить.
Йорк на троне, свергнутый король
