но для показательных выступлений сойдут. — Он потянулся к ящику с инструментами и вытащил оттуда простой серебряный перстень с крошечным, тусклым кристалликом в оправе. — Вот. Заряда хватит на десяток слабых вспышек. Потом — в мусорку или ко мне на перезарядку. Что, впрочем, дороже нового.
Я протянул руку, но Оскар отдёрнул перстень.
— Цена, Вейл. Деньги мне не нужны. Они здесь вообще ничего решают. — Он кивнул на груду хлама в углу ниши. — Видишь ту шкатулку? Чёрное дерево, инкрустация слоновой костью. Красивая, да? Она последние полгода каждую ночь в три часа начинает… выть. Тихим, противным таким воем. Как душа, которую забыли похоронить. Мешает спать. Отправляет в дрожь все механизмы в радиусе пяти метров. Я и заклинаниями давил — бесполезно. Но вот прикасаться к ней, значит коснуться самого призрака. Говорят, твой конёк — разбор всякой… скверны на части.
Он посмотрел на меня прямым, не моргающим взглядом.
— Разбери её. Выключи этот вой. Сделаешь — перстень твой. И, возможно, доверие. Не сделаешь… Ну, считай, мы не знакомы. И в следующий раз, когда у тебя на практикуме что-то «взорвётся», я вряд ли смогу починить твои собственные, хм, механизмы.
Он положил перстень на стол рядом со злополучной шкатулкой. Выбор был прост, как удар ножом: либо я беру в руки неизвестную, явно проклятую хреновину и рискую либо взорваться, либо выдать свою природу при её «разборе». Либо я выхожу отсюда с пустыми руками и иду на следующий урок, где мой голод снова сделает меня посмешищем и потенциальным изгоем.
Я посмотрел на шкатулку. Она лежала безмолвно, но я уже почти физически чувствовал ту тошнотворную, застывшую печаль, что исходила от неё. Это была не просто порча. Это был след. Сильный, старый и голодный.
Мой собственный голод, до этого требовавший чужой магии, на секунду затих насторожившись. Потом повернулся к шкатулке с… любопытством?
Я вздохнул.
— Ладно. Давай попробуем? — ответил я. — Как ты мог заметить, маг из меня пока никакой, но родовой Дар со мной, и он работает независимо от моего умения обращаются с эфиром и техниками.
— Я бы её унёс, но мне не хочется повторять те незабываемые ощущения могильного холода. — ответил он, и кивнул на шкатулку. — И никто не хочет.
Я потянулся к артефакту, ощущая в нём заряд магии, да это было не Тепло, но Голод не сильно привередлив, когда он голодный, а выбора нет. Прямо, как сейчас, когда хочется коснуться этого тёмного артефактора.
— Одного прикосновения хватит, чтобы ощутить какой-то замогильный холод. — Предостерёг Бридж, он оказался рядом, наблюдая за моим движением…
И я резко коснулся пальцами тыльной стороны ладони.
Ай!.. — воскликнул он, с ужасом посмотрел на меня. — Такие же холодные!
Я лишь пожал плечами, и коснулся шкатулки. Для меня она была тёплой, и магия влилась в меня, по ощущениям, как «половина Солерса». Я аж вздохнул полной грудью от облегчения. На какое-то время этого хватит.
— Готово, можешь пользоваться. — улыбнулся я.
— Так, и… что там было? — оживился Бридж. — Проклятье, осколок души, зачарование на крови?
— Не знаю. — развёл я руками.
— Э… — подвис парень. — Но ты же Вэйл!
— Ну, ты знаешь, Родовой Дар в моём случае не принёс знаний о том, как разбирать техники и их читать. Именно поэтому я поступил сюда.
Бридж задумчиво посмотрел на меня, и кивнул. Осторожно коснувшись шкатулки, он начал осматривать её. Взял в руки, покрутил перед глазами. Я даже ощутил, как он влил немного маны туда, но ничего не произошло.
— Не понял? — отозвался он, и влил больше маны, но она вся вышла через поры дерева. — Вэйл, я не понял, ты вообще все плетения там внутри разрушил?
— Откуда ж мне знать? — вновь пожал я плечами, и вернулся к столу, где лежит кольцо. — Ты просил развеять проклятие. Проблемы больше нет.
— Артефакта больше нет! Это теперь простая шкатулка! — подскочил к столу Бридж, и буквально из-под моих рук, выхватил со стола кольцо. — А проблемы?.. Всё зависит от настроения моего наставника.
— Бывает… — хмыкнул я. — В следующей раз попробую тоньше действовать.
— Только не с моими артефактами. — ответил он. — Сделка отменяется.
— Дорогой артефакт был? — уточнил я.
— Бесценный!.. В смысле у него было цены. Но он был древним!
Бридж всем своим видом показал, что меня для него больше не существует, и я покинул его кабинет. Да и время уже поджимало, и я поспешил на следующий урок.
Но я не сделал и трёх шагов по коридору, как меня догнал запыхавшийся Марк Дьюс, наш тихий сосед с веснушками. Его лицо было бледным, глаза огромными от ужаса.
— Кайран! — он схватил меня за рукав, дрожа. — Ты… ты там что-то делал?
Лёд сковал мне спину, и я вспомнил его особенность — Чувствующий эхо.
— Ничего особенного. Попробовал помочь с одной штукой.
— «Ничего особенного»? — он прошептал, озираясь, будто боялся, что стены подслушают. — Я… я просто шёл мимо. Я же чувствую остаточные эмоции, помнишь? Так вот… оттуда, из кабинета… на меня волной накатило. Сначала — старый, старый ужас. Прямо древний, ледяной. А потом… — он посмотрел на меня, и в его взгляде был чистый, животный страх, — …а потом пришло что-то другое. Что-то… голодное. Пустое. Оно это всё… съело. И после этого осталась такая тишина… Мёртвая тишина. Хуже, чем был ужас.
Я лишь непонимающе посмотрел на него.
— Я ничего никому не скажу, — быстро затараторил он. — Клянусь. Просто… пожалуйста. Больше не делай этого рядом. Мне потом ночью всякое… сниться будет.
Он развернулся и почти побежал прочь, оставив меня стоять в пустом коридоре.
Теперь меня боится и в меня всматривается не только Леон-аналитик. Теперь меня почувствовал и другой сосед. И почувствовал не «слабость», а саму суть моего голода. Никогда не обращал внимание на это, и как же повезло, что за прошлый год, не встретился ни один из таких как он.
Этот случай в очередной раз напомнил мне, что нужно быть осмотрительным, всякий раз, «перед трапезой».
Следующий урок полезнее чем предыдущий. «Укрощение потока», и мне наполненному сейчас маной, куда проще выполнять задания профессора Спируса. Мне даже удалось стать едва ли не лучшим учеником за урок, и набрать немало баллов. На удивление всего класса…
Кроме двух человек. Леона, и Дьюса. Первый на меня смотрел с неким научным интересом. А вот второй неумело скрывал страх в своих глазах.
Этот урок продлился до самого обеда, а от магических практик все неплохо так проголодались. Но не так как я.
За обедом я вновь увидел Корвина. Артефакт был лишь закуской,
