въезжающую на лошади во двор, моя нормальная, годами налаженная жизнь пошла по п…
Одни воспоминания о девочке Мире чего только стоили! Столько лет прятал их в самые глубокие дыры своей совести, заталкивал подальше, запрещал себе думать об этом. А они жили, блядь. Как ржавая игла в теле торчали и тихо отравляли меня. Не заживали, кровили, когда игла неудачно поворачивалась. Как в тогда, когда Наташка сделала тайком аборт.
Глава 13 Белка
— Когда ты вернулась?
Сашка гнал по шоссе с превышением скорости, чем жутко нервировал меня. Не люблю лихачей. Сама я очень аккуратный водитель, хотя и прошла курс экстремального вождения.
— В пятницу. Сбавь скорость, Саш. Мы не опаздываем, до посадки ещё час.
— Ясно. — процедил недовольно, сквозь зубы, и притопил педаль газа ещё сильнее. — А чего не позвонила? Я бы приехал.
Позёр, блин, любитель адреналина. Работа сидячая, скучная вот и отрывается на всём остальном. За рулём своей машины и в постели.
— Устала, Саш. Дорога сам знаешь. Вымоталась. И сбавь скорость!
Путь от дядькиного охотничьего кордона и правда непростой и долгий. Почти шестьдесят километров по лесу, по необкатанной колее, если не знать точно маршрут, то легко можно сбиться и потеряться в глухой тайге. Потом ещё столько же по просёлочной, от лесозаготовительной базы до Петушково, и уже там выезд на отличную трассу. И по ней ещё четыреста двадцать до города. На вертолёте, по прямой, короче и быстрее, но я предпочитала не зависеть от капризов и планов военных, и в хорошую погоду, тёплое время года добираться на кордон самостоятельно.
Что-что, а дорогу я знала отлично, хотя каждую весну, после таяния снега, что-то обязательно незримо менялось. Но были точные ориентиры — Красная скала, излучина реки, выгоревший в лесном пожаре кедровник, снова скала, на этот раз Зубастая, и ещё несколько более мелких и неприметных маячков и ориентиров.
Мой мощный Ленд Крузер отлично показывал себя на этой непростой дистанции. Мы не единожды преодолевали её. Я полностью полагалась на, подаренного мне дядей Мишей и Манечкой, надёжного четырёхколёсного друга.
Когда-то у меня был другой внедорожник. Я купила его на деньги от продажи нашего загородного дома. После гибели родителей не смогла жить в нём. В этом доме, в окружении любящей семьи, я счастливо ждала появление моего малыша. Именно в нём у меня начались преждевременные схватки, и отец с мамой срочно повезли меня в больницу. И погибли.
Я перебралась в городскую квартиру, а дом продала. Деньги потратила на хорошее фотооборудование и подержанный, но отличный джип. Он прослужил мне несколько лет, пока не сломался прямо на половине таёжной части дороги до кордона.
Это было ещё то приключение. После долгих попыток снова завести машину, я осталась ночевать в ней прямо посреди тайги. До кордона оставалось километров тридцать, день близился к вечеру и я понимала, что пешком до наступления темноты дойти не успею, ночевать без надёжного укрытия рискованно, и осталась на месте. А утром, навьючив на себя тяжёлый рюкзак, потопала в направлении кордона.
Через десяток километров я в кровь сбила ноги в удобных только для городской жизни кроссовках, до кровавых ссадин стёрла плечи рюкзаком, перегруженным дорогими фотоаппаратоми, видеокамерами, объективами и гостинцами, которые я везла дяде с Маней.
Не знаю, как бы я добралась до места, спасибо дядьке. Не дождавшись меня вечером до темноты, он на рассвете выехал на поиски. Ехал навстречу, и мы встретились где-то на середине пути. Увидев его машину, я разревелась от счастья.
Дядька усадил меня, захлёбывшуюся слезами и соплями, на заднее сиденье и всю дорогу молчал, только скулы ходили, да пальцы на руле побелели от напряжения. А Маня от души отхлестала по заднице веником в бане, а потом смазывала ссадины на плечах и, жалеючи, гладила по голове.
Это был горький опыт, но полезный. Теперь я бы бросила и фотоаппарат, и гостинцы, взяла с собой только самое необходимое, то, что реально помогло бы выжить в непростых условиях.
Машина моя так и осталась в тайге, со временем дядька по частям разобрал её, снял всё, что ещё могло пригодиться, а мне купил новенький Крузак. Останки старого джипа, как памятник моей самонадеянности, я каждый раз вижу, когда еду на кордон. Теперь это ещё один ориентир.
— Значит, если бы я сегодня сам к тебе не приехал, так и улетела бы, помахав ручкой.
— Ну что ты злишься? — примирительно погладила парня по плечу. — У меня билет на сегодня в Питер, ты же знал. Я говорила.
— Знал. Поэтому и приехал. Решил, что хоть отвезу тебя в аэропорт.
— Без предупреждения, Саш. — я с упрёком покачала головой. — Мы же договаривались.
— Я не понимаю этого, Белка. Вот честное слово! Мы же встречаемся с тобой. Спим. Почему я могу прийти к тебе только по твоему звонку? Складывается впечатление, что ты что-то скрываешь от меня. У тебя ещё кто-то есть?
— Да нет у меня никого. — ласково потрепала по собранным в гульку, светлым волосам. — Только ты. Но я не люблю неожиданных визитов. Я могу работать с отснятым материалом, или быть не в настроении, или вообще неготовой к встречи гостей.
— Ходишь дома в растянутых трениках и футболке с жирными пятнами?
Вот когда он смеётся, мне больше нравится. Улыбка у него замечательная, очень сексуальная.
— Нет у меня треников, дуралей!
— Ладно, лучше расскажи, куда в этот раз рванула. — смягчился мой второй любовник. Он вообще был отходчивый парень. Весёлый и шебутной. Полная противоположность серьёзного, властного Германа.
— В Питер. Оттуда завтра на два дня в Хельсинки. На открытие международной выставки. Там несколько моих работ участвуют. Все авторы приглашены.
— Потом сразу домой? — стрельнул на меня больным взглядом.
Я пожала плечами.
— Ещё не решила, Саш. Может, в Питере недельку потусуюсь.
— Белка, ты вообще меня игноришь, я уже забыл, когда последний раз трахались. Чувствую себя мальчиком по вызову. Захотела — позвонила, не захотела — пропала с радаров.
— Ой, посмотрите, такой большой мальчик и обиженка. — засмеялась я. — Недодали ему сладкого.
По сути, это так и было, Сашка был прав, но я была уверена что его устраивают наши отношения и сейчас его претензии и недовольство казались странными и напрягали.
— Не грусти, Санечка. Обещаю, как только вернусь, уйдём с тобой в отрыв. До ноября я буду в городе, много отснятого накопилось.
Сашка довольно заулыбался. И правда скучает по мне, что ли? Неужели у него нет девушки?
— А потом куда? Вообще, какие планы?
