покрытый червячками букв. «Как это все странно», — подумал он.
Набрал побольше воздуха и стал писать дальше. Быстро, без остановок и колебаний.
Однажды король Металекс получил от сына на день рождения велосипед. Полностью из дерева поэтому он на этот велосипед даже не посмотрел так как тот показался ему невозможно ужасно страшно чудовищно некрасивым и он сразу приказал закрыть его в металлическом шкафу в самой высокой башне в которую только у него был доступ.
Потому что он не хотел больше никогда этот отвратительный деревянный велосипед видеть.
Когда сын его спрашивал где велосипед то он говорил что у него нет времени на нем ездить потому что он ведь король а велосипед где то там. Может в комнате на втором этаже в левом крыле дворца или в комнате на четвертом этаже в правом крыле дворца и что он не помнит потому что дворец огромный а велосипед малюсенький.
А сын на это что ведь весь дворец сделан из металла а велосипед из дерева так что наверняка его будет легко найти нужно лишь поискать.
А король на это что у него дел полное королевство и нет времени искать велосипед. Тогда сын сказал что он охотно поищет и пошел искать и не было его и не было и не было потому что дворец был огромным и было в нем очень много коридоров и комнат и подвалов и башен а сын был маленький.
«Наверняка парень заблудился» — подумал король через шесть недель и приказал слугам найти его и они начали везде искать. Месяц потом два месяца и три и целый год но найти его не могли. Тогда король страшно разозлился и назвал их дурнями растяпами и болванами.
Тогда королева Металлина сказала:
— Металик ну иди уже сам поищи его в конце концов.
— Не называй меня Металиком. Сколько раз тебе повторять? — сказал король и пошел.
Он ходил по всему дворцу из комнаты в комнату и по всем этажам и везде целый год и второй год но не нашел. Потому что он вообще не знал своего сына и понятия не имел что он любит а что нет и какие у него мечты и чего он боится и чего нет и о чем он думает поэтому как он мог догадаться где он и где его искать.
И в конце концов он пошел в самую высокую башню в которую никому нельзя было входить только ему — королю.
Он открыл металлические двери и вошел внутрь и сел на деревянный велосипед который когда то давно получил от сына. И поехал вперед неизвестно куда. И больше не возвращался.
Филипп перечитал несколько последних строчек. Ненадолго задумался. В конце концов стер их и вместо этого напечатал:
И в конце концов он пошел в самую высокую башню, в которую никому нельзя было входить только ему — королю. Он открыл металлические двери и вошел внутрь.
Смотрит а там сидит его сын и улыбается ему и говорит:
— Я знал что ты в конце концов меня найдешь. Жаль что ты не начал с этого места в котором только ты мог меня найти но и так здорово что все же ты здесь.
И король оченьочень обрадовался и расплакался от счастья и обнял сына а потом сел на тот деревянный велосипед который все время его там ждал. А сын сел на раму этого велосипеда и они поехали на долгую прогулку в лес.
Филипп откинулся на спинку стула и отодвинулся от письменного стола. Он чувствовал себя так, словно совершил многокилометровую пробежку.
Дома царила тишина. Некоторое время он в нее вслушивался, пробуя очнуться от изумления, в которое погрузила его эта странная пробежка-непробежка.
Он все еще сомневался. Нужна еще минута.
Наконец он взял флешку и сохранил на ней документ под названием «Филипп». Документ, который начинался со слов: «За горами за лесами».
7. ТСЧ и откапывание из-под снега
— И что?
— Что — что?
— Ты что-то написал.
— Что я написал?
— Такое странное что-то.
— Не понимаю.
— Понимаешь, понимаешь. И что?
— Что — что?
— Что теперь?
— Теперь я буду спать.
— Ведь ты не можешь уснуть.
— Пытаешься, но не можешь.
— И поэтому мы разговариваем.
— Если бы ты мог уснуть…
— …то ты бы спал.
— А не болтал.
— Без умолку.
— Кто болтает? Я?
— Нет. С чего бы? Твой брат-близнец.
— Отстаньте от меня.
— Потому что — что?
— Потому что тут не о чем говорить.
— О, он говорит, как его папа.
— Ага. «Не о чем говорить».
— Но это неправда, — сказал Этут. И покивал головкой.
— Потому что всегда, всегда, всегда есть о чем, — добавил Сов.
— Всегда, — подтвердил Этут. И покивал головкой.
— Но время не всегда подходящее, — констатировал Филипп.
Он отвернулся лицом к стене и натянул одеяло на голову.
Какое-то время ничего не происходило. А потом из-под письменного стола донеслось тихонько, но отчетливо:
— И что? Ты спишь?
— Сплю! — прошипел Филипп.
— Э-э-э-э-э-э-э… Неправда! — победно завопил Сов.
— Правда!
— Неправда.
— Если бы ты спал…
— …то ты бы спал.
— А не болтал, — закончил Сов.
Филипп молчал. Он решил переждать. Спокойно переждать.
Прошла минута, может, немного больше.
— И что? Спишь?
Этого можно было ожидать.
— И что? И что? Ты спишь?
Он не ответит. Не ответит. Нет. Нет. Нет.
— Я не отвечу!
— О, о! Не спит! Не спит!
«Это ведь только мое воображение. Так почему они не отстанут от меня?!» — подумал Филипп. И яростно прошептал:
— Чего вы хотите, а?
— Мы?
— Ничего.
— Это ведь ты.
— Что я? — Филипп повернулся обратно лицом в комнату. — Что я?
— Ты хочешь.
— Чего хочу?
— Рассказать.
— Рассказать? Но о чем?
— О чем-то таком странном.
— В смысле?
— ТСЧ, — объяснил, не объясняя, Этут.
— Такое Странное Что-то, — расшифровал сокращение Сов.
— То есть что?
— То, что ты написал, — добавил Сов.
— ТСЧ? — спросил Филипп.
— Ты это так называешь.
— Неправда.
— Правда.
— Нет!
— Да!
— Ты так это называешь, чтобы не называть… — начал Этут.
— …вещи своими именами, — закончил Сов.
— Я ничего не написал! Так что мне нечего называть. Отвалите!
— Ну расскажи, расскажи.
— Отвалите!
— Нечего стыдиться.
Филипп даже сел на кровати.
— От-стань-те!
— Тссссссс… — шикнул Этут с пальцем у мордочки.
— Пшшшшшшш… — вторил ему Сов.
— Да отвалите уже!
— А про нас там тоже будет?
— Наверняка, — сказал Этут Сову, не дожидаясь ответа Филиппа.
— А об этом всем? — хотел знать Сов.
— О каком всем? — спросил Филипп.
— Ну, обо всем.
— Об этом тоже напи-и-ишет, — Этут снова ответил за Филиппа.
— Вы не понимаете,
