поставщиками, которые работают с Европейским космическим агентством и которые познакомили их со специальными материалами и носимыми устройствами, чтобы студенты, придумывая свои варианты дизайна, могли на что-то ориентироваться. Итогом этого проекта стали как причудливые аллюзии к эстетике космической эры, так и более технически жизнеспособные предметы гардероба, при создании которых применялись технологии, представленные коммерческими спонсорами.
Японский модельер Эри Мацуи успешно справилась с задачей создания одежды, рассчитанной на условия микрогравитации, и продемонстрировала свое удачное дизайнерское решение на борту самолета, совершавшего параболический полет. Модные показы во время параболических полетов – дело будущего, но участница одного из таких полетов взошла на борт в созданном Мацуи свадебном платье. Обычно Zero Gravity Corporation выдает пассажирам специальные летные костюмы, украшенные логотипом компании. Однако для некоторых случаев компания делает исключение – именно так обстояло со свадьбой Эрин Финнеган и Ноа Фулмора, которые заключили брак в невесомости на борту самолета в 2009 году. Гости, присутствовавшие на церемонии, были одеты в костюмы и галстуки от J Lucas Clothiers, а невеста – в платье от Мацуи. Свое платье Мацуи придумала для невест, которые хотят, чтобы их свадебная церемония проходила в невесомости, поэтому оно идеально подходило Финнеган. Платье Мацуи сочетает в себе элегантность и практичность, оно выглядит выигрышно в условиях невесомости, для которых и создавалось, и одновременно сопротивляется им. Оно все состоит из струящихся оборок, вертикально ниспадающих от плеч к талии и ниже, и кажется, что складки задрапированного шелка образуют юбку длиной до пола. Этот верхний слой продуман так, чтобы в условиях микрогравитации драпировки как можно более эффектно взлетали в воздух и «парили, как актинии в океане» (Finnegan 2014). Под этим слоем гораздо более функциональные брюки и лиф, которыми Мацуи дополнила платье из практических соображений. Мацуи понимала, что широкая юбка, посаженная на талию, не будет ниспадать складками в отсутствие силы тяжести и, поднявшись, может выставить на всеобщее обозрение все тело своей обладательницы выше колен17. В невесомости, возникающей во время параболического полета, платье Мацуи благодаря облегающему фигуру нижнему слою сидит хорошо и, когда верхний слой свободно развевается, надежно закрывает тело, позволяя избежать нескромно задирающихся юбок.
Хотя пока это только попытки заглянуть в будущее, описанные выше проекты свидетельствуют об интересе к возможному спросу на моду в космосе и раскрывают эстетический потенциал такой моды. Однако они указывают и на то, что дизайнеры еще не вполне уверены, как подступиться к этому новому рубежу, и часто идут привычной дорогой, повторяя художественные решения космической эры. Если не считать моделей, придуманных Асами Окуто (и простить Мацуи выбор белого цвета для подвенечного платья), существующие образцы космической одежды свидетельствуют о том, что дизайнеры по-прежнему ориентируются на символику космической эры, и, пожалуй, особенно наглядно это проявляется на уровне цветовой гаммы. В работах, которые вышли в финал конкурса Hyper Space Couture, и тех, что были созданы в рамках проекта Couture in Orbit, преобладают белый, серебристый, черный и синий. Эти цвета, как отмечает Артур Вудс (Woods 1994: 4), доминируют и на борту космической станции, главным образом потому, что оттуда открывается вид лишь на черное пространство космоса, в котором далекая Земля светится белым и голубым. Снимки, публикуемые НАСА, как правило, выдержаны в тех же цветах.
Можно сказать, что вполне естественно использовать эти популярные в моде космической эры цвета, когда речь идет о полетах в космос. Однако Артур Вудс, работая над своей скульптурой «Космический танцор», которую предполагалось отвезти на станцию «Мир», решил, что она должна не сливаться с окружающей обстановкой, а, наоборот, выделяться на фоне интерьера космической станции, который без нее выглядел бы «однообразно». В конечном счете для своей подвижной скульптуры Вудс выбрал зеленый цвет. Остановившись на зеленом, он отступил от «канона» космической эры, понимая, что в космосе искусство и дизайн должны перерасти космическую символику. С его точки зрения, надо, чтобы дизайн, наоборот, отсылал к Земле, давая туристам возможность ощущать связь с родной планетой. Дизайнерам космической одежды еще предстоит задуматься, насколько они зависят от эстетики космической эры. Многие модели, созданные в рамках конкурса Hyper Space Couture и проекта Couture in Orbit, наивны, навеяны мечтой о космосе и отражают скорее саму идею космических полетов, чем их реальную перспективу, но необходимо, как это сделал Вудс, критически осмыслить принципы дизайна космической эры, которые по-прежнему принимаются как данность, когда речь идет о создании новых предметов для использования в космосе.
И все же, несмотря на эти недочеты, нельзя не отметить значимость конкурсов в области дизайна космической одежды – они прокладывают дорогу направлению, которое когда-то ассоциировалось скорее с научной фантастикой. Эти конкурсы, непосредственно учитывающие практические и технические требования космической моды, свидетельствуют о прогрессе, которого удалось достичь со времен первых полетов в космос. Европейское космическое агентство предоставило студентам всех колледжей, участвовавших в проекте Couture in Orbit, специальные материалы, которые прошли проверку в космосе и которые им предлагалось использовать в своих работах (Ara 2016). Это шаг к изготовлению одежды, отвечающей реальным стандартам и требованиям космических программ. Начав экспериментировать с невесомостью, дизайнеры стали использовать новые возможности для непосредственной работы со сферой космического туризма, не в последнюю очередь за счет все большей доступности параболических полетов. Мероприятия, проводимые во время параболических полетов, позволяют предположить, к каким ощущениям будут стремиться космические туристы, какой одежде отдадут предпочтение и как их запросы будут отличаться от запросов потребителей космической эры. Компании, организующие параболические полеты, понимают, что их клиенты хотят не только ощутить, но и увидеть невесомость, чему может способствовать в том числе и одежда, реагирующая на отсутствие силы тяжести.
Перспектива массового космического туризма, а значит, массового проникновения в пространства невесомости, должна привести к формированию нового рынка, на котором будут востребованы услуги дизайнеров-разработчиков, дизайнеров интерьера и, как я постаралась показать в этой главе, модельеров. Описанные выше проекты – маленькие, но важные шаги на пути к производству одежды, которую действительно смогут носить пассажиры коммерческих космических рейсов. Хотя таких примеров немного, их можно соотнести с различными практиками, существующими в более привычных сферах моды. Если, вместо того чтобы руководствоваться эстетическими традициями моды космической эры, мы поймем, в чем заключаются особенности микрогравитации и как она воздействует на одежду, мы сможем определить, какие из существующих в модной индустрии практик применимы к этому новому виду дизайна. Как мы увидим в следующей главе, мода может дать нам много полезного, что изначально не предназначалось для космоса.
ГЛАВА 2
Невесомость на подиуме (и над ним)
Космос поставит перед модельерами задачи, с которыми они никогда раньше не сталкивались, и все же дизайнеры космической одежды смогут многое для себя почерпнуть из опыта модной индустрии. Некоторые особенности, сопряженные с невесомостью, и поведение объектов в такой среде можно спроецировать на привычные явления, которые существуют в условиях земного тяготения. Поэтому дизайнерам космической одежды полезно наблюдать некоторые процессы, происходящие на поверхности Земли. Дизайнеры космической одежды могут исследовать механизмы невесомости, сравнивая их с более понятными явлениями, начиная с законов, действующих на орбите. На орбите, например на Международной космической станции (МКС), сила тяжести не воздействует на объекты так, как на Земле. Гравитационные условия, характерные для орбиты, называют микрогравитацией. Сила гравитации тянет движущийся по орбите объект к Земле, он падает, а Земля уходит от него – получается, что он
