за банку.
Я поморщилась. Не подходит. Это для богачей. А сколько в Эрлинг-Весте толстосумов, готовых купить чай по цене хорошей лошади? Единицы.
— А самый дешевый?
— Обычный травяной сбор на развес. Двадцать медяков за сто грамм. Его насыпают в бумажные пакеты, — и дедуля кивнул в сторону двух больших емкостей, спрятанных под прилавком.
Тоже не подходит. Я работала здесь неделю, но уже успела заметить, что этот конкретный чай пользуется большим спросом из-за доступной цены. Он хорошо продается и без дополнительных манипуляций. А впрочем…
Я подошла к двум совершенно одинаковым ящикам с ароматными листьями.
— Этот чай теперь стоит шестьдесят медяков, — показала я на левый ящик, — а этот — по-прежнему двадцать, — показала я на правый.
— А в чем между ними разница? — Мой бедняга-хозяин совсем запутался. Судя по его взгляду, с каждой секундой он все больше сомневался в моих умственных способностях. А зря. — Это же абсолютно одинаковый чай!
— И вовсе не одинаковый, — возразила я. — Чай за двадцать медяков как называется?
— Да никак. Это ж дешевка для бедных и скупердяев. Нет у него названия. Просто травяной на развес.
— Вот! — вскинула я вверх указательный палец. — У чая за двадцать названия нет, а у чая за шестьдесят есть. Он называется…
Я задумчиво прошлась вдоль прилавка, перебирая в уме различные сочетания слов, пока меня не озарило.
— Золотая пыльца.
— Что? — дедуля захлопал глазами.
— А дороже он, потому что эти листья собирают вручную…
— Но все листья собирают вручную.
Я оборвала его нетерпеливым жестом.
— Неважно. Это отборные листья, которые собирают вручную и только в самый яркий солнечный час. Мы расфасуем его по бумажным пакетикам. Заранее. По сто, двести и триста грамм. И скажем, что его изготавливают по особой технологии с добавлением золотой пыльцы.
— Но ведь это неправда!
— А кто проверит?
Перед дверью магазина, вернее, перед красной вывеской с надписью «Бесплатно», уже столпилось человек десять. Они о чем-то переговаривались. До меня долетал приглушенный гул голосов.
— Завтра я распределю товар по пакетам и начну продавать на особых условиях. Вот увидите, «Золотая пыльца» разлетится, как горячие пирожки.
Дверь открылась. Звякнул колокольчик над входом. В магазин нерешительно вошла женщина в длинном платье, пышная юбка которого шелестела при каждом шаге. На груди незнакомки белела аккуратная нашивка с алой буквой «В».
Оглядываясь, дама остановилась возле прилавка, наклонилась над ним и смущенно спросила:
— На двери написано, что здесь можно получить чай бесплатно. Это правда?
Мои губы сами собой сложились в широкую улыбку:
— Добро пожаловать в чайную лавку кера Томпсона, госпожа. Сегодня у нас для вас уникальное предложение. Подождите минуточку.
Продолжая улыбаться, я отозвала своего начальника в сторону:
— Быстрее тащите сюда товар, который не можете продать.
Дедуля кивнул и побежал выполнять мой приказ, словно это я здесь была главной, а не он. Спустя пару секунд в руки мне сунули пузатую банку с желтой этикеткой, которая гласила: «Цветочный сад».
— Сто медяков, — шепнул мне на ухо кер Томпсон.
Источая дружелюбие, я повернулась к клиентке:
— Двести медяков. При покупке одной банки, вторая в подарок.
* * *
До позднего вечера в лавке царил аншлаг. Дедуля Томпсон довольно потирал руки: от покупателей не было отбоя. Даже пришлось закрыть магазинчик на час позже, чем обычно. Моя кричащая алая вывеска привлекла столько народа, что очередь протянулась до самых дверей.
Горожане слетались на халяву, как пчелы на мед. Роль сыграло и то, что прежде торговцы Эрлинг-Веста не знали о подобных хитростях, для людей моя акция стала приятной диковинкой.
Слово «бесплатно» рождало магию, оно было волшебным заклинанием, запускающим механизм продаж, и до конца дня мы избавились от всей партии залежавшегося товара.
Когда за окнами сгустились сумерки и дверь лавки закрылась на замок, кер Томпсон уселся подсчитывать дневную выручку. В тишине весело зазвенели медные монеты. Гора денег на прилавке перед стариком росла, и дедуля улыбался в седую бороду.
— Да это же мой недельный доход! — в какой-то момент воскликнул он, вскочив на ноги. — Уму не постижимо. Вас послали мне боги, не иначе!
Гордая собой, я взяла маленький деревянный совок и принялась рассыпать по бумажным пакетам дешевый чай из ящика. Завтра у меня были на него большие планы.
Пока я занималась делом, начальник тихо приблизился, оттянул карман моего платья и щедро отсыпал мне туда часть сегодняшней прибыли.
— Награда, — подмигнул кер Томпсон и, насвистывая, направился к лестнице.
На втором этаже над лавкой располагались жилые комнаты. Одну из них он сдавал мне, а в другой по будням ночевал сам. Был у него и дом где-то на окраине города, но туда он возвращался редко — на выходные или если в лавке было мало работы.
Упаковав товар, я тоже поднялась наверх. День выдался долгий, насыщенный, и глаза мои уже слипались.
Зевая, я едва переставляла ноги и буквально ввалилась в свою небольшую спаленку.
Моя съемная комната и близко не походила на президентский люкс в роскошном отеле. Кровать, стол, стул, в темном углу за ширмой кресло с горшком — местный аналог унитаза и лохань для умывания на колченогой тумбе. Под окном старый сундук в сколах и трещинах. Там я хранила свои нехитрые пожитки — два платья и смену белья. Вот и вся мебель. Скромненько, даже бедно, но я была рада и этому.
Не так много времени прошло с тех пор, как я бродяжничала по городу и ночевала на уличной скамейке, поэтому всякий раз, опускаясь на мягкий матрас и кладя уставшую голову на подушку, набитую пухом, я благодарила Господа за возможность спать на кровати.
* * *
Утром я достала бумагу и краски и нарисовала новый рекламный плакат в белых и алых тонах. Табличку со словами «Чай бесплатно» я заменила другой, на которой написала: «Только сегодня за половину цены».
Покупатели потянулись узким ручейком, а не хлынули полноводной рекой, как это было вчера. Магия бесплатного работала лучше скидок.
Подумав, я изменила объявление. Тут и там на витрине я развесила раскрашенные холсты, которые гласили: «Подарок для каждого», «Дешевле в два раза», «Новинка», «Чай с золотом».
Не знаю, какая из надписей сработала лучше, однако поток посетителей заметно вырос. То и дело раздавался звон колокольчика, висящего над дверью. Всем было интересно, о каком подарке идет
