терять,
Пока мы не вернёмся в Школу.
Кого Кораг зачаровал,
Друг друга будут узнавать.
Он этим нас в одно связал.
Связных иначе не сыскать.
Мир мысли может лишь убрать,
Вычеркнуть из головы.
Но вот такое вытворять,
Не получится, увы!
Даже ношеные тряпки,
Что свисали, как мешок,
От какой-то старой бабки,
С которой сыпался песок,
Не портили её красу.
Она лукаво улыбалась,
Сплетая волосы в косу.
Её грива растрепалась.
– Зачем такая шевелюра?
Зачем мне пук таких волос? -
Ворчала Лола в нос понуро.
Был неотвеченым вопрос.
Я стал на нищего похож,
Примерив врученный наряд.
Но было морщить нос негоже,
Хоть заткнуть его был рад.
Кораг нас ёмко осмотрел,
Он был доволен результатом,
Сам был бледным, словно мел.
– Я вас жду назад, ребята.
Мы кивнули. Киртов Круг
Нас на платформе дожидался.
Усиливался сердца стук,
Ком к горлу близко подбирался.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Здесь был какой-то полумрак.
Светило спряталось за тучи,
Не пропуская свет никак.
Воздух был совсем колючим.
Из растений лишь кусты,
Что дрожали на ветру,
И те без листьев все, пусты.
Мы попали на жару.
В наших землях падал снег.
А здесь, хоть пряталось Светило,
'Запекался' человек,
Настолько неуютно было.
Ни птиц, конечно, ни зверей,
Сколько шеей ни верти.
Мир густых, как грязь, теней,
Что всех держит взаперти.
Виднелся город на холме,
Казалось же, рукой подать.
Вон стоит он в полутьме,
Но до него еще шагать.
– А почему сюда сначала?
– Наш разведчик всё молчит,
Ни разу весть не долетала,
Нанесём ему визит.
– Что за город? Чем он важен?
– Да ничем. Он многолюдный.
Там выпуск мелочи налажен,
Доход у града очень скудный.
Но народу… Просто тьма,
За тысяч семьдесят, примерно.
Я долго там жила сама,
И сказать, что там всё скверно,
Значит просто похвалить.
Нищета и хулиганство -
Цель людей, чтоб просто жить.
Ну и да, забыла пьянство.
Раньше был торговый град,
Съезжались тысячи людей,
С Древним всё пошло на спад,
В повал ушло, сказать верней.
Город умер, фигурально,
И вороны кружат над ним.
Он так не звался изначально,
Он не был гибельным таким.
Мы шаг за шагом приближались.
Стены в пять-шесть человек,
Как исполины, поднимались.
Пару стареньких телег
Были брошены у врат.
К слову, те были закрыты.
Стоял гнилостный аромат,
Дороги временем разбиты.
– Смотри, нет стражи у ворот.
Налог на вход для них как булка.
Что-то тёмное нас ждёт,
Несладкая грядёт прогулка.
Она стукнула в ворота.
– Эй! Кто-нибудь откройте!
Под крышей спрятаться охота!
– Лучше там снаружи стойте.
Город проклят, прокажён!
Мы Аспирону не нужны!
Народ в граде обречён!
Мы стеной окружены,
Чтоб дальше не несли заразу.
Уходите, здесь опасно!
Лучше бы бежали сразу!
– Я с вами в корне не согласна!
Но больше не было ответа,
Сколько б Лола ни кричала.
И таких пунцовых щёк
Ещё природа не видала.
– Ладно, ночью разберёмся.
Перепорхнём барьер, как птицы!
Мы ещё сюда вернёмся,
Не будем напролом ломиться.
Нашли ферму без людей:
Хозяев след давно простыл.
К ночи стало холодней,
Но у нас костёрчик был.
Дикие степные псы
Не раз поближе подбирались.
Лола рвала им усы.
В ту ночь голодные остались.
В нос ударил запах дыма,
Перебивая нотки гнили.
Чихал не раз неудержимо.
Ветры Лолы защитили.
Мы вновь застыли возле стен.
Нас воздух плавно подхватил.
Города коснулся тлен,
Я это сразу уловил.
Уборкой даже и не пахло:
Обломков, мусора гора.
Растительность буквально чахла,
Просила слёзно топора.
Большие жаркие костры
Весь этот ужас освещали.
Не точки – целые ковры
На земле вовсю пылали.
В огне лежали, словно брёвна,
Завёрнутые в ткани туши,
Сложенные очень ровно.
– Упаси Чидар их души…-
Лола в ужасе сказала, -
Здесь и правда правит Тьма.
Я запах в ветре ощущала.
Случилось страшное… Чума…
Видел: плакали старухи,
Когда их молодых детей,
Которых избегали мухи,
Бросали на ряды углей.
Запах жареного мяса
Выворачивал нутро.
У Лолы эта же гримаса,
Она схватилась за ребро.
Я понимал всю эту боль,
Я хотел их защитить.
Самый сильный алкоголь
Не сможет чувства заглушить.
Ноги обрели опору.
Валялись кости тут и там.
И еще открылся взору
Большой довольно мрачный храм.
– Они строят храм Чидару! -
Она сказала мысли вслух. -
Думают, послал им кару,
Пытаются задобрить дух.
Пошли к связному, это странно.
Такую весть и пропустить.
Уж очень это всё туманно.
Он не мог всё это скрыть.
– А вдруг он спит, а мы разбудим?
– Тогда избавим от кошмара,
Но точно ждать утра не будем.
Возле Кислого бульвара…
Я помню хорошо дорогу,
Только, Конг, не отставай,
А то скормят тебя богу
Не специально, невзначай.
Темнота не скрыла страх.
Люди стонут, просто жуть.
Бормотание в ушах
Сопровождало нас весь путь.
Брошенные мастерские…
Свет свечей едва мерцал.
Дома людей полупустые,
А ведь город-то не мал.
Дома на два-три этажа
Тянулись очень далеко,
Будто кто-то с чертежа
Расставил их в ряды легко.
Ни украшений, ни фонтанов,
Ни статуй, ни простых аллей.
Не было у власти планов
Сделать город чуть светлей.
– Он владыка? – я спросил.
– С чего ты взял, что это он?
– Просто так предположил.
– Она мой давний компаньон,
Мы ловили тварей Леса.
Такие люди, как Пазар,
Их покупали с интересом,
У нас был неплохой навар.
Уговорив её почти,
Я выбрала родной Кирград,
И наши разошлись пути,
Раздельно всё еще лежат.
Надеюсь, с нею всё в порядке.
Мы с ней ладили неплохо,
Нет неприятного осадка,
Но можно ждать вполне подвоха.
Все-таки она молчит.
Нельзя сказать наверняка,
Друзей хороших дефицит.
Дёрнулась её щека.
Дверь как дверь, каких десятки,
Внутри закрыта на засов,
Оберегая сон несладкий
От недругов и от воров.
Хотя к владыке мог вломиться
Или глупый остолоп,
Или посильнее птица.
Но так и так получишь в лоб.
– Покажем вежливость. Вперёд.
Робкий стук легонько в дверь.
Слышно: кто-то чуть идёт,
Словно аккуратный зверь.
Нам открыла без проблем
Красивая, как жемчуг, дева.
Словно девушка поэм,
Императрица, королева!
Легкий белый сарафан
Шевелился на ветру.
В голове моей туман,
Что поднимается к утру.
Волосы так невесомо
Парили над её плечами.
Словно лебедь с
