позже, — произнёс тот. — А пока пойдём в замок, и я ещё раз расспрошу стражников. Может, ещё кто-нибудь слышал о подозрительных смертях в городе.
Они двинулись в обратный путь. Двери всех таверн и харчевен были распахнуты. Оттуда слышались возбуждённые голоса посетителей и доносились аппетитные запахи еды. И Марк подумал, что и ему стоит подкрепиться, прежде чем снова отправляться в город. Он должен был признать, что пока не знает, куда и зачем пойдёт. Встреча с владелицей таинственного кота на самом деле была не так уж важна, просто пока он не знал, где искать дальше. Да, он уже выяснил, что грубоватая служанка старой дамы, скорее всего, стала жертвой того же проклятия, что и известная в городе красавица-куртизанка. Но если с убийством Анриет Сове всё было ясно, то кому и зачем пришло в голову убивать эту скандальную девицу? Возможно, она кого-то разозлила или даже оскорбила, но магическое убийство стоит недёшево, и к чему такие сложности, если есть множество других более надёжных и менее затратных способов избавиться от неё? Единственной зацепкой оставалась болезненная старая дева с котом, на которую Колетт собиралась подать жалобу. Но стоило ли это того? У неё не было доказательств, кота в доме госпожи Дюссо не нашли, да и сама старушка отрицала, что он побывал в её владениях.
Марк понимал, что пытается ухватиться за соломинку. Он помнил серого пушистого кота на руках белокурой Элоизы Ганьон, но мошеннице было не больше тридцати, а госпожа Картье жила в своём домике уже больше двадцати лет, и никак не могла оказаться бежавшей преступницей.
Можно было, конечно, вернуться к смерти Анриет Сове и выяснить имена её клиентов, а потом проверить их одного за другим. Но барон де Ранкур вряд ли окажет ему в этом содействие, а эти люди, большей частью, богаты и влиятельны в городе. Увы, это не Сен-Марко, где он мог сунуть под нос любому свой жетон тайной полиции и требовать ответов на свои вопросы. Здесь у него не было власти, он пока так и не доказал, что является комиссаром короля Жоана, да к тому же это не имело бы большого значения, поскольку Ранкур не был королевским городом, и власть Сен-Марко сюда не распространялась.
Так, размышляя на ходу, он рассеянно слушал беспечное щебетание шагающего рядом Рауля и посматривал по сторонам. Впрочем, ничего интересного он так и не увидел. Здесь всё было именно так, как в любом провинциальном городке: добротно, недорого и спокойно.
Поднимаясь по ступеням, ведущим к дверям замка, он бросил взгляд на стоявших в карауле знакомых стражников, которые приветствовали его вполне дружелюбно. В нижнем зале Рауль сообщил, что должен присоединиться к барону и рассказать ему о результатах расследования. Марк не стал возражать, ведь барон вправе был знать о том, как исполняется его поручение. Кивнув юноше, он направился в казарму, но неожиданно на его пути появился хорошенький кудрявый паж в нарядной курточке и берете с пером фазана.
— Ваша милость, — звонко отчеканил он. — Её светлость, баронесса де Ранкур приглашает вас к себе!
— Благодарю вас, паж, — учтиво отозвался Марк, кивнув малышу. — Будьте любезны, проводите меня к вашей госпоже!
Он заметил, как зарделся от удовольствия мальчик, услышав столь вежливое обращение. Он постарался, чтоб его ответный поклон выглядел галантным и пригласил следовать за собой.
Баронесса де Ранкур встретила Марка в небольшой комнате, где у окна был накрыт стол на двоих. Его это слегка удивило, тем более что она сразу же указала ему туда.
— Я надеюсь, ваше сиятельство не откажется пообедать со мной? — ласково улыбнулась она, подходя к столу.
— Я почту это за честь, — ответил он. — Но скажите, почему вы верите моим словам, хотя все здесь считают меня лжецом?
— Не все! — рассмеялась она. — Это всё Себастьян! Уверяю, если б он не упёрся с самого начала, никому бы и в голову не пришло усомниться в ваших словах. Я же сразу, едва взглянув на вас, поняла, что вы человек благородный и хорошо воспитанный. Ваша внешность, манеры, привычка держаться непринуждённо и при этом учтиво говорят сами за себя. К тому же я имела возможность рассмотреть ваш стилет, который отобрал у вас мой сын. Я запомнила изображённый на нём герб, а потом попросила своего секретаря отыскать в библиотеке армориал Сен-Марко, и там без труда нашла его. Это герб баронов де Сегюров. И это лишь подтвердило правильность моей догадки.
— Всё просто, — улыбнулся он и, подождав, пока она сядет на своё место, сел напротив.
— Я хочу извиниться за сына, — призналась она. — Он не очень хорошо образован и к тому же упрям. Если что-то решит для себя, то переубедить его очень сложно.
— Я не в обиде. На самом деле я даже благодарен ему. Ведь его люди спасли меня, вытащив из бурной реки, и не бросили там умирать. К тому же он почти сразу же выпустил меня из тюрьмы и вернул оружие.
— И заставил расследовать это странное дело.
— Я люблю заниматься расследованиями, — пожал плечами он. — Так что мне не в тягость. И если я могу исполнить его каприз… Пусть это будет платой за его гостеприимство. Для самовластного барона он достаточно разумен и милосерден. Думаю, что его отец мог бы гордиться им.
— Не знаю, — покачала головой она. — Мой муж не слишком любил Себастьяна. Его сердце было отдано старшему сыну, погибшему так внезапно и трагично. В глубине души он всегда относился к моему мальчику, как к незаконнорожденному.
Марк с удивлением взглянул на неё, но она лишь пожала плечами.
— Так и было. Мой отец, сир де Легаре проиграл меня в карты барону де Ранкуру, когда мне было всего четырнадцать лет. Думаю, он сделал это намеренно, потому что приехал сюда вместе со мной и остался при здешнем дворе. Он постоянно уговаривал барона жениться на мне, ведь тот уже давно был вдовцом, но Корнеил не соглашался. Зачем ему было жениться на своей наложнице, ведь у него уже был наследник! Но потом его сын погиб. Он выбросился из окна в своей спальне и разбился.
— Какая странная смерть, — нахмурился Марк. — Он был пьян?
— Говорят, что нет. Хотя я толком ничего об этом не знаю. Барон спешно похоронил сына в фамильном склепе, объявив,
