Чувствовалось, что в Колд-Бее со дня на день ждут распоряжения морского министерства о прекращении действия соглашения по ленд-лизу. Б.Д. Попов (командир отряда принимаемых кораблей, контр-адмирал. –
Примеч. авт.) пришел к выводу, что пассивно ожидать дальнейшего развития событий нельзя. 3 сентября, на следующий день после получения сообщения о капитуляции Японии, я проводил адмирала на аэродром. Но, видно, мы все-таки промедлили, так как уже 5 сентября Максвелл (командир базы в Колд-Бее, кэптен. –
Примеч. авт.) принес в наш штабной коттедж телеграмму: командиру базы Колд-бей предписывалось прекратить передачу кораблей СССР и снять советские экипажи с тех из них, на которых еще не успели поднять наш флаг. Таким образом, мы должны были отдать американцам даже корабли, фактически уже принятые, но пока что проходившие необходимый курс боевой подготовки перед переходом во Владивосток. Казалось, что оставшиеся девять вымпелов нам не получить. Но 9 сентября Б.Д. Попову удалось договориться в морском министерстве о том, чтобы нам передали все находившиеся в Колд-бее и предназначенные для советского Военно-Морского Флота корабли – при этом в акте будет указана не фактическая дата подъема советского флага, а 4 сентября. И сейчас, через тридцать с лишним лет, думаю, что такого решения морского министерства Б.Д. Попов смог добиться только благодаря личным контактам. Живой, обаятельный, очень непосредственный человек, адмирал импонировал американцам. Он умел находить общий язык и устанавливать дружеские отношения с высокопоставленными офицерами флота США… почти всегда мог убедительно доказать необходимость помощи “русскому союзнику” в том или ином конкретном случае. Тут помогали и апелляция к давним историческим связям двух держав, и убедительные факты, свидетельствующие о решающем вкладе нашей страны в разгром гитлеровской Германии, и напоминание о том, что вместе мы добьемся скорой победы над Японией… Благодаря усилиям Б.Д. Попова, вернувшегося в Колд-бей 12 сентября, приемка кораблей возобновилась и протекала без каких-либо недоразумений. 15 сентября мы проводили в путь последний отряд. На грот-мачте одного из фрегатов был поднят флаг младшего флагмана – контр-адмирал Б.Д. Попов вместе со своим штабом уходил во Владивосток…»[169]
К созданию эскортных кораблей, в том числе патрульных фрегатов типа «Tacoma», американцев подтолкнул опыт их британских коллег: в 1940 году англичане после принятия закона о ленд-лизе обратились к США с просьбой построить как можно быстрее крупную серию эскортных кораблей для охранения океанских конвоев, предложив, исходя из программы «обратного ленд-лиза», за образец свой фрегат типа «River»[170]. Американцы бодро взялись за дело, применив свой гигантский опыт серийного строительства любой техники на конвейерах. Так появились фрегаты типа «Tacoma», сборка которых на верфях шла из целых секций, отчасти даже уже начиненных оборудованием. Темпы постройки просто удивляли, но вот с качеством возникли проблемы: сварные корпуса (взамен клёпаных) из разнородных секций скрипели и давали трещины на сильном волнении (после ввода кораблей в строй выполнили усиление продольных связей)[171]. Кроме того, паровые машины тройного расширения обеспечивали крайне малую маневренность, а радиус циркуляции – один из важнейших тактических параметров в борьбе с подводными лодками – был слишком большим (как у крейсера).
Неудачным выглядело и вооружение. Англичане, ставшие первыми потребителями заокеанских фрегатов, с большим удивлением знакомились с 76-миллиметровками, стоявшими открыто в невысоких кольцевых ограждениях из стального листа (барбетах. – Примеч. авт.), служивших хорошей ловушкой для заливавшейся в них воды (впрочем, технические характеристики орудий были вполне соответствующими времени, к тому же орудия являлись универсальными). Однако даже для 1942 года их калибра могло не хватить в поединках с подводными лодками стран «оси», поскольку подавляющее большинство из них имели на вооружении орудия калибром 88-мм и более.
Большую часть не слишком удачных фрегатов типа «Tacoma» американцы или списали на слом в 1946–1947 гг., или благополучно сплавили союзникам (Бельгия, Голландия, Куба, Мексика, Доминикана и др.). Моряки отзывались о боевых возможностях фрегатов типа «Tacoma» весьма скептически, настаивая на создании более мощных и быстроходных кораблей. Необходимо отметить, что за годы войны ни один корабль типа «Tacoma» не был потерян.
Тем не менее накопленный к тому времени опыт конвейерного строительства очень помог судостроительной промышленности США в развертывании производства серий других надводных военных кораблей[172].
Тема участия кораблей, поступивших в состав ВМФ СССР по программе ленд-лиза, в боевых действия Великой Отечественной войны и войны с Японией будет изложена в следующей главе. Отметим только, что сторожевой корабль ЭК-2 за отличие при высадке десанта в порт Сейсин и на остров Сахалин в рамках участия в войне с Японией был удостоен гвардейского звания[173], а его командир – капитан-лейтенант Л.С. Миронов – стал Героем Советского Союза[174].
В послевоенный период часть сторожевых кораблей типа «Tacoma» вошла в состав Порт-Артурской военно-морской базы (командир – контр-адмирал В. Ципанович, начальник штаба – известный подводник Герой Советского Союза капитан 1-го ранга А. Трипольский), в частности – в отдельный дивизион сторожевых кораблей (шесть единиц). С 1946 по 1950 год корабли занимались боевой подготовкой, несли дозорную службу в операционной зоне базы, участвовали в различных тактических учениях базы и Тихоокеанского флота[175].
ЭК-3 после восстановительного ремонта (был выброшен на мель во время шторма в 1948 году) в 1952 году выведен из боевого состава Тихоокеанского флота, переформирован в несамоходную плавбазу, затем – плавказарму и в 1960 году сдан на слом.
17 февраля 1950 года остальные 27 кораблей типа «Tacoma» были исключены из состава ВМФ СССР в связи с возвратом ВМС США в Майдзуру (Япония)[176]. В этой связи интересна их дальнейшая судьба:
бывшие «ЭК-1, 2, 4, 5, 7, 9, 12, 14, 15, 20, 25–30» в период с 1953 по 1966 год в качестве патрульных фрегатов, в дальнейшем, до 1972 года, в качестве учебных кораблей входили в состав японских ВМС и были сданы на слом;
бывшие «ЭК-6, 22» с 1951 года в качестве патрульных фрегатов входили в состав ВМС Таиланда, в конце 1980 года сданы на слом;
бывший ЭК-8 с 1953 года в качестве патрульного фрегата входил в состав ВМС Японии, в 1970 году возвращён США и там сдан на слом;
бывший ЭК-10 с 1953 года в качестве патрульного фрегата входил в состав ВМС Японии, в 1964 году переоборудован в радиоуправляемую мишень и в 1972 году сдан на слом;
бывшие «ЭК-11, 13, 16, 19» с 1951 года в качестве патрульных фрегатов входили в состав ВМС Южной Кореи, в 1973 году сданы на слом;
бывшие «ЭК-17, 21» с 1952 года в качестве фрегата входили в состав ВМС Колумбии, сданы на слом в 1962 (1968) году соответственно;
бывший ЭК-18 с 1950 года в качестве патрульного фрегата входил в состав ВМС Южной Кореи, в 1952 году (в ходе войны в Корее 1950–1953 гг.) получил повреждения в бою с береговой артиллерией КНДР, в строй не вводился, возвращён США и в качестве мишени потоплен в 1953 году[177].
2.2. Торпедные катера типа А-1 «Vosper»
В 1942 г. британское Адмиралтейство (в рамках программы «обратного ленд-лиза») передало чертежи катеров типа «МТВ-102» (проект фирмы «Vosper») в США, на том условии, что часть построенных катеров будет поставляться английскому флоту. В итоге за годы Второй мировой войны (с ноября 1942 по октябрь 1945 года) в США четыре небольшие американские верфи («Аннаполис яхт ярд», «Роберт Джекоб», «Харбор бот бидинг» и «Херрешоф») построили 188 торпедных катеров, из которых 154 были переданы союзникам, в том числе в состав флотов ВМФ СССР вошли 90 единиц (41 – в состав Северного флота, 32 – в состав Тихоокеанского флота, 17 – в состав Балтийского флота)[178]. В ВМФ СССР катера, кроме собственно англо-американского наименования («Vosper»), получили обозначение «А-1» (американский, тип 1)[179].
Первые предложения союзников о поставке кораблей и катеров относятся к сентябрю 1941 года, когда глава советской военной миссии в Великобритании контр-адмирал Н.М. Харламов в письме начальнику управления кораблестроения ВМФ инженер-контр-адмиралу Н.В. Исаченкову (в дальнейшем – адмирал, начальник Управления кораблестроения ВМФ СССР. – Примеч. авт.) сообщил, что «…фирма “Канадиан пауэрс бот компани” предлагает изготовить для СССР 100 торпедных катеров по 25 катеров ежемесячно…»[180]. Это предложение стало предпосылкой для заказа и поставки в Советский Союз 202 торпедных катеров (включая и другие типы), большинство из которых (142 единицы) отправлялись в СССР в собранном виде.
Торпедные катера типа «Vosper» имели водоизмещение 34,0/43,5 тонны, размерения – 22,1/5,61/1,6 метра, скорость – 39,3/21,8 узла, дальность плавания – 450 миль (на 22 узлах), вооружение: 2 × 1 533-мм торпедных аппарата, 1 20-мм автомат «Эрликон», 2 × 2 12,7-мм пулемёта, мог принимать две мины типа АМД-1000. Торпедный
