Вечеринка разрывала. Самый разгар. Гости раскрепостились, выглядели довольными и раскованными. Ласки становились более откровенными, но кроме танцев и лёгкого петтинга в публичном поле больше ничего не позволялось. На привате — только танцы. Акулов в этом вопросе был принципиален. Как скала. Невзирая на лица и ранги.
Надо же. Казалось, что босс был весь соткан из противоречий. Что-то было в нём. Помимо его одержимостью контролем. Что-то тёмное. Внутри. Глубоко. Боль? Я видела, как смотрят на него женщины. Ну вот, опять. Зачем эти мысли приходят ко мне в голову? Этот козёл, которому я в своей голове только что присобачила нимб, дал задание вызвать к нему даму, не отягощённую социальной ответственностью. К чёрту!
Я взглянула наверх. Ну точно! Сидел там, как огромный кот, обозревая с высоты свою территорию. Хищник. Пока не прошёл запал, стремглав поднялась к нему. Окинув столик быстрым взглядом: бутылка виски с двумя роксами и нехитрая снедь.
— Ну что? — он даже не посмотрел на меня, всё также сверху, осматривая свои владения, взял стакан в руку и сделал глоток.
Подняла визитку и порвала её на мелкие кусочки. Акулов поднял на меня свой тёмный взгляд и холодно усмехнулся.
— Когда мы едем к вам домой? — бодро спросила я.
— А ты, случаем, уху не ела? — спросил тот.
Я с удовольствием наблюдала за тем, как за показным спокойствием поднимается буря. Выпил ведь. Без тормозов. Наваляет мне, и никто не поможет. Он тут бог и господин.
— Нет, — остановиться было свыше моих сил, — Михаил Александрович, почему вы не дали такое поручение Витале, мне-то…
— Неудобно? — его взгляд загорелся хитринкой, — ты чё, как в первый раз… всё должна уметь.
— Вообще-то, я у вас работаю историческим реконструктором, вызывать для вас шлюх не входит в мои обязанности, — я переступила с ноги на ногу, едва сдержала зевок, — давайте я Витале передам ваш приказ, уж он-то видывал от вас виды.
Акулов взглядом указал на место напротив.
— Сядь и не мельтеши. Виталю я отпустил, — неожиданно спокойно и устало.
Я нехотя села.
— Может, не стоит налегать на… — указала кивком на бутылку.
— Тебя забыл спросить… Вот что ты за человек, Волкова, отдохнуть не дала, припёрлась аж в сауну, я надеялся не видеть тебя хотя бы до самого утра.
— Вы сами притащили меня к себе домой. Любите всё контролировать. Чтобы ваш контракт был исполнен от и до, а то, не дай бог, я притащу к вам клопов и буду якшаться с мужиками из спальных районов, вас же инфаркт хватит, — я не могла спокойно пропустить его слова, — он, значит, в сауне будет париться, а я на работе должна ночевать? — последнее получилось ворчливо.
Акулов неожиданно расхохотался. Тем смехом, что начисто перечёркивал всё плохое, что я в нём замечала. Он мне словно давал на что-то надежду.
— Бля, я будто и вправду женился, — расслабленно, как будто выплеснув всё, что только мог, произнёс босс и устало откинулся на спинку стула, посмотрев на меня, — Волкова, не беси меня.
— Дайте хотя бы ключ и адрес, я должна же знать, как мне добраться до дома, у вас что ни вечеринка, то партсобрание, если я не только ваша подчинённая, но ещё и фиктивная жена, так дайте хотя бы на расходы для поддержания антуража…
— Я тебя знаю без году неделю, а ты уже хочешь залезть ко мне в карман. Браво, Волкова! Ты наглая. Я думал, что девочка с периферии будет более скромна в своих запросах, — кинул он, и я уже хотела было ответить, но мужчина перебил меня, — но ты права.
Я приоткрыла рот от удивления.
— Рот закрой. Это Москва, Волкова. Свято место пусто не бывает, кто-нибудь что-нибудь да всунет, — и гоготнул.
Затем подозвал официанта и попросил принести ещё один рокс. Плеснул в чистую ёмкость напиток и себе тоже подлил.
— Пей, — одними кончиками пальцев небрежно пододвинул ко мне рокс.
— Это чтобы я не скучала, пока вы по бабам ходите? Через полчасика заберёте? — мне понравилась моя шутка, и я захохотала.
Лицо Акулова вытянулось, а взгляд потемнел и стал пронзительным до такой степени, что у меня невольно поползли мурашки по спине, затерявшись где-то внизу.
— Не искушай, Волкова, — голос осел до лёгкой хрипоты.
Куда там. Меня несло. Ядовито улыбнулась и продолжила.
— Михаил Александрович, — понизила голос, мне казалось так должны говорить женщины, которых любил мой босс, — у нас с вами всё по договору, без моего согласия ничего не будет…
— Ого, — Акулов рассмеялся, глаза блеснули странным светом, слишком чувственным для того, кто только что пренебрежительно называл меня лишь по одной фамилии, — это надо заснять и как-нибудь дать тебе роль… матёрой куртизанки, — он вытащил из кармана мобильник и включил запись.
— Да, Мишенька, да, я даю своё согласие! Так хочу, что не могу! Безумно! Прям здесь бы отдалась, как хочется, аж ноги сводит, — сказала с тяжёлым придыханием, глядя прямо в объектив, послав воздушный поцелуй.
Затем изящно подняла бокал и залпом выпила его, тут же закашлявшись.
— По спинке постучать? — измывался Акулов, возвращая телефон обратно в карман.
— Только попробуйте, — сквозь кашель проговорила я, — рука у вас тяжёлая.
В голове приятно зашумело.
Утро следующего дня
от лица Михаила
— Я больше ничего не помню, — растерянно проговорила Катя, она подошла к кровати и укуталась простынёй, сев на кончик, слегка поморщившись.
Хорошо, что хотя бы не стремилась никуда убежать. Видимо, жажда знать, что же произошло, перевесила чувство стыда, да и какой стыд, если мы этой ночью неплохо так покувыркались в моей постели.
— Зато помню я.
Глава 18
Предыдущий вечер
От лица Михаила
Я с изумлением оттащил раскрасневшуюся Волкову от бармена. Парень смотрел на меня глазами пришибленной воблы и пытался вежливо при этом улыбаться, заметив, что девушка была со мной. Слегка встряхнул. На нас уже начали обращать внимание. Не хватало ещё, чтобы посетители увидели.
— Пошли обратно, — прошипел я на ухо девушке, — пить тебе, Волкова, вообще нельзя.
Катя повернулась ко мне.
— Я не пьяная, — икнула.
Я рассмеялся. У самого кружилась голова и перед глазами летали радужные мошки. Забористый виски. Странный.
— Угу, трезвая, Волкова. Я запомню. Чтобы тебе не наливать больше никогда, — взяв за руку, вывел на воздух.
Девушка рассматривала свою свободную ладонь и улыбалась как дитя.
— Волкова, ты как ребёнок, — мрачно проговорил я и набрал на телефоне номер.
— Ой, Михаил Александрович, вы такой красивый, хоть и козёл, — услышал я и с изумлением взглянул на неё.
Ладонью провела по моим волосам.
— Ух, жёсткие, — поморщилась.
— Так, пойдём-ка, Волкова. Хватит нам на сегодня приключений, — подъехало авто, и я кивком поприветствовал своего водителя.
Волкова ёрзала и всё никак не могла устроиться на сидении. Усаживая девушку в такси, случайно, ладонью провёл по бедру, скользнув глубже во внутреннюю часть, заметил, что девушка поддалась вперёд. Кожа ног бархатистая, упругая, в обрамлении кружевной резинки от чёрных чулок. Дежурных. Ксюша выдала на складе. А выше трусики. Жарко. Очень. Не только от девушки, но и мне стало невыносимо горячо. Руки чесались двинуться выше. Здесь бы взял, похер что останутся следы от шпилек на обшивке.
— Домой, шеф? — мы встретились взглядом с водителем.
Голову повело ещё сильнее. Глубоко втянул носом воздух и с трудом оторвался от её бёдер. Кивнул ему. Сам сел рядом. Волкова улыбнулась. Злобно. Как улыбалась только мне.
— Завтра на работу, — упрекнул я, сам чувствуя, что мне не по себе, может, духота в зале сказалась.
— Я в норме, босс, — голосок вроде бодрый.
Как бы не развезло, пока едем. Девушка положила голову на изголовье. Слишком хорошо я знал этот взгляд. Самого несло. Сам же вперился в декольте белой рабочей блузки с торчащими крупными сосками. Кто бы знал, что будет так тянуть к пигалице. Сумасшедше.
