реку, голодала, и теперь выясняется, что я некромантка поневоле. Так что говори!
— Нет, — твёрдо ответил кот, поворачиваясь ко мне. — Когда будешь готова услышать. А сейчас ты в том состоянии, когда можешь наделать глупостей. Эмоции — плохой советчик в делах, касающихся Тёмных магов.
Я хотела было возразить, но осеклась. Он был прав. Внутри меня бушевал коктейль из страха, злости, отчаяния и какого-то лихорадочного желания действовать немедленно. Это было опасное состояние. Именно в таком состоянии люди совершают фатальные ошибки.
— Ладно, — сквозь зубы выдавила я. — Но долго я ждать не буду.
— И не придётся, — успокоил меня Яспер. — Дай мне несколько дней обдумать детали. Это дело непростое и опасное.
Он спрыгнул со стола и неторопливо прошёлся к двери, где на мгновение замер, глядя в щель.
— Кстати, — вдруг сказала я, и в голосе моём прозвучало неподдельное любопытство. — Ты говоришь как я. Используешь мои выражения, мою манеру речи. Почему? Здесь вроде как средневековье, а ты про амбразуру в таком современном контексте…
Яспер обернулся, и на его морде появилось выражение, которое у человека можно было бы назвать смущением.
— Когда ты мне душу у клетки изливала, — медленно начал он, — я всё прочёл. Всё, что у тебя в голове было. Ты в тот момент была весьма беззащитна, открылась полностью. Я увидел не только твои воспоминания, но и сам твой мир.
Он помолчал, и в его глазах появилось что-то похожее на ностальгию.
— Твой мир хорош, — тихо сказал он. — Странный, шумный, наполненный удивительными вещами. Эти… как их называют… автомобили, что ездят без лошадей. Ящики, показывающие движущиеся картинки — телевизоры. И эти маленькие штуковины, через которые можно разговаривать с кем угодно на любом расстоянии — телефоны. Я видел твои воспоминания о них, чувствовал твоё отношение к ним.
Он снова отвернулся, но я успела заметить в его взгляде зависть.
— Видел я и другое. Горячую воду из крана, свет одним нажатием, тепло зимой без необходимости колоть дрова. Еду в ярких упаковках, лекарства от болезней, которые здесь убивают людей сотнями. Книги, тысячи книг, доступные каждому. Музыку, льющуюся отовсюду…
Его голос стал тише, почти мечтательным.
— Я бы тоже хотел попасть туда. Хотя бы на день. Пройтись по этим шумным улицам, где горят яркие огни, даже когда солнце село. Посидеть в тёплой квартире на мягком диване и посмотреть в окно на машины, спешащие по своим делам. Попробовать эту… как её… пиццу, о которой ты так тепло вспоминала. Прокатиться в метро — под землёй! Целые города под землёй, можешь представить?
Я слушала его, и внезапно к горлу подкатил комок. Он описывал мой мир — обычный, привычный, иногда раздражающий своей суетой мир — так, словно говорил о сказочной стране. И я вдруг с болезненной ясностью осознала, как много я потеряла. Не Игоря, не карьеру, не квартиру. Я потеряла саму возможность жить в том мире, который принимала как данность.
— Но сильнее всего, — продолжал Яспер, и в его голосе появилась неожиданная серьёзность, — меня поразила твоя внутренняя сила. Ты росла в мире без магии, без явной опасности на каждом шагу. Тебе не приходилось бороться за выживание. И всё же, когда всё рухнуло, когда тебя вырвали из твоей реальности и бросили в эту… ты не сломалась. Да, ты плакала, да, ты была напугана. Но ты взяла себя в руки и начала бороться.
Он посмотрел на меня, и в его золотистых глазах светилось нечто, похожее на уважение.
— Вот почему я решил помочь тебе. Не из жалости. Не из расчёта. А потому что увидел в тебе… бойца. Пусть ты и не знаешь об этом сама.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга в тишине. Потом я кашлянула, отводя взгляд — горло предательски сжалось от его слов.
— Спасибо, — хрипло выдавила я. — За… за всё это.
— Не за что, — буркнул Яспер, явно смущённый собственным порывом откровенности. — Я всего лишь констатировал факты.
— И когда же ты… подумаешь? — спросила я, возвращаясь к нашему главному вопросу. — О плане насчёт брачных уз?
— Не торопи меня, — проворчал он. — Дело непростое и опасное, я уже говорил. Каэлан не дурак и не слабак. Он один из сильнейших некромантов королевства. Обмануть его или обойти — задача не из лёгких. Мне нужно время, чтобы вспомнить кое-какие детали и просчитать риски.
— Сколько времени?
— Дня два-три. Может, неделю. Зависит от того, насколько быстро я смогу вспомнить нужную информацию.
— Вспомнить? — насторожилась я. — Откуда ты вообще знаешь о таких вещах?
Яспер хмыкнул.
— У меня была… насыщенная жизнь. Я путешествовал, изучал, общался с разными… существами. В том числе и с теми, кто знал о магических узах больше, чем следовало бы.
Он явно что-то недоговаривал, но я решила не давить. У каждого свои секреты. У меня теперь тоже их было предостаточно.
— Ладно, — кивнула я. — В любом случае, нам предстоит здесь жить. И эту избушку надо привести в порядок, иначе мы задохнёмся от пыли или переломаем ноги из-за прогнивших досок.
Я встала, оглядывая дом критическим взглядом хозяйки. Работы было непочатый край. Начать следовало с того, чтобы выкинуть на улицу всю рухлядь: сломанные склянки, истлевшие тряпки, высохшую сову (бррр), треснувшие горшки. Потом смести со стен всю паутину и пыль. Подмести пол или то, что от него осталось. И как-нибудь помыть всё это…
— И все это придется делать самой, — вслух проговорила я, представляя объём предстоящей работы.
— А что ты хотела? — фыркнул Яспер. — Чтобы домовые явились и всё сделали по взмаху волшебной палочки?
— Хм… а ведь у меня есть Том, — напомнила я, и в голове начала созревать идея. — Он же слуга. Мёртвым не нужен отдых, ты сам говорил.
Яспер присвистнул — звук получился на удивление человеческим.
— Быстро ты въезжаешь в роль госпожи-некромантки. Ещё утром от одного вида скелета дёргалась, а теперь уже планируешь эксплуатировать нежить как бесплатную рабочую силу.
— Не придирайся, — отмахнулась я. — Если уж мне навязали эту роль, буду использовать преимущества. Том! — крикнула я, подойдя к двери и распахнув её. — Иди
