он. — Лютая. Снега по пояс, морозы такие, что деревья трещат.
— Вот видишь. А от тебя в быту никакого толку.
— Чего это? Могу давать ценные советы, — возмутился Яспер. — Это тоже важный вклад.
— Ага, я уже оценила твои советы насчёт печки, — фыркнула я и направилась в дом.
Я вытащила из тайника под половицами мешочек с драгоценностями. Помимо колец там лежали ещё серебряные гребни и брошь с камнями. Вчерашнее кольцо принесло хорошие деньги, но на строительные работы потребуется гораздо больше.
— Уж если я застряла здесь надолго, — сказала я вслух, больше для себя, чем для кота, — надо привести дом в порядок. И пристроить комнату. Хотя бы небольшую, чтобы было место, где можно уединиться и… и хоть немного почувствовать себя человеком, а не бродягой в развалюхе.
— Амбициозно, — протянул Яспер. — А печь?
— Печь — само собой. Её должны наладить в первую очередь. И дрова… — я задумалась, потом окликнула: — Том!
Скелет тут же подошёл к крыльцу, покорно ожидая указаний.
— Ты умеешь дрова рубить? — с сомнением спросила я, оглядывая его костлявые руки.
Том энергично закивал.
— Тогда возьми топор в сарае и наруби дров. Много дров. Целую поленницу.
Скелет кивнул и отправился выполнять приказ. Я проводила его взглядом, всё ещё сомневаясь, справится ли он, но решила дать ему шанс.
— Ты остаёшься на хозяйстве, — сказала я Ясперу. — Присмотри за Томом. И если кто чужой появится…
— Спрячусь и буду наблюдать, — закончил за меня кот. — Не волнуйся, я опытный наблюдатель. Это моя специализация.
Путь до деревни занял меньше времени, чем вчера — я уже запомнила тропинку и не плутала. Когда я вышла из леса и ступила на пыльную улицу, разговоры мгновенно стихли. Я чувствовала на себе десятки настороженных взглядов, но шла прямо, подняв подбородок. Прямиком к дому старосты.
Конрад, к моему разочарованию, оказался не дома. Вместо него на пороге появилась его жена — та самая полная женщина, у которой Яспер вчера стащил платье. Увидев меня, она присела в неуклюжем реверансе, но в глазах читалось беспокойство.
— Госпожа ведьма, — пробормотала она. — Муж отлучился, но скоро вернётся. Может, зайдёте в дом? Подождёте?
Я хотела отказаться — стоять на пороге казалось проще, чем заходить внутрь. Но в этот момент из открытой двери пахнуло таким божественным ароматом, что у меня буквально закружилась голова. Что-то мясное, с луком и специями. Что-то печёное, с хрустящей корочкой. Желудок мгновенно отозвался голодным урчанием.
— Зайду, — решительно сказала я.
Внутри дома было тепло, чисто и уютно. Побелённые стены, деревянный пол, застеленный домоткаными половиками, большой стол из светлого дерева. У очага висел котёл, из которого шёл пар, а на столе лежали свежеиспечённые пироги.
— Присаживайтесь, госпожа, — засуетилась хозяйка, указывая на лавку у стола. — Может, пообедаете? Как раз суп сварила, каша с мясом есть…
— С удовольствием, — ответила я, даже не пытаясь притворяться, что не голодна.
Женщина быстро накрыла на стол, и я впервые за все эти дни села есть по-человечески. Не жадно хватая куски хлеба и сыра, а нормально, за столом, с ложкой и тарелкой.
Суп оказался густым, наваристым, с крупными кусками овощей и мяса. Каждая ложка была как глоток жизни. Я ела медленно, смакуя каждый кусочек, чувствуя, как тепло растекается по телу. Потом была каша — ячменная, с кусками тушёной свинины, политая топлёным маслом. Я накладывала себе добавку за добавкой, не в силах остановиться.
А венцом трапезы стал пирог. Высокий, румяный, с золотистой корочкой. Внутри была рыба — речная, судя по вкусу, — смешанная с луком и яйцами. Тесто таяло во рту, а начинка была сочной и ароматной.
Когда я доела третий кусок пирога, то поняла, что едва ли не похрюкиваю от удовольствия. Живот округлился, в теле разлилась приятная истома, и я чувствовала себя так, словно впервые за неделю по-настоящему поела.
— Благодарю, — искренне сказала я хозяйке, которая всё это время хлопотала у очага, косясь на меня с опаской. — Очень вкусно.
— Да не за что, госпожа, — пробормотала она, явно довольная, но всё ещё настороженная. — Вам ещё пирога? Могу завернуть с собой…
Именно в этот момент дверь отворилась, и на пороге появился Конрад. Увидев меня за своим столом, он замер, потом торопливо снял шапку и поклонился.
— Госпожа ведьма! Прошу прощения, что заставил ждать. Был в поле, проверял посевы…
— Ничего, — отмахнулась я, вытирая губы краем рукава. — Твоя жена меня накормила. Спасибо ей большое. Но я пришла поговорить с тобой о деле.
Мы вышли на крыльцо, и я изложила ему свою просьбу. Нужны мастера, чтобы починить крышу, вставить окна, прочистить печную трубу. И ещё пристроить к дому небольшую комнату. Желательно тёплую, с нормальным окном и дверью.
Конрад слушал внимательно, время от времени кивая.
— Всё можно сделать, — сказал он наконец. — Парней крепких найду, мастер у нас есть хороший — Бруно, он и дома строит, и печи кладёт. Только…
Он замялся, переминаясь с ноги на ногу.
— Только что? — прищурилась я.
— Вы уж, госпожа, своего помощника на время работ куда-нибудь уберите, — выпалил он. — Того, костлявого. Парни крепкие, работать не боятся, но рядом со скелетом…
Я замерла. Значит, за домом следят и уже знают про Тома. Надо быть осторожнее.
— Хорошо, — спокойно сказала я. — На время работ отправлю его в лес. Пусть дрова заготавливает. Подальше от людских глаз.
— Вот и славно! — обрадовался Конрад. — Тогда завтра с утра пришлю к вам Бруно с помощниками. Осмотрят, что к чему, прикинут объём работ. А там и цену скажут.
— Деньги не проблема, — заверила я, похлопав по карману, где лежали драгоценности. — Главное, чтобы всё было сделано качественно и быстро.
— Будет сделано, госпожа, не сомневайтесь!
На прощание хозяйка всунула мне в руки целый пирог, завёрнутый в чистое полотенце.
— Для вашего… — она запнулась, не зная, как назвать Яспера, — для спутника вашего. Небось тоже есть хочет.
Я поблагодарила и отправилась обратно в лес, прижимая к груди тёплый свёрток. Пирог пах так соблазнительно, что
