что свила гнездо, хоть и выглядит как певчая очаровашка, но имеет такой запас магии, что может оставить кратер на месте всей столицы?
Собственно, именно из-за способности к воспроизводству магии, в неограниченных количествах, перенятой у драконов, за ними и шла охота. Такая животинка гарантированно обеспечивала широкие перспективы для хозяина. А уж заставить птичку делиться магией — дело техники. Кому-то хватало ласкового слова, а кому-то набора начинающего садиста.
— Боюсь, так просто вам ее не найти, это книга из непубличной библиотеки.
Девушка чуть погрустнела:
— Да? А откуда?
— Из библиотеки магической академии, где я обучался, — ответил я, почти что и не соврав. — Но у вас такая живая тяга к знаниям, может быть, стоит рассмотреть вариант с получением высшего образования?
Саяра рассмеялась:
— Да к чему оно мне? Я же хлебом торгую, а не древними манускриптами.
— Образование дает более широкие перспективы развития, — туманно высказался я.
— Думаю, я уже всех перспектив достигла, — уверенно произнесла девушка со странным хмыканьем.
Я же задумался над ее ответом. Что-то царапало в ее словах, жестах и поведении мою чешую, но я не мог поймать мысль за хвост. Может ли эта милая малышка что-то скрывать?
23
Саяра
Я была вполне благодушна настроена после сегодняшнего вечера в компании Берканта. В основном потому что ужин был вкусный, беседа приятная, а скользких вопросов не последовало.
Но настроения моего хватило ровно до дверей собственной пекарни. Я уже и забыла, что там сегодня моя сторожевая пернатая аристелька гоняла какую-то дамочку, а когда вспомнила — помрачнела. переступала порог вообще в мрачном ужасе, ожидая услышать хруст стекла под туфелькой.
Удивительное дело, но нет! Внутри все было ровно так, как я оставила. Глазам своим не поверила, даже пару пустых подносов на прилавке пощупала. Все целое!
Решив, что хитрая птица заманила противника во внутренние помещения, чтобы иметь стратегическое преимущество, я с не меньшей осторожностью шагнула на кухню. Но и тут все было также! Также разбросанные сковородки, такой же творческий беспорядок, оставленной аристелью, а еще жирный след от палки колбасы, ведущий известно куда.
Пройдясь пару раз по кухне и пощупав все для верности, я убедилась, что и тут ничего смертоубийственного не происходило. Был еще, конечно, вариант, что пернатая соседка за собой прибрала, но тогда она могла бы и остальной свой кавардак прибрать.
Так что я полезла наверх для выяснения деталей, так сказать.
Квартирантка обнаружилась на своем месте — в гнезде. Правда, в гнезде она не сидела, а лежала кверху пузиком, периодически сыто икая. Огрызок от палки колбасы лежал рядышком, и аристелька на него периодически поглядывала. Оценивала, видимо, влезет или нет. По мне так и вся остальная палка бы в эту маленькую птичку влезть не должна была, а тут какой-то крошечный символический кусочек, который даже на заначку на черный день не походил.
Птица время от времени поправляла плед, которым укутала кладку, и снова устало падала на спину, тяжело переводя дыхание.
— Пожадничала? — спросила я без тени сочувствия.
Ответом мне был такоооой строгий взгляд, как будто я где-то нашкодила, а гувернантка меня поймала. Я бы вот вообще не удивилась, если бы птица суровым тоном спросила, где я шлялась в то время, когда все приличные девицы дома драят кастрюли.
— Не смотри на меня так. Ты сама вот это где-то раздобыла, — я кивнула на яйца, которые, поняв, что речь о них, радостно подпрыгнули.
Аристель видимо вспомнила, что сама не так невинна, как хотелось бы, а потому перестала изображать блюстительницу добродетели и продолжила коситься на остатки колбасы и икать.
— Как ты выгнала эту женщину из пекарни? — задала я самый свой важный вопрос.
Птичка тяжело вздохнула, с трудом приняла правильное вертикальное положение, посмотрела на меня одним глазом, потом другим, и принялась бодро чирикать, активно жестикулируя крыльями. Типа она то, а я это, и так ее, и сяк, и вот и все.
— Понятно… — вздохнула я, поняв, что ничего не поняла. — Думаешь, она не вернется?
Аристель уверенно кивнула и снова воинственно нахохлилась. Мол, пусть попробует! Мало не покажется!
— Это утешает, — заметила я и поднялась на ноги.
Птичка тут же оживилась, куда это я намылилась и без нее.
— Я на кухню.
Аристелька важно кивнула и устроилась поудобнее, поведя одним из крыльев таким широким, позволяющим жестом.
— Серьезно, тащить вас всех туда? — спросила я со скепсисом.
В ответ мне так ехидно чирикнули, что стало понятно и без слов, как мне будет ужасно скучно и одиноко на пустой кухне без своих пернатых жильцов. Точнее, одной пернатой постоялицы и ее прыгающей кладки.
— Ладно, — согласилась я. — Будешь помогать мне кроить ткань под платье.
Птичка чирикнула с удивительным для пернатого создания энтузиазмом. Ох чувствую и намучаюсь я с этим платьем…
24
Итак, шел третий час ночи, пекарня, кухня, пол, отрез ткани, я и яйца. Руководила процессом аристель, все еще немного осоловевшая от палки сыро-вяленной колбасы. Птичка забралась на шкаф и сверху чирикала кому куда двигаться, как чертить и где пора резать.
Я ползала на четвереньках, яйца, каждое завернувшееся по самую макушку в неизвестно откуда раздобытый шерстяной носок, катались вместе со мной, помогая расчерчивать выкройку, и целом казалось все шло по плану.
В моем плане было строгое платье из темной ткани со скучным воротом и символической вышивкой по краю. Собственно, набросок этой выкройки я и показала настроенной на бурную деятельность аристели. Чем мы, собственно, и теперь и занимались.
И все вроде шло прилично, и ничего беды не предвещало, пока в руки я не взяла ножницы. Точнее даже, пока я не вырезала все, что нужно. Еще когда резала, подумала: «Надо же, как интересно получается!»
Ну еще бы!!!
Эта пернатая зараза раскроила какую-то тряпку! Какое-то кошмарное непотребство! Какое-то… остромодное платье!
— Это что?! — орала я, пытаясь согнать пернатую закройщицу со шкафа. — Это что такое?!
Аристель, кажется, протрезвела после моего первого вопля, а потому не то, чтобы ловко, но весьма уверенно ныкалась по углам кухонного гарнитура с видом «я вообще-то хотела как лучше».
— Как я в этом на бал пойду?!
Птичка высунула клюв из очередного убежища и чирикнула что-то в духе «Как приличная графиня, а не нищая родственница», но меня такой подход в корне не устраивал.
— И что мне делать с этим?! — я сердито тыкала во вторую юбку, которая должна или отличаться по типу ткани, или иметь мало-мальское украшение.
Аристель посмотрела на
