К столику подошла Джини с подносом.
— Две кока-колы и рутбир. Итак, мальчики, что будете заказывать?
— Как обычно, мисс Джей, — сказал Крис.
Джуд протянул ей меню.
— Я буду рыбу с жареным картофелем.
— Тебе нужна минутка, сладенький? — спросила она меня.
Обращение «сладенький» ударило прямо в сердце — оно звучало так знакомо. Многодетная мать всего города всегда присматривала за своими цыплятами.
— Я возьму сэндвич с индейкой. С тех пор, как я уехал, еще ни разу не ел ничего более стоящего.
Она постучала блокнотом по моему плечу.
— Мы это исправим. Не волнуйся.
— Спасибо.
Джуд откинулся на спинку диванчика и пристально посмотрел на меня.
— Итак, каково тебе вернуться?
— Странно.
Это единственное, что я мог сказать ему в данный момент. Я не собирался вываливать беспорядок в своей голове на друзей, которых не видел десять лет. Им не нужно знать, как прошлым вечером я слетел с катушек или что не сомкнул глаз, потому что каждый раз, засыпая, я начинал видеть реки крови.
— Бьюсь об заклад. — Глаза Джуда вспыхнули озорным блеском. — Как тебе в гостинице?
Он делал ударение на каждом слове, и я сердито посмотрел в его сторону.
— А ты как думаешь?
Джуд расхохотался, а Крис невольно усмехнулся.
Джуд одарил меня дьявольской улыбкой.
— Мы уже слышали, что ты отказался от услуг горничной и что на завтрак взял себе овсянку и фрукты. Дженис беспокоится, что ты недоедаешь, страдалец ты наш.
Я застонал, сжимая переносицу.
— Что не так с этой женщиной?
— Слишком много лет просмотра мыльных опер. Теперь для нее все сериал, — парировал Джуд.
Я опустил руку.
— Кто-нибудь из вас знает дом, который можно арендовать на пару месяцев?
Брови Криса поднялись.
— Ты останешься так надолго?
— На данный момент таков план. Но судя по радушному приему отца, не уверен, что это уж такая хорошая идея.
Джуд с минуту изучал меня.
— Он скучал по тебе.
Мое горло обожгло огнем.
— Я разговаривал с ним каждую неделю. — За последний год напряженность в разговорах возросла, но я и понятия не имел, что отец так из-за меня расстраивался.
— Телефонные разговоры — не то же самое, что личное присутствие. Он изо всех сил пытается встать на ноги и вымещает это на тебе не потому, что ему все равно, а потому что ему больно.
Я взял стакан с рутбиром и сделал здоровенный глоток.
— Ну, теперь я здесь. И пытаюсь все исправить.
Крис искоса посмотрел на Джуда.
— Потребуется время, чтобы люди это поняли. Ты не можешь ожидать, что они выстроятся к тебе в очередь только потому, что ты сказал, что остаешься.
— Я знаю, — огрызнулся я.
Крис вскинул обе руки, защищаясь.
— Я просто пытаюсь объяснить мотивы людей.
Я с шипением втянул воздух сквозь зубы.
— Понимаю, я плохо поступил. — Я встретился взглядами с двумя мужчинами, сидящими со мной за столом. — Простите, что оборвал нашу дружбу. Никто из вас этого не заслуживал.
Джуд уставился в мою сторону.
— Ты через многое прошел. Тебе пришлось трудно.
— Я просто пытался держаться наплаву. Начать все с чистого листа… казалось в то время лучшим решением для всех. Но я знаю, что при этом причинил боль многим. На многое не обращал внимания.
Крис изучал меня.
— Рэн знает о твоих чувствах?
Ее имя было подобно огню, хлынувшему по венам и оставляющему после себя лишь пепел.
— Не думаю, что Рэн сильно волнуют мои чувства. И я ее понимаю.
Джуд усмехнулся.
— Я действительно считал, что за десять лет ты перестанешь быть таким идиотом.
Я повернул голову в его сторону.
— Прошу прощения?
— Девушка все еще любит тебя. Не прекращала любить ни на одну чертову секунду. Не думаю, что когда-либо видел ее с кем-то больше, чем на нескольких свиданиях. Она не позволяла никому даже произносить твое имя в ее присутствии.
Не существовало слов для буйства эмоций, сражающихся в моей груди. Половину чувств было не определить, но те немногие, что удалось распознать, представляли опасность. Надежда. Печаль. Желание. Тоска.
— То, что она еще не встретила правильного человека, не означает, что этого не случится. — Каждое слово разрывало мне горло. Но эту боль я заслужил. И я испытывал бы ее снова и снова, если бы это означало, что Кузнечик счастлива. И в безопасности.
Мне в лицо прилетела соломинка.
— Какого хрена, мужик?
Крис покачал головой.
— Джуд прав. Ты еще больший идиот, чем до отъезда. Такую женщину встречаешь раз в жизни.
— Я знаю, — прорычал я.
Я уже давным-давно пришел к выводу, что никого не полюблю так, как любил Рэн — так, как все еще ее люблю. Потому что не важно, прошло ли десять дней или десять лет. После такой любви для вас больше никто не существовал.
Джуд с прищуром посмотрел на меня.
— Такая женщина, которая все еще любит тебя после того, как ты ушел из ее жизни в самый неподходящий момент? Это чертово чудо. Если ты этого не оценишь, почти уверен, что Бог тебя покарает.
Я бы только обрадовался. Существовала причина, по которой я всегда брался за самую рискованную работу. За труднейшие задания. У меня появилась привычка искушать судьбу, предоставляя ей множество шансов уничтожить меня. Чтобы заплатить за то, что я подвел самого важного человека в моей жизни.
— Тебе следует поговорить с ней, — тихо предложил Джуд.
— Не думаю, что разговор пройдет слишком хорошо. То, что у нас было… больше нет.
Глаза Джуда сверкнули.
— Ты этого не знаешь. И если тебе предоставляют второй шанс, не упускай его. — На столе зажужжал мобильник Джуда, и он ответил. Через секунду его пальцы уже летали по экрану. — Я должен бежать. Туристы пропали.
— Ты в команде? — спросил я, вставая, чтобы выпустить его из кабинки.
В старших классах Джуд и Крис вызвались вступить в поисково-спасательную группу, но по какой-то причине я думал, что к настоящему времени они займутся чем-то другим, и что, возможно, изначально они пошли туда из-за меня.
Он кивнул.
— У нас классная команда. Тебе следует пройти переквалификацию. Пойдем с нами как-нибудь.
Внутри меня что-то вспыхнуло. Волнение, понял я. Не то фальшивое волнение из-за выброса адреналина на работе, а то, которое возникает, когда у тебя есть цель и желание помогать другим. Я по-прежнему проходил переквалификацию, но ни в одной команде не состоял.
— Я поговорю об этом с отцом.
Джуд хлопнул меня по плечу.
— Хорошо. Рад, что ты вернулся.
— Спасибо, — только это я и мог сказать, но слова Джуда значили для меня больше, чем он представлял.
Я проскользнул обратно в кабинку и посмотрел на Криса. Его взгляд не отрывался от Джуда.
— Ты в порядке?
— Хм? Ага. — Он снова перевел внимание на меня. Мгновение он молчал, а затем вздохнул, словно сдаваясь. — Давай, расскажи мне о своем самом крутом клиенте. Пожалуйста, скажи, что у тебя был чертовски горячий роман с голливудской звездочкой.
Я подавился смешком.
— Жаль тебя разочаровывать.
Но я рассказал свои лучшие истории с работы, а Крис поведал обо всех событиях в Сидар-Ридж, старательно обходя Рэн стороной. Это не совсем походило на прежние времена — разговор местами шел неестественно и неловко — но все же прогресс чувствовался.
Я перехватил счет и достал из бумажника наличные.
— Угостить обедом — это меньшее, что я могу сделать в качестве благодарности за уделенное мне время.
— Тебе не обязательно этого делать, чувак.
— Я хочу.
Крис выскользнул из кабинки.
— Тогда не буду с тобой спорить, потому что обед был чертовски хорош.
— Я скучал по сэндвичу с индейкой.
Он усмехнулся, когда мы направились к двери.
— Ничто не сравнится с едой детства.
— Как же ты прав.
У выхода в меня кто-то врезался.
— Простите…
— Смотри, куда, нахрен, прёшь, — прошипел парень, слегка покачнувшись.
