речи не шло. Хочешь называть себя мастером — называй. Хочешь магистром — пожалуйста. Архимагом — да на здоровье. Вот только, если регулярно получаешь по ушам от заведомых середняков, то будешь, в лучшем случае посмешищем. А в худшем — покойником. А кстати, кто сильнее, мастер или магистр? Не знаешь? Ну и не выпендривайся! Большинство магов за титулами и рангами не рвалось. Наоборот, предпочитало преуменьшать свою силу. При необходимости лучше «прыгнуть выше головы», чем не оправдать ожиданий.
В мире маги играли роль не столько руководящую, сколько определяющую. Для руководства обществом не обязательно быть магом, в родном мире Тимофея это было убедительно доказано всеми королями, президентами, диктаторами и прочими уборщицами. Да и здесь… Ярослава Великая магом была далеко не сильнейшим даже в лучшие годы, а уж сейчас, прожив век с хвостиком, и вовсе не могла похвастаться могуществом, но продолжала уверенно управлять страной. И столь успешно, что канцелярию завалили прошениями об изменении закона о престолонаследии в пользу девушек в возрасте от четырнадцати до двадцати лет.
Несмотря на прогресс вооружений, маги оставались костяком армии. Победа обычного человека над магом считалась невозможной априори. То, что Куницыну это удалось, ничего не доказывало хотя бы потому, что Федор Алачев магом был средненьким, а Харза в своём деле равных не встречал. И то, не попадись вовремя стул, неизвестно что бы в итоге вышло.
Технический прогресс тоже был завязан на магию. В любой сложной технике основные узлы артефакторные. Большинство из них можно создать чисто физическими средствами, но получалось хуже и дороже.
Медицина и вовсе достигла невозможных высот. Причем, лучшие результаты достигались комплексным подходом. Перелом можно вылечить, отрубив страдальцу руку и за пару месяцев отрастив новую. Чисто магический подход. Или законопатить конечность в гипс на те же два месяца. В обоих случаях руку придётся долго восстанавливать. Но если, сложить кости в нужном порядке, но вместо гипса применить исцеление, рука заработает через несколько дней. И никакого реабилитационного периода.
Ну и так далее. С магией — хорошо, без магии плохо, а нездоровые инстинкты, вроде некромантии, надо в себе подавлять. А то наоживляешь зомбей, полезут из порталов придурочные забытые боги, кто их упокаивать будет?
Но это обычная магия. Ещё в этом мире присутствовали родовые способности, о которых знали крайне мало. Только то, что каждая из них присуща только конкретному роду, передаётся по наследству и держится в строжайшем секрете.
Известно, что способность такая у каждого рода только одна.
Те, кто может пукать ароматом фиалок, не способен убивать взглядом.
Тимофей усмехнулся. И у Куницыных, и у Аширов было по одному дару. И оба перешли к Кунициным-Аширам. Первая «истина» уже опровергнута.
Вторая — родовой дар не надо тренировать, он дается в готовом виде и полном объеме. Вот только женщины Аширов учились и совершенствовались всю жизнь. Ещё одна догма пошла лисице под хвост.
Вывод напрашивался: явление существует, а остальное — сказки учёных, на оси верчёных.
А вот то, что за некоторые родовые способности, не считаясь с потерями, вырезали весь род, не щадя ни женщин, ни детей, было правдой. Никто не станет терпеть умеющих убивать взглядом. Или способных выдернуть из тела и поглотить душу другого человека, мгновенно усвоив знания и навыки убитого. И никого не остановит то, что вырвать душу из живого и здорового тела невозможно. Человека надо сначала поставить на грань смерти, а уже потом… А потом жертва могла оказаться сильнее охотника, как и вышло у Барчука с Харзой. Могут, а значит… Нет рода — нет проблемы.
Потому Куницыны тайну хранили, как зеницу ока. Сводили к минимуму число владеющих. Дар передавался от отца к сыну. Внуки от дочек не обладали роковой способностью. Потому глава рода плодил девочек, пока не появлялся наследник. А после ни-ни, то есть, со строжайшей контрацепцией и не чаще раза в год.
И, в общем, всё складывалось, пока не появился Барчук.
Отправленный четыре года назад в Новосибирский кадетский корпус, Барчук оказался в Московской магической академии, но учёбой себя не утруждал, предпочитая аудиториям и учебным площадкам кабаки и публичные дома. При весьма скромных способностях, отчисление за неуспеваемость было вопросом времени. И тут Тимошенька вспомнил о родовом даре.
Идея, что можно не заучивать часами сложные формулы и не тратить день за днем на изнуряющие тренировки, а просто подобрать подходящую жертву и получить всё сразу, нашла в Барчуке горячего поклонника.
Подходящий кандидат мельтешил перед глазами с первого курса. Федот Смирнов был пареньком тихим и стеснительным, но очень добросовестным и усидчивым. Ни с кем не дружил, по кабакам не шлялся, за девушками не ухаживал, всё время посвящая учёбе. Учился отлично и, несмотря на небольшую магическую силу, уверенно выполнял все учебные упражнения за счет точности и контроля.
Самым сложным было втянуть Федота в тусовку. Заучка отнекивался, стеснялся, но одиночество парню надоело, да и внимание родовитых однокурсников льстило. А дальше просто: тост за тостом, пьянеющий на глазах «ботаник», капелька вытяжки из аконита. И атака родовым даром. То, что Федот упал лицом в салат и не подаёт признаков жизни, в процессе гулянки заметили только через полчаса. Собственно, Тимофей и поднял тревогу, когда, хоть и с трудом, но управился с наследством убитого.
Был скандал, было следствие, но в суматохе Барчук успел засунуть склянку с остатками яда в бочонок, из которого в трактире разливали пиво. Массовое отравление чудом обошлось без смертельных случаев, и переключило следствие на далёкие от истины версии о покушении на массовое же убийство.
Барчук же планировал блистать и потрясать своими знаниями однокурсниц, не понимая, что незамеченным столь резкие изменения не пройдут, и раскрытие родовой способности станет делом техники. Но Куницыным повезло. Именно Барчука администрация академии выбрала козлом отпущения во всей этой истории. Плохо успевающего слабосилка-иностранца отчислили и выставили за границы России. Ну, в самом деле, не князя же Гагарина выгонять? Такой же, в общем, оболтус, но свой, и род очень влиятельный.
Барчук вернулся домой за день до нападения Алачевых. И в последний момент, когда его добивали ногами, совершил невозможное: вытащил Харзу аж из другого мира. Вот только жертва оказалась сильнее охотника.
Случай этот наводил на неприятные мысли. От проклятого дара Куницыным надо было избавляться. А поскольку единственным его носителем оставался сам Тимофей, то решение виделось простым и понятным. Достаточно просто не иметь детей. Точнее, сыновей, но тут ведь не угадаешь. Предки, ослеплённые аристократической спесью, жаждали обязательно родить наследника, но Харза не
