постучала по монитору и коротко рассмеялась. - Спасибо, Ахилл. Я уже была в панике, думая, что мне придется начинать все заново.
- Не за что. Теперь все в порядке.
Ахилл отодвинул стул и поднялся, но маленькая изящная ручка коснулась его руки. Он посмотрел на тонкие длинные пальцы с аккуратно накрашенными ногтями. Ее прикосновение обжигало его. Он был уверен, что, когда она уберет руку, на его коже останется след от ее прикосновения.
И тем не менее он не пошевелился.
Потому что был мазохистом, и ему доставляло удовольствие испытывать эту боль.
- Ахилл, - пробормотала она. А потом, словно осознав, что касается его, быстро убрала руку. - Я собиралась… - Она сделала шаг назад и потерла руки. - Я собиралась заказать еду. Хочешь поужинать со мной?
Он уставился на нее, заметив, что она избегает смотреть на него.
- А ужин не выходит за рамки профессиональных отношений?
Мика вздернула голову. И когда ее глаза цвета кофе сузились, он испытал чувство удовлетворения.
Он узнал этот взгляд.
Это был вызов. Готовность к битве.
- Нет, если мы просто будем вести себя как коллеги, решившие перекусить, - ровным голосом сказала она, хотя ее взгляд говорил ему, чтобы он не смел переступать границы.
Его восхитила ее смелость, но у него возникла другая проблема.
Его член рвался из штанов на волю.
- Во-первых, мы никогда не сможем быть просто коллегами. - Ахилл оперся рукой о ее стол и наклонился к ней. - Во-вторых, ты лучшая актриса, чем я думал, если сможешь сидеть рядом со мной, обсуждая офисные сплетни, поедая цыпленка и притворяясь, что понятия не имеешь, каково это - тихо стонать, когда я вхожу в тебя. - Он медленно покачал головой. - Прости. Я не настолько хороший актер.
Ее глаза расширились.
- Значит, тебе не нужны друзья? - спросила Мика.
- Только не ты.
Она едва заметно съежилась, но он уловил это движение. И та часть его, которую не задели пребывание в камере и другие жестокие уроки жизни, эта часть едва не заставила его протянуть руку и коснуться ее щеки.
Он чуть не извинился, хотя и знал, что она, высокомерный отпрыск семьи Хилл, не считала его достойным быть ее другом.
- Тебе вообще кто-нибудь нужен? - пробормотала Мика.
Слово «нет» вертелось у него на кончике языка, но он не смог произнести его. Потому что, хотя это слово громко звучало у него в голове, тихий голос шептал, что это неправда.
- Ахилл…
- О, дорогая, я так рада, что нашла тебя, - промурлыкал женский голос.
Ахилл замер от удивления и перевел взгляд с Мики на стоявшую в дверях комнаты женщину.
Мать Мики.
Ему не нужно было представлять ее. Одного взгляда на эту женщину было достаточно, чтобы понять, кем она приходится Мике. Тот же разрез глаз, те же тонкие черты лица, те же пухлые, чувственные губы. Та же гладкая коричневая кожа.
Но у матери Мики в глазах была расчетливость и жесткость, которые Мика еще не переняла у нее. Появится ли когда-нибудь такой взгляд у Мики?
Он посмотрел на нее, и тяжесть навалилась ему на сердце. Такая сильная, что он с трудом сдержал желание потереть грудь.
- Мама. - Она бросила быстрый взгляд на Ахилла, и ему показалось, что в нем он увидел что-то вроде беспокойства и сочувствия. Но какого черта ей беспокоиться о нем?! - Что ты здесь делаешь? У меня на работе?
Ее мать рассмеялась, и этот очаровательный аристократический смех ударил по его нервам.
- Я пришла повидать свою дочь, разумеется. Разве так встречают мать? Твой друг подумает, что мы дикари.
Она протянула руки, и с едва заметным колебанием Мика обняла ее.
- Вот так-то лучше. Ожидать от тебя ответного звонка было бы напрасно, так что у меня не было выбора, кроме как прийти сюда. - Потом, словно только что, заметив присутствие Ахилла, она повернулась к нему с теплой улыбкой: - Простите, что помешала вам. Я Чериз Хилл, мать Мики. А вы?
- Ахилл Фаррелл.
По ее взгляду он понял, что его присутствие здесь не явилось для нее сюрпризом, и холодок пробежал у него по спине.
- Очень рада наконец познакомиться с вами, мистер Фаррелл. Вы и ваша семья все прошедшие несколько месяцев у всех на слуху.
Она протянула ему руку, и он осторожно пожал ее, хотя при этом испытал почти брезгливость.
- Рад познакомиться, миссис Хилл.
- М-м-м.
Она изучающе смотрела на него, и он ответил ей тем же, пусть это и было невежливо. Он знал людей ее типа. Сталкивался с ними еще до переезда в Бостон. Если она ожидала, что он стушуется под ее высокомерным и снисходительным взглядом, ее ждало разочарование. Те дни, когда он тушевался перед кем-либо, остались в прошлом.
- Мам, мне жаль, что ты проделала весь этот путь до центра города. Но что тебе нужно? - спросила Мика, заставляя Чериз перевести взгляд с Ахилла на нее.
- Ну, как я и сказала, если бы ты перезвонила мне или твоему отцу, ты бы знала, что через неделю мы устраиваем званый ужин.
- Ужин, - холодно повторила Мика и обхватила себя руками.
Ахилл нахмурился, потому что в этом жесте он почувствовал желание защитить себя, а не простое недовольство.
- Да, дорогая, ужин. - В голосе Чериз зазвенел металл. - Считай это официальным приглашением. И вы тоже, мистер Фаррелл. - Она с улыбкой повернулась к Ахиллу, но взгляд ее карих глаз был ледяным. - Мы будем в восторге, если вы присоединитесь к нам.
- Мам…
- Спасибо. Я принимаю ваше предложение.
Эти слова вырвались у него прежде, чем он успел оценить последствия. Но он не жалел об этом. Даже когда заметил удовлетворение в глазах Чериз.
Даже когда увидел беспокойство в глазах Мики.
Мазохист.
Он на самом деле был отчаянным мазохистом.
Глава 8
Гордыня до добра не доведет.
Господи, сколько раз он слышал это от своей бабушки! И вслед за этим она тут же говорила: «Не будь таким, как твоя мать».
Ахилл фыркнул. У Наты Ли было столько гордости, что о ней можно было бы слагать легенды. И он обожал ее за это.
Вздохнув, он кивком поблагодарил водителя, который открыл перед ним дверцу блестящего черного «линкольна». Еще одно, на чем
