Артем».
А-а, то есть Майя вообще в принципе со мной время проводить не планирует. Выходит, так?
Ну правильно, зачем ей это надо. Получила, что хотела, дочку в центр ей устроил, а теперь, дорогой Артемка, иди на хуй. Еще ужинать с тобой, время тратить.
Меня всего аж трясет от такого потребительского отношения.
Почему оно всегда так в моей жизни? Артем нужен, только пока есть что с него поиметь.
А так… на хрен не упал…
Сцепляю зубы, непроизвольно ими скриплю.
Пишу Майе новое сообщение: «Быстро надела красивые трусы, замоталась в халат и пришла ко мне. Ужинать и трахаться. Времени тебе две минуты, отсчет пошел!»
Отправляю это и на секунду задумываюсь.
Что-то не так сказал, не то написал. Как-то неправильно…
В порыве вдохновения добавляю: «Если не хочешь, трусы можешь не надевать».
Сижу, жду.
Слежу за временем.
Проходит двадцать секунд, тридцать, сорок.
Ей-богу, если Майя не уложится в отведенные две минуты, я пойду туда сам и…
В этот момент она появляется в гостиной.
И правильно!
Ответственная девочка, мне всегда нравилось в ней это качество.
И вправду замотана в белый гостиничный халат, держит в руке трубку от радионяни, волосы распущены, чуть встрепаны, на ногах белые тапочки. А лицо у Майи отчего-то бледное и глаза испуганные. Почему?
Давлю в себе раздражение, которое еще недавно хотел на нее выплеснуть.
Радужно ей улыбаюсь, приглашаю:
— Проходи, присаживайся. Поужинай со мной, я заказал твои любимые блюда.
Подмечаю, как глаза Майи увеличиваются в размере.
Удивилась, наверное.
Что, не ожидала от меня такого, милая? А я вот тоже умею нормально себя вести. Иногда. Когда мне надо.
— Спасибо, Артем, — повторяет она свое сегодняшнее заклинание.
Ей-богу, задолбала уже своими спасибо…
Еле терплю.
Указываю ей на место на диване возле меня, с удовольствием наблюдаю, как Майя обходит стол, присаживается рядом.
Слушается. Хоть что-то положительное за сегодня.
Нравится мне наблюдать за тем, как она ходит, да и вообще наблюдать за ней нравится. За лицом ее породистым, пусть и не улыбается мне сейчас.
Видно, сообразив, что я не стану ее ругать или накидываться на нее сию же секунду, она расслабляется. Ставит трубку радионяни на стол, потом берет чайник, наливает в маленькую белую чашку зеленый чай. И одаривает меня обиженным взглядом.
Обиженным.
Меня.
— Майя, все в порядке? — спрашиваю самым вежливым тоном, на какой только способен.
— Ага, — кивает она.
Ну коне-е-ечно…
Я же женат на ней не был и взгляда из разряда «догадайся, на что я обиделась» ни разу на ее физиономии не наблюдал… Да я был КМС по разгадыванию этих ее обид. Без шуток. Только, видно, навык растерял за годы нашей разлуки, потому что сейчас мне решительно непонятно, почему она так себя ведет.
— Майя, что не так? — впиваюсь в нее взглядом. — Обиделась на сообщение?
Наблюдаю, как ее глаза на секунду вспыхивают. Очевидно, ей есть что сказать, но она быстро с собой справляется.
Качает головой:
— Не на сообщение.
— А на что? — чуть подаюсь вперед.
Она секунду мнется, видно решает, говорить или нет, а потом выдает:
— Ты так на нее смотришь…
— На кого? — поначалу даже не понимаю.
— На Полю! — восклицает Майя. — Будто она какая-то заразная, будто… Противна тебе! А она маленькая девочка, она не заслужила…
Умереть не встать.
Я не так посмотрел на ее дочку. А как я на нее, еб вашу мать, должен смотреть?
— Ты не обалдела часом? — строго шиплю на Майю.
Она хлопает ресницами, поджимает губы.
— За последнюю пару суток я ради твоей Полины вывернулся наизнанку. Без шуток, Майя! Я на все наплевал, сорвался с работы решать ваши проблемы. Даже отпуск взял, чтобы все лично проконтролировать… Чтобы у тебя с ней было все в порядке. Переговорил с кучей людей, подключил связи, и это еще не учитывая ту кучу бабла, которую я отвалил. Это сейчас такая благодарность от тебя?
Резкие слова быстро приводят Майю в чувство.
Она прячет взгляд, тяжело вздыхает и мямлит:
— Извини меня, Артем. Я все ценю…
«Извини», блядь. На кой мне нужны ее извинения?
— Я не таких реакций от тебя хочу, Майя, — говорю с нажимом. — Совсем не таких!
— А каких? — она вскидывает на меня чуть испуганный взгляд.
— Я, по-моему, все озвучил раньше. Или ты забыла?
— Не забыла, — отвечает она очень тихо.
— Встань, Майя, — прошу ее.
Она подчиняется.
Я беру ее за талию и ставлю перед собой, точнее между своих коленей. Поскольку все еще сижу на диване, моя голова оказывается на уровне ее груди. Идеальный угол обзора.
Тяну за пояс ее халата и раскрываю полы. Громко сглатываю, упираясь взглядом в два упругих полушария, обтянутых белым кружевом бюстгальтера.
Поцеловать хочу…
Веду взглядом ниже, к ее стройной талии, очаровательному пупку.
С неудовольствием подмечаю, что трусы Майя все же надела. Тоже белые и совершенно, на мой взгляд, закрытые. Это такой протест?
Пока ее рассматриваю, подмечаю, как Майя отводит взгляд в сторону.
В этот момент до меня доходит, что сейчас происходит. Это она сейчас в жертву себя приносит во имя дочки.
В жертву мне, злобному тирану, который над ней, поди, будет издеваться круглые сутки, разные пытки придумывать…
Ага, ага.
Вот только хрен у тебя получится, дорогая, строить из себя жертву. Будешь наравне со мной кончать.
Глава 12. Ее жаркий любовник
Майя
Артем натужно дышит, буравит взглядом мою грудь, талию. Кажется, еще секунда, и он набросится на меня прямо тут, в гостиной.
Чувствую его теплое дыхание на своей коже и ощущаю, как по спине пробегает табун мурашек.
Как женщине, когда-то им брошенной, мне сейчас отчасти приятно, что он меня так сильно хочет. В то же время пощечину ему дать готова. Заслужил за одну лишь вскользь брошенную фразу: «Я ради твоей Полины…»
Не ради моей, а ради нашей! Вот что хочу прокричать ему в лицо.
Он ради своей дочки все это делает, а не ради чьей-то там! В то же время выставляет все это так, будто делает великое одолжение лично мне…
Все, чего сейчас хочу, — это крикнуть ему: «Очнись, Артем! Она твоя, и фальшивый результат ДНК-теста этого не изменит!»
Однако я понимаю, что единственное, чего добьюсь, — это очередного скандала. Ведь мы
