Райан крепко спал, когда Кит вышла из хижины с собранными накануне седельными сумками. Проснувшись утром и увидев ее пустую кровать, Райан не удивился. Кит часто вставала рано и уходила к реке, чтобы умыться, пока не проснулись остальные. Но через какое-то время Райан заподозрил что-то неладное. Даже Билли обратил внимание на ее отсутствие. Ближе к вечеру все четверо мужчин отправились разыскивать ее. С наступлением ночи они пришли к выводу, что Кит сбежал.
— Ну, скатертью дорожка, — сказал Клэнк, наливая себе кружку кофе. — Все равно от бедняги было мало толку.
— Он может навести на нас полицию, — предположил Дуранго.
— Он этого не сделает, если ему жизнь дорога! — прорычал Билли.
Райан ничего не сказал. Он беспокоился за Кит и удивлялся сам себе. Не в его характере было надолго связываться с женщинами. Люби и бросай — таков был его девиз. Он опасался, что Кит не выживет одна и попадет в беду. Без средств к существованию у женщины есть только один способ заработать. Он слышал множество подобных историй. Предоставленные самим себе, они обычно кончали публичным домом, продавая себя похотливым клиентам.
Кит не вернулся и через несколько дней, и бандиты Бартона стали дергаться и нервничать. Они постоянно оглядывались, ожидая полицейских, которые могут появиться в любую минуту.
— Я не собираюсь сидеть тут и гадать, натравил ли Кит на нас полицию, — заявил Билли через несколько дней после бегства Кита. — Мы и так уже жопы отсидели в раздумьях об этом. Что скажете, если мы отправимся в Ногэлис и ограбим банк?
Клэнк и Дуранго с радостью согласились.
— Собирайте свои манатки, парни, на заре выезжаем.
Заявление Билли дало Райану толчок, необходимый для исполнения своего собственного плана. Он волновался за Кит и понимал, что не успокоится, пока не найдет ее. Он не последовал за ней сразу, потому что хотел быть рядом, если она вдруг надумает вернуться. Но прошло уже слишком много времени. Она не вернется, теперь он был в этом уверен, так что настало время и ему двинуться в путь. Он не собирается принимать участие в ограблении банка. Если его не убьют полицейские, то прикончат родные братья.
Ночь была жаркая и душная, и бутылка с текилой ходила по кругу. Мужчины опустошили ее, а потом по одному, пошатываясь, побрели спать, с текилой в желудках и мыслями о предстоящем деле в головах. Райан посидел в хижине, дождавшись, пока бандиты уснут, потом собрал свои вещи и выскользнул за дверь.
Прижимаясь к земле, он пробрался к пристройке, где стояла его лошадь. Он тихо оседлал ее, привязал свою скатку с одеялом. Потом перекинул седельные сумки и вывел лошадь из лагеря. Все было тихо. Он вскочил в седло и сломя голову помчался к границе.
Глава 4
Кит нашла уединенное местечко за пределами Тумстона, где могла спокойно совершить свое; превращение из Кита в Китти О'Шей. Она скакала два дня и теперь была уверена в том, что ее никто не преследует. Китти не могла решить, разочарована ли она тем, что Райан не последовал за ней, или испытывает облегчение. Наверное, то и другое.
Китти тщательно вымылась в реке между двумя скалами. Отмыла копну своих коротких кудрей, и чистые волосы сразу заблестели, как золото в солнечном свете. Потом быстро натянула рубашку, нижнюю юбку и платье, которые Леке подарил ей несколько месяцев назад. Она чувствовала себя очень странно в этой женской одежде, совсем не так, как в брюках.
Волосы у нее слишком короткие, это сейчас немодно, но ничего не поделаешь, придется ждать, пока отрастут, решила Китти. Она надела на голову шляпку и завязала ленту бантом под подбородком. Затем села в седло и поскакала по дороге. И с этого момента больше не было парнишки по имени Кит.
Китти серьезно обдумывала, где ей обосноваться. Логично было бы отправиться в Тумстон — единственный известный ей город. Конечно, она бывала в бесчисленных городках Аризоны, а также в некоторых городках Техаса с Лексом и бандой Бартона. Но по большей части они бывали там проездом, скрываясь от погони. Тумстон привлекал ее тем, что здесь у нее была бы крыша над головой. Только недавно Леке говорил ей про маленький домик, которым владел Дик Джонсон. Леке его не продал и не сдал в аренду, поэтому он пока что пустует. Возможно, в последнее время он еще больше обветшал, но это все-таки лучше, чем спать под звездами или платить за ночлег, когда денег и так немного.
Солнце уже садилось, когда Китти свернула на главную улицу Тумстона. Она направилась к пансиону миссис Дули, надеясь впервые за три дня нормально поесть. Два дня назад она остановилась в маленьком городишке на границе и купила вяленого мяса, бобов и сухарей. Она не разводила костра, опасаясь привлечь к себе внимание людей, так что даже кофе не смогла себе приготовить.
Пансион выглядел таким, каким она его помнила, — может, только стал немного более запущенным, неплохо было бы его подкрасить. Наверняка он все такой же гостеприимный. Она спешилась и постучала в дверь. Маленькая кругленькая женщина в очках откликнулась уже на второй удар дверного молотка.
— У вас все еще можно поесть, миссис Дули? — спросила Китти.
В прихожей аппетитно пахло жареным мясом, и у Китти слюнки потекли. Миссис Дули посмотрела на Китти поверх очков.
— Я вас знаю, дорогая?
— Я Китти О'Шей, дочь Рены Джонсон. Я уехала из Тумстона шесть лет назад… к родственникам. Надеюсь, вы меня вспомните.
Лицо у женщины просветлело.
— Конечно, я помню вас. Вы исчезли довольно неожиданно, вскоре после смерти своего отчима. Входите, входите! Что привело вас в Тумстон, дорогая? Вы замужем? — Она выглянула за дверь. — Муж с вами?
Китти вошла в прихожую.
— Я не… Я хочу сказать, что я не замужем, мэм. Недавно обстоятельства изменились, и мне пришлось вернуться в Тумстон. Я надеялась поужинать у вас. Если дом отчима еще не занят, скорее всего поселюсь там и буду искать работу.
— Работу? О, дорогая, — сказала миссис Дули, качая головой и цокая языком. — Тумстон мало изменился со времени вашего отъезда. Женщине трудно найти подходящую работу. Вам было бы лучше остаться у родственников и подыскать себе подходящего мужа.
— Это было невозможно, — солгала Китти. — Я что-нибудь найду.
— Уверена, найдете, — проговорила миссис Дули. — Я как раз накрывала на стол. Сегодня на ужин ростбиф. Обычно я беру семьдесят пять центов.
Китти знала, что вдове приходится содержать калеку сына и она нуждается в каждом пенни.
— Я могу заплатить, — сказала Китти, опуская руку в карман за мелочью.
— Я не отпустила бы вас голодной, даже если бы вам нечем было заплатить, — сказала миссис Дули, по-матерински похлопав Китти по плечу. — Может быть, вы хотите поесть на кухне, не дожидаясь остальных? Составите мне компанию, пока я готовлю десерт.
