— Брови слишком густые. И скулы у посла шире.
Маг недовольно сдвинул брови, но спорить не стал. Подошел к изображению и принялся что-то там колдовать, изменяя лицо, но вышло только хуже. Наташа хмурилась: да уж, явно не художник делал. Кое-как все-таки удалось добиться сходства, и маг, довольный, что от него наконец отстали, исчез. Девочка еще раз изучила изображение и вздохнула:
— Неплохо, если бы маг был хоть немного художником. Но, полагаю, и так сойдет.
Опрашивать постояльцев отправились втроем — Наташа, моригатский офицер и Вестарий Рок. Девочка не очень рассчитывала узнать что-то важное и потому в основном слушала, лишь изредка задавая уточняющие вопросы, если кто-то говорил, что случайно встречался с убитым.
Наташа убрала блокнот.
— Посол приехал в гостиницу в четыре утра… По крайней мере, это самый ранний срок, на который у нас есть свидетель. Возможно, Рекнерт приехал раньше, просто никому на глаза не попался или его не запомнили.
Девочка присела в холле на стул, набросала план парка за гостиницей и отметила точками те места, где свидетели видели посла, рядом написала приблизительное время, соединила точки линией. Забавная кривуля получилась. Сидевший рядом Вестарий глянул на это художество:
— Никто ничего подозрительного не видел, никто ничего странного не замечал… вообще ничего!
Наташа понимала состояние имперца. В конце концов, именно он отвечал за безопасность всех в посольстве. Ясно, что его вины в происшедшем нет. Посол сам виноват, что не поставил в известность офицера собственной безопасности о своей отлучке. То, что Вестарий ничего не знал об этой поездке, Наташа выяснила сразу и теперь все больше и больше убеждалась в верности своего предположения. Оставался еще шанс, что она не права, но… надо быть реалистом — очень небольшой. А если она права, то найти убийцу будет практически нереально…
— Ну и долго еще мы тут сидеть будем? — сердито поинтересовался Вестарий.
— А? Извините, задумалась. — Наташа поспешно поднялась.
К конюшне подали катафалк, на него погрузили тело. Рядом пристроилась посольская стража. Девочка аккуратно обошла их и снова заглянула в конюшню. Совершенно негде спрятаться. Подошла к месту убийства, оглянулась на дверь. И подкрасться трудно, а посла убили не в борьбе.
Наташа вышла из конюшни и окликнула имперца, который уже собирался выезжать. Тот что-то сердито буркнул, но придержал коня.
— Господин Рок, вы не могли бы поспрашивать в посольстве, один ли сегодня ночью уезжал Рекнерт или нет?
— Один ли? — Вестарий нахмурился.
— Его вполне мог кто-то провожать. Тогда, зная расстояние до посольства, мы узнаем точное время его приезда в гостиницу.
— Посол не ночевал в посольстве, он снимал дом. Так что ночью если он откуда и выехал, то только из дома.
— Ах, вот как… Об этом я не подумала. Скажите, а можно поговорить с жильцами? Кто с ним еще жил?
— Разумеется, слуги. Его жена с детьми месяц назад вернулась в империю и собиралась приехать только через неделю. Их личные слуги тоже уехали с ней, так что в доме в основном приходящая прислуга осталась. Поскольку они все из Моригата, то можете делать с ними все, что хотите. Вы подозреваете их?
— Нет-нет, — поспешно замотала головой Наташа. — Я все еще хочу выяснить, во сколько посол прибыл в гостиницу. Большое спасибо за помощь.
Вестарий уехал, а девочка еще некоторое время задумчиво смотрела ему вслед.
«А ведь он боится, — поняла она. — Знает, что именно с него спросят, и готов ухватиться за любую соломинку — понимает, что только найденный убийца может спасти его карьеру, а то и жизнь, потому и помогает мне. Интересно, что за человек император? Император… — Наташа задумалась. — Хм… Нет, мало данных».
— Господин Мат Свер Мэкалль ждет вас. — Перед девочкой остановился какой-то человек в нарядной одежде… лакей, что ли?
Наташа сбросила оцепенение и направилась к карете председателя.
— Что-нибудь выяснила? — поинтересовался Мэкалль, едва карета тронулась с места. Видно было, с каким трудом он сдерживает нетерпение.
Наташа пожала плечами:
— Есть некоторая нелепица во всем этом. Пока трудно сказать определенно.
— Нелепица?
— Одежда. Рекнерт оделся так явно неспроста. Он старался не привлекать к себе внимания, а значит, оказался тут не случайно. Что он делал в этой гостинице ночью в одежде то ли работника верфи, то ли мелкого служащего какой-нибудь конторы? И еще… — Наташа достала из-под сиденья мешок и вытащила из него кошелек и портмоне. — И еще вот это.
— А что тут такого? Ну, кошелек с золотом.
— Вот именно, с золотом. И портмоне с банкнотами. Одно из двух лишнее. Либо кошелек, либо портмоне.
— Тогда портмоне. Если посол что-то тут затевал, то ему нужно было именно золото, тем более банкнот мало. Хм… хочешь сказать, империя что-то замыслила? Проклятие! Еще этого не хватало! Если так, то императору, может статься, и не нужен убийца. Как все плохо складывается. Вот что, я сейчас возвращаюсь в Сенат, его нельзя надолго оставлять без присмотра, тем более, полагаю, скоро со мной захочет поговорить император лично. Думаю, этот разговор многое прояснит. А тебя я завезу домой, все равно по дороге. Если окажется, что императору убийца не нужен, то я зря тебя привлекал. В любом случае я сообщу, и тогда расследование либо продолжится, либо…
— Либо? — не выдержала повисшего молчания Наташа.
— Либо нам надо будет готовиться к войне, — вздохнул Мат Свер.
— Но ведь это пока еще неизвестно! А терять целый день мне не хочется!
Мэкалль заинтересованно посмотрел на девочку:
— Что тебе нужно?
— Хочу поспрашивать кое о чем разных людей, но мне необходимо что-то, что избавит меня от ненужных проблем. Что-то, что подтвердит мое право задавать вопросы.
— Вот как… Эй, притормози!
Карета остановилась. Мэкалль откинул боковину у дверцы, и получилась небольшая подставка, за которой, в кармашке, лежали несколько свернутых чистых листов бумаги, чернильница с плотной крышкой и перья. Мэкалль устроился поудобнее и стал быстро что-то писать, промокнул текст промокашкой, достал из кошелька на поясе небольшую печать и аккуратно приложил ее к низу документа. Магия — удобная вещь, а такая печать много надежнее чернильной. По крайней мере, подделать оттиск гораздо сложнее, в бумаге что-то там менялось, чуть ли не в структуре материала, причем совершенно уникальным образом, а рисунок уже так, довесок. Теперь любой мало-мальски владеющий магией человек мог убедиться в подлинности печати.
— Держи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
